Валентина Кострова – Стекло между нами (страница 44)
Мне ничего так не надо, как быть с ней рядом.
– Насть…
– Мм?…
– Давай сбежим?
– Куда?
– Домой. Молодые сегодня ночуют в отеле и вся квартира в нашем распоряжении.
Она отклонилась, пытаясь сфокусироваться на мне немного опьяневшими от страсти глазами. Я продолжал удерживать ее в своих объятиях, поглаживая кожу, покрывшуюся мурашками.
– Я так устала, – призналась Настя, – что могла просто не выдержать до конца вечера. Пожалуйста, уйдем?
Я заулыбался, сразу уводя ее через веранду на улицу, к машине. Когда сели внутрь и я завел мотор, мы заговорщицки переглянулись и засмеялись, как дети, сбегающие от родителей.
– А как же Варя? – спросила через минуту Настя.
– Ну, у нее теперь есть муж. Пусть он о ней заботиться, – не подумав ляпнул я, но заметил, как нахмурилась жена. – Я позже позвоню и предупрежу, что мы уехали.
По пути я заскочил в магазин, купил Насте цветы, шампанское, клубнику и шоколад. Хотелось закончить вечер на романтической ноте.
Она засмущалась, принимая букет.
– Это лишние расходы, – тут же отметила она.
– Настя, сегодня наша свадьба. Не считай хотя бы в этот день.
Она улыбнулась, и я повез ее домой. Мне безумно хотелось, чтобы сегодня мы стали с ней близки. Но все очень зависело от настроения и момента. Настаивать я просто не имел права.
– Я в душ и переоденусь, – буднично сообщила Настя, подхватила халат и исчезла за дверью ванной.
Но я хотел праздника. Поэтому, пока она смывала с себя усталость, зажег свечи, накрыл стол, разлил шампанское. Немного подумал и принес цветы из кухни в спальню. От них шел легкий приятный аромат, разбавляющий густой запах свечей.
– Ой, как красиво, – ахнула Настя сразу как вышла из ванной.
Я встал и повернулся к ней. Только сейчас понял, что не хватает музыки. Но я настолько устал от шума, что тишина казалась даже уютнее.
Я протянул Насте фужер, мы не спеша выпили шампанское, я снова улыбнулся и предложил:
– Потанцуем?
Она хихикнула как девчонка, и уже отлаженным движением скользнула ко мне в объятия.
Мы танцевали под тишину. Пиши шампанское. Ели клубнику и шоколад.
И целовались…
Все началось с невинного касания губ, но мне хотелось большего, а Настя перестала сопротивляться после первого настойчивого поцелуя.
Я отчаянно тянулся к ней. Мне не хватало близости, принятия.
Моя, но не до конца. И от этого становилось больно.
Я вжимал ее податливое тело в себя. Не скрывал, как схожу по ней с ума. Хочу, желаю, горю…
Я гладил ее скулы, тонкие черты лица и целовал, стараясь пальцами, губами сохранить ее образ в памяти. Она закрыла глаза, приоткрыла рот и дышала слишком часто.
Возбуждена. Хотела меня, но все еще цеплялась за прошлое. А мне важно, чтобы она первая сделала шаг. Я уже… Я давно подошел к ней и протянул руку. Ну же, возьми!
И тут ее рука накрыла мой член и сжала через брюки.
Мир поплыл.
Я протяжно застонал, немного теряя контроль.
Лишь бы не напугать ее своим порывом…
Но пока расплавленные желанием мозги соображали, тело действовало. Я прижал Настю к стене, впечатываясь твердым членом в ее тело. Инстинктивно, не думая, но обещая поднять ее на такой уровень наслаждения, который она еще не видела.
Мы не говорили, нам просто не хватало дыхания. Рвано дыша, мы целовались как безумные, стягивали друг с друга одежду. Я подхватил Настю за бедра, приподнял и насадил на член.
Время остановилось, пронзая миллионами разрядов и не испытанным ранее удовольствием обладания. Потом тишину разрезал ее стон, и я задвигался. С каждым ударом выбивая из нее прошлое и перенося в настоящее.
В ее новой жизни буду я. Каждое утро и каждую ночь.
Именно ее нежные руки будут готовить мне завтраки, обеды и ужины.
Именно ее я хочу слышать первой, когда вхожу в дом после работы.
А потом снова будет наша ночь, когда вместо снов в нее буду входить я. Вот так, до упора, выбивая стоны и тихие вскрики.
В момент, когда Настя задрожала, я понял, что больше наш мир не будет прежним. Мы оба с ней так решили.
Финальным толчком я позволил себе расслабиться.
Впервые за долгие-долгие годы одиночества.
Виталий
Я с трудом разлепил глаза, чувствуя влажные губы Вари на своем перетрудившемся члене.
– Давай отдохнем.
– Не-е-ет, – капризно протянула она и снова вцепилась зубами в головку и втянула в рот.
Я зашипел, хватая ее за волосы.
– Отпусти. Немедленно. Ты делаешь мне больно.
– Ай! Ты тоже выдираешь мне волосы! Отпусти!
Мы одновременно откатились друг от друга. Я быстро нашел плавки и натянул.
– Я есть хочу-у-у!
– Одевайся, – буркнул я, – сейчас вернемся домой и что-нибудь перекусим. Настя наверняка из ресторана салаты и нарезку забрала.
На завтрак при отеле мы благополучно забили.
Варя фыркнула:
– Да уж, у твоей Наськи ничего просто так не пропадет.
– Давай поуважительнее! По идее, она сейчас твоя мать.
– Мачеха. Но это ненадолго. Папка натрахается и отпустит, – легкомысленно заявила Варька, а я заскрипел от злости и ревности. Мне терзала мысль, что Настю могут обидеть. Хватит и того, что сделал я.
Всего месяц, а во что превратилась моя жизнь?
– Я в туалет и в душ. А потом можем ехать.
– Иди.
Голая Варька демонстративно прошла мимо меня, соблазнительно покачивая бедрами и дразня высокими грудями с торчащими вишенками на вершинках. Я от души шлепнул жену по ягодице и заулыбался, услышав визг и бурчание.
Возвращение в квартиру стало потрясением. Шоком. Я сначала услышал беззаботный смех Насти и подшучивание над ней Алексея, прежде чем увидел их.