Валентина Кучеренко – Ненаглядный мой граф, или итальянские приключения Катерины (страница 27)

этаж. – Ты еще не видела мою комнату, пойдем, пойдем,

посмотришь, как я живу.

Катя выдернула руку и строго сказала:

– Некогда, мне работать надо.

Он остановился и с недоумением посмотрел на нее:

как это с ним, таким красивым и мужественным, и не

хочет идти, да любая женщина за ним на край Земли на

коленях поползет, а эта русская, ты посмотри на нее. И

увидев, что Катя отвернулась и продолжила вытирать

пыль, он сказал:

– Ну не отворачивайся от меня. Хочешь, я подарю те-

бе золотые серьги, дам денег, пошли со мною, я так хочу

с тобою заниматься любовью.

«Ну вот, еще один, – с досадой подумала Катя, – ну

что это они, ну как животные, увидел, обнюхал и впе-

ред».

А ему сказала:

– Я занимаюсь любовью, когда я этого сама хочу и с

кем хочу, а не со всеми подряд.

– Ну, я же не все подряд, я один, ну пойдем. Я уже

полгода не имел ни одной женщины, пожалуйста, пойдем.

Ты такая красивая. У меня не было такой красавицы.

Катя почувствовала дрожь в его руках. Глаза его пы-

лали огнем, дыхание было прерывистым и горячим, ста-

новясь все чаще.

– Я тебе сказала – когда я хочу и с кем я хочу!

Анжело неохотно поднялся к себе наверх и через не-

сколько минут спустился, натягивая на ходу пиджак, и

буркнул угрюмо:

– Я пошел на работу.

– Давно бы так. Подожди, ты мне не рассказал, что

с твоей женой делать.

– Утром, в обед и вечером делать эти уколы и эти таб-

летки давать. Присматривать за нею, чтобы на улицу са-

ма не выходила, а то может заблудиться в лесу. Однаж-

ды я ее целый день искал. Когда она долго не выходит из

комнаты, посматривать, чем она занимается, – сказал он

сухо, не глядя на Катю.

«А мы обиделись, что ли?» – усмехнулась про себя

Катя, а ему сказала:

– А если она опять будет на меня кидаться? Что мне

делать с нею?

– Да я не думаю, ну успокой как-нибудь.

– Я не поняла, она, что, сумасшедшая? – спроси-

ла Катя.

– Ну, как тебе сказать, – пожал плечами. – Потом

сама разберешься, – и вышел.

И не сказал даже, как ее зовут.

Через несколько минут открылась потихоньку дверь

и вышла жена Анжело. Она покосилась на Катю и, ни-

чего не сказав, взяла посудную тряпку и стала местами

подтирать пол. Потом этой же тряпкой стала мыть чи-

стые тарелки. Она мыла их с грохотом и все поглядыва-

ла на Катю. Катя подметала пол, молча смотрела на это

безобразие и думала, что предпринять. Она подошла к

женщине, взяла у нее тряпку и сказала:

– Синьора, нельзя одной и той же тряпкой мыть по-

лы и посуду. Для полов есть другая тряпка, вон там, в ван-

ной, – она говорила тихо, чтобы не испугать женщину.

Но та с силой бросила тарелку на пол и зло глянула

на Катю:

– Это мой дом, что хочу, то и делаю. А ты пошла вон! —

выкрикнула она и схватила другую тарелку.

Боясь, что эта тарелка может полететь в нее, Катя под-

скочила к женщине и, схватив ее в охапку, вырвала из