Валентина Кострова – Оправдай меня (страница 19)

— Привыкай, он всегда такой. Дает пять минут на все про все, если не успел, то это только твои проблемы. Это касается любой темы.

Улыбаюсь, киваю, а самой хочется выть. Меня напрягает эта семья. Я постоянно на каком-то стреме. Жду подвоха, а он будет. Это чувствуется. Если мужчины не будут меня трогать, то подколодные змеи не упустят возможность ужалить, не просто больно, а смертельно.

Вся толпа перемещается в столовую, где нас уже ожидает прислуга. Похоже, в этом доме нет понятия самообслуживания. Еле сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть.

Мое место оказывается возле Ильдара, напротив его матери. Она улыбается, но стоит ей встретиться с взглядом мужа, улыбка застывает и постепенно тускнеет. Дед сидит во главе, на всех смотрит тяжело и угрюмо. Интересно, он умеет улыбаться или по жизни бука? Вздыхаю, украдкой кошусь на мужа. Он держится отстраненно и отчужденно.

Вообще за столом гнетущая атмосфера, я уже мечтаю, чтобы ужин побыстрее закончился.

Разговаривают мужчины. Сначала мне тоже хочется вставить свои пять копеек, особенно, когда слышу, как Ильдар упоминает завод, но в последний момент сдерживаюсь. Понимаю, что женщины не вмешиваются в беседу мужчин. Полная дискриминация.

Убирают тарелки, ставят десертные блюдца. Предвкушаю скорое завершение этого чопорного ужина. Мне уже порядком надоело сидеть так долго без дела.

— Скажи, Милана, как вы познакомились с Ильдаром? — пользуясь паузой, спрашивает Малика, приторно сладко улыбаясь. — Ведь уезжал он отсюда, будучи моим женихом.

Я иронично приподнимаю бровь. Без понятия, какая история озвучена Ильдаром для семьи. Мы что-то этот момент упустили, не обсудили. Чувствую, как на ногу ложится горячая ладонь мужа. Это заставляет вспомнить о том, что нужно подумать, прежде чем что-то говорить.

— В отеле, — поворачиваю голову в сторону Ильдара. Он кивает, одобряет мой ответ. — Влюбились с первого взгляда. Не стали тянуть с отношениями.

— Чушь! — не выдерживает тетушка супруга, поджав губы. — Думаешь, тут сидят дураки и поверят в вашу сказку?

— А меня мало волнует, во что тут поверят присутствующие, главное то, во что я верю. Факт остается фактом, — демонстративно поднимаю руку и показываю всем обручальное кольцо. Все жду, когда Ильдар меня дернет, шикнет, но он молчит и не перебивает. Кажется, вполне доволен разыгрываемым представлением.

— Прекратите! — рявкает дед, стукнув кулаком по столу.

Вздрагивают все, спешно уткнувшись в свои тарелки. Возникает неудобная пауза, никто не спешит ее нарушить.

Иман Адамович встает, выходит из-за стола. Никто не дергается следом. Последние секунды этого утомительного ужина, скоро можно будет вернуться в свою спальню и перестать изображать из себя милашку. Неожиданно глава семьи замирает за спиной своей невестки и смотрит на меня в упор. Сглатываю и поспешно опускаю голову. Чувствую себя провинившейся школьницей, которую застукали за неподобающим занятием.

— Милана, ты со мной.

— Что? — вскидываю сначала глаза на старшего Салиховича, потом растерянно смотрю на Ильдара. Он выглядит удивленным. И его отец явно ошеломлен услышанным.

Ничего не остается, как подняться и послушно последовать за дедом. Хочется оглянуться, я совершенно не готова к аудиенции с главой, не знаю, о чем нам с ним наедине разговаривать. Чего лукавить, мне страшно.

Мы приходим в кабинет. Иман Адамович неспешно подходит к креслу возле камина, присаживается, я стою посредине и не знаю, куда себя деть. Разрешения сесть мне не дали, а самовольно сесть чего-то побаиваюсь. Вдруг проявить инициативу будет расценено дедом, как неуважение к нему.

— Садись, — великодушно мне разрешают присесть на софу. — Я не буду ходить вокруг да около, скажу напрямую: ты мне не нравишься.

— Рада сообщить вам, что это взаимно, — с улыбкой признаюсь, на что глава семьи прищуривается, явно шокирован моей откровенностью, но не показывает этого. Стальная выдержка.

— Раз мы честны друг перед другом, то невестой Ильдара я хотел видеть Малику, она более подходящая партия, чем ты, не имеющая за душой ничего. Такие семьи, как наша, обычно заключают выгодные браки, не основанные на чувствах. Говорят, что из грязи в князи — это путь для избранных. Я всегда думал, что это просто дорожка в лужу!

— Если память мне не изменяет, Иван царевич нашел лягушку в болоте, не побоялся на ней жениться, а она оказалась вполне годной невестой. Кто знает, может я тоже из этой оперы, — воинственно задираю подбородок, складываю руки в замок на коленях. Мне тяжело, я в напряжении, из-за чего жутко болит голова, но нужно выдержать этот поединок. Даже если его проиграю, проиграю с гордо поднятой головой.

— Я в курсе, что за ты «царевна», — дед усмехается. — Не ахти какая, но и не совсем простушка, однако, твой завод никак не перевешивает чашу весов бензиновых комплексов семьи Малики. Дабы не терять время, скажу прямо — разведись с моим внуком. Я заплачу.

Наверное, получить реальную пощечину было не так обидно, как получить предложение продаться. Меня пытаются опустить до уровня алчной девки, которая с радостью на все согласится при мысли о больших деньгах. Но дедуля не на ту напал. От денег я бы не отказалась, но знаю, что Ильдар сделает все возможное и невозможное, чтобы завод приносил стабильный высокий доход. Я в него почему-то очень сильно верю.

— А вы не допускаете мысль, что между мной и Ильдаром любовь? Ну, бывает так, что есть невеста, все просчитано наперед, а тут хоба, одна единственная встреча все меняет.

Я говорю правду. Одна встреча, утро в одной постели, номер, где мы с ним провели ночь — все именно тогда пошло вкривь и вкось. До сих пор гадаю, чем руководствовался Ильдар, предлагая мне брак. Понимаю, что для меня это хорошая с ним сделка в сложившихся обстоятельствах. В противном случае была бы сейчас где-то в колонии строго режима, запертой на десять-двадцать лет, зависело бы все от того, как постарался прокурор.

— Любовь? — от души хохочет, будто умную и веселую шутку услышал. — Деточка, в моем мире браков по любви не бывает, но так уж и быть, я дам вам шанс доказать, что между вами любовь… — хитро улыбается, у меня неприятно начинает сосать под ложечкой.

— И как доказать? — осторожно спрашиваю.

— Роди Ильдару сына.

15 глава

Вокруг тайга и ни души. Сказать, что мне не по себе, ничего не сказать. Страх стискивает сердце и заставляет держать нос по ветру. Кто ж знал, что для зачатия наследника дед Ильдара отправит нас сразу же в уединенное место, где никто нам не будет мешать.

Кошусь на Ильдара. Он уверенно ведет большой джип, которому не страшны бездорожье. На лице нет никаких эмоций. Видимо все переваривает внутри себя. Покорность с решением деда меня удивила. Я почему-то думала, что Ильдар будет яростно спорить.

— Почему ты ничего не сказал деду? — не выдерживаю тягостного молчания в машине.

— А что я должен был сказать? — косится в мою сторону, усмехается. — Рассказать всю правду о наших с тобой отношениях? Про наш фиктивный брак? Или про то, при каких обстоятельствах мы познакомились? Уверен, он бы увлеченно послушал.

Прикусываю губу, отворачиваюсь к окну. Сложно представить, как отреагируют родственники, узнав, что между нами вовсе не любовь с первого взгляда, а желание докопаться до правды. Мне и Ильдару интересно, кто нас подставил и с какой целью.

Время идет, детали стираются, боль утихает и уже произошедшее кажется каким-то кошмаром, а не случившимся фактом. Чего лукавить, я уже иногда задумываюсь, а сумеем ли мы докопаться до истины, ведь не так просто сейчас восстановить преступление по шагам. И кто нам даст документы о деле, чтобы посмотреть работу правоохранительных органов.

— Как думаешь, мы сумеем узнать, кто нас поставил в двусмысленную ситуацию в отеле? — поворачиваю голову в сторону Ильдара. Он хмурится, сосредоточенно глядя на дорогу.

— Я надеюсь, что узнаем. Не все идет так, как хотелось бы, но все равно докопаюсь до правды. Чем больше я думаю о том днем в отеле, тем больше меня гложут сомнения. Постоянно задаюсь вопросом, кого хотели подставить: тебя или меня.

— Конечно меня! Убили в соседнем номере моего мужа, а не твоего любовника!

Ильдар выгибает бровь, при этом не кидает в мою сторону гневные взгляды за сказанное. Но ведь правда, с какой стати кому-то подставлять Салиховича? Может позже преступник планировал вымогать у него деньги за молчание? Слишком сложно и мудрено.

— Ладно, — со вздохом поворачиваюсь к мужу. — Давай просто отдохнем эти пару дней на природе, и не будем думать ни о чем.

— Предлагаешь заняться тем, из-за чего нас в эту глушь сослали? — иронизирует Ильдар, криво улыбнувшись. — Тебя будет в ближайший месяц задалбливать вопросами по поводу беременности.

— А ты вообще как относишься к мысли стать отцом?

— Никак. В моем мире ребенок это пунктик, возле которого нужно со временем поставить галочку. И желательно, чтобы родился сын.

— Ну, а если убрать этот пунктик, то сколько бы ты хотел детей? Одного? Двух?

— Пятерых, — ерничает Ильдар. — Как единственный ребенок, мне всегда хотелось иметь братьев и сестер. Я бы с удовольствием со своими детьми ездил на пару дней в тайгу, ходили в походы, охотились вместе. Мне бы хотелось им показать мир, который их окружает. А еще хотел, чтобы они росли как обычные дети, без оглядки на статус, без груза ответственности. Но это всего лишь мечта, — поворачивает голову в мою сторону и улыбается.