Валентина Кострова – Стекло между нами (страница 18)
Я смог преодолеть внутренний ступор, который тревожил меня некоторое время назад. Я поверил, что могу достичь нереальных высот. С кем?
Может, у меня и нет к ней чувств? Любимых не предают. Мы долго вместе жили, были планы, но все это было каким-то пресным, скучным. Я оставался с ней… по привычке? Из-за чувства вины?
– Виталик… Я не понимаю… Он помог с машиной, – Настя нервно дернула плечом и попыталась улыбнуться, но вышло кривовато. – Ты чего?
– Ничего! – успокоиться было выше моих сил. Злость съедала меня изнутри, как червяк яблоко. Я взял телефон и снова ткнул им в лицо жены. – Пока я зарабатываю на твои мечты, на квартиру, на ребенка, ты… ты…
Слово «ебешься» никак не хотело срываться с языка. Это как признаться самому себе, что Настя тоже предала меня.
Больно. Пиздец, как больно! Ощущение такое, что осколок вогнали в сердце и еще несколько раз крутанули. Я смотрел отрешенным взглядом на жену, сдерживая внутренних демонов, желающих ее загрызть. Ведь я был ей отличным мужем! Я ее любил! До покалывания в пальцах, а она…
– Виталик, но я…
– Тварь! – все что смог выдавить через стиснутые зубы.
Развернулся, вылетел из кухни. Не сразу понял, что делать, просто схватил куртку с вешалки и ушел из квартиры. Нажал на кнопку для вызова лифта, которая не сразу загорелась. Еще раз нажал и потом кулаком врезал в стену. Костяшки в кровь, а легче не стало.
Настя. Настя. Настя…
Я слишком зациклился на жизни с ней, на ее целях, таких простых и приземленных, что забыл, что
Я не хотел квартиру в этом сраном городе. Ведь предлагал уехать ближе к морю. Не хотел детей. Не сейчас. Слишком рано. Мы еще не пожили для самих себя. Может быть, через пять лет самое то стать отцом, а пока…
Да, у Насти тикали биологические часики, и она торопилась. В тридцать лет рожать первого уже рискованно. А в сорок?
Она торопилась… А Варя – нет. Вот Варьке торопиться было некуда еще лет десять. И вряд ли она грезит о розовощеком карапузе. Уверен, что, как и я, Варя захочет увидеть мир, ведь так много чего нужно посетить, узнать, потрогать.
Благодаря Варьке я взял проект, который раньше казался мне не по зубам. Я его сделал. Впервые за долгое время смог заработать большие деньги. С ней я ведь могу дерзнуть и взять постоянный контракт с американской игровой фирмой. А там мы легко переедем в США по гринвизе.
Недолго думая, я вытащил телефон и набрал соседку.
– Выходи. Я внизу, на парковке. Можешь?
На том конце связи послышался радостный возбужденный визг:
– Конечно! А форма одежды какая?
Я ухмыльнулся, поглядывая вверх на окна этой стрекозы:
– Лучше без одежды и до конца дня. Отпросись там у папки.
Варька фыркнула и сбросила звонок. Меня распирало от планов на весь день. Наедине с Варей. С ней всегда все проходит головокружительно. Хоть с одеждой, хоть без нее.
Глава 10. Настино счастье
Алексей
Недовольство от ранних пробуждений и многочасовой езды на другой конец города быстро сменилось удовольствием от времени, проведенного с Настей. Разве не кайф провести время с человеком, который тебе нравится, к которому тянет?
Мы успели переговорить обо всем. Затрагивали разные темы, которые можно было затронуть в рамках нашего общения.
Настя рассказала о своей учебе и как она познакомилась с Виталиком. Как устроилась на работу, и как они с мужем решили сначала накопить на квартиру, прежде чем стать настоящей семьей. Разумный подход, серьезность Насти подкупала. Я понимал, что с такой, как она, нельзя шутить, нельзя свести отношения к коротким страстным ночам. Или дням.
– Но накопления немного затянулись, – грустно и как-то виновато проговорила Настя, когда в очередной раз обсуждали ситуацию на рынке недвижимости. – У него очень непостоянные заработки. То есть, то нет. А у нас на работе они настолько постоянные, что в должности меня повышали трижды, а вот в зарплате ни разу…
– Так зачем ты держишься за эту неблагодарную работу? – деликатно спросил я, хотя очень хотел спросить, какого хрена она еще не бросила этого мудака.
Правда, что за мужик, который не обращает внимания, в каком жопе мира работает его жена. При условии, что Виталий работает дома, мог бы все же любимую жену отвозить на работу и встречать после.
– Ну как… Это же стаж, опыт…
– Без денег?
– Мне платят!..
Я понял, что Настя будет тянуть свою ношу до последнего, пока ее по факту не турнут с места, и перевел разговор. Есть такой тип женщин. Они за стабильность. Им страшно в мире без твердой опоры под собой. И я ее могу даже понять.
Каждое утро и вечер мы подолгу ехали по улицам города, стояли в пробках, пробирались по объездным. За это время я успел рассказать ей о своей нелегкой жизни. Впервые мне хотелось довериться. И глядя на внимательно слушающую соседку, рассказывал иногда о том, чего ни с кем не обсуждал. О бывшей жене. О Варе.
– Как она могла?! – возмущалась Настя. – Вот просто взять и бросить маленького ребенка?! Грудного?! Да у таких надо забирать право зваться матерями!
Я горько ухмыльнулся. Пылкость моей соседки умиляла.
– У каждого из нас своя правда, Насть. Это я заставил ее родить. Это мне нужен был ребенок, а она не хотела. Не готова была еще. Понимаешь?
– Нет! – категорично ответила молодая женщина, чем вызвала улыбку от своей наивности.
– Ты сама хочешь стать матерью и судишь всех по себе. Но тебе тридцать, и ты готова взять на себя ответственность за маленького человечка. А Лёльке было двадцать… Мы были слишком молоды. Без квартиры, без постоянной работы, без денег…
– Ты ее не осуждаешь? За то, что она тебя бросила?! – в шоке развернулась ко мне Настя и округлила ротик. Я на некоторое время подзависнул.
Внизу тут же прошило, и яйца с болью застонали. Я поморщился и приспустился в кресле, отводя от Насти взгляд. Как же так у нас получается, что говорим мы вроде о серьезных вещах, а мысли сворачивают на опасную дорожку.
Чертово наваждение. Даже утренняя разрядка под душем ни хрена не помогала.
– Тогда я был зол. Не понимал и не принимал. Но теперь… Время все расставило по местам. Она вышла замуж. У нее другой муж, другая семья, дети… Все пришло тогда, когда она стала готова, – усмехнулся, вспоминая свою бывшую и все, что мне о ней известно.
На душе совершенно спокойно. Ничего не болело, ничего не тревожило. Я перерос те отношения, те яркие и страстные чувства.
– А ты?
В ее голосе было столько участия, что я вдруг почувствовал себя обездоленным, пропащим человеком, жизнь которого слита в унитаз. Неужели ей так хочется меня пожалеть? Вот жалости совсем не приемлю к себе.
– А что я? Я вырастил дочь, поднял бизнес. У нас нет материальных проблем.
– Но ты не женился…
И снова эта щемящая жалость. Немного раздражало настроение нашего разговора.
– Насть, не надо. Ты говоришь так, как будто все счастье заключено в браке.
– А разве нет?
Я не сдержался, засмеялся. Повернулся в ее сторону и обхватил ее за затылок, привлекая к себе и целомудренно целуя в макушку. Ну до чего же наивная! Как можно оставаться такой светлой в тридцать лет?! Она как оранжерейный цветок, который надо прятать от всей грязи мира. И мне самому лично хочется ее защитить.
Я отпустил ее и тронул машину места, когда загорелся зеленый свет на светофоре.
– Нет. Я искренне считаю, что сходиться нужно тогда, когда жизни своей помыслить без другого человека не можешь. Выворачивает наизнанку от одной мысли, что родной человек не рядом.
Настя понимающе молчала. Молчание не тяготило и не раздражало. Мне было приятно помолчать. Каждый из нас был погружен в свои мысли. На следующий день у нас вышел разговор о Варе.
Эта тема задевала меня куда сильнее бросившей меня жены. За Варю до сих сердце болело. Каждый раз переваривая внутри себя страдания дочери, мне хотелось этот неидеальный мир перестроить на идеальный, чтобы моя малышка не боялась в нем жить.
– Мне кажется, она слишком беззащитна, – поделился я, закончив историю неудачной влюбленности Варьки. – Я слишком опекал ее. Я не мог совмещать бизнес и подрастающую дочь, поэтому каждая минута у Вари была расписана: музыкальная школа, изо, хореография. Бассейн, абонемент в театр, в выходные в филармонию. Она очень способная девочка, но очень ранимая.
Настя молчала. В этот раз смотрела перед собой, а не на меня.
– С тем парнем она сошлась в институте. Поступила на дизайнера. Оказалась в среде таких же утонченных натур, как она сама. Я тогда так думал. С головой окунулась в студенческую жизнь, я не сразу понял, что ее лихорадочный блеск глаз совсем не от учебы… И не от новых впечатлений.
– А что дальше?
– Бесчисленные попытки суицида, Насть. Не дай бог это вновь пережить. Не хочу вспоминать. В тот момент я клял себя на чем свет стоит. Мне хотелось весь этот чертов мир стереть в порошок. Нашел того парня. Он оказался обычным молодым обсосом, который трахал все, что к нему налипало.
Я поморщился и в очередной раз пожалел, что бросил курить. Во рту ощущал горечь от воспоминаний. Настя словно поняла мое состояние, взяла с заднего сиденья бутылку с водой, открутила крышку и подала мне.
Продолжать разговор не хотелось, поэтому мы какое-то время молчали. Настя осторожно, словно боялась меня задеть вопросом, спросила: