Валентина Колесникова – Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть. Книга 1 (страница 31)
— Здесь нет того, что мне нужно, — мой ответ удивил, это было заметно по слегка поднятым бровям торговца.
— Я в этом не уверен… — легкая улыбка, вновь взмах ладонью и… На подносе не осталось ничего, кроме того самого амулета. Догадался? Понял, что не для меня? Понял ли он, что Вэй — раманш?
— Я хоть и была Верховной ведьмой, но драконью сокровищницу не обворовывала, так что как бы прекрасен ваш амулет ни был, мне не хватит и пол жизни, чтобы за него расплатиться…
Торговец ухмыльнулся, слегка поклонился и тихо прошептал:
— Я буду ждать вас, госпожа Сэрех. Уверен, вы передумаете…
— Что произошло? — спросил Вэй, когда мы вышли из шатра и отошли от него на приличное расстояние. — Этот амулет подходит?
— Да, подходит. И на него хватит денег, но как только ты покажешь жемчуг, этот торговец редкостями сразу поймет, кто ты, и захочет тебя в свою коллекцию…
— Мне плевать, что он там хочет, ведьма…
— А мне нет! — голос предательски сорвался. — Он собирает редкости, и не только предметы, понимаешь? Все, что отличается от привычного, все, что сложно достать… Тех, кого сложно найти. Там, в шатре, был один из самых опасных людей Эрмера. И шатер — лишь прикрытие. Как же я сразу не догадалась… Вэй, тебе нельзя к нему возвращаться, но и жемчуг в качестве платы тоже отдавать нельзя.
— Отправь за ним Ярна и Адольфа…
— Ага, это прям такое совпадение, что за один вечер к нему в шатер приходят за одним и тем же… Он не продаст… Предлагаю найти что—то проще, но более доступное, как ты на это смотришь?
— Положительно, — Вэй был искренне удивлен, он чувствовал мое беспокойство, — какая тебе разница, если он захочет раманш в свою коллекцию? Таких было очень много в моей жизни и все чего—то хотели…
— Ты сейчас издеваешься надо мной? — я, честно, не ожидала такого вопроса.
— Я серьезен…
— Вэй… я и врагу не пожелаю стать куклой. Пойми, он коллекционер… Кукольник! Каким способом можно сохранить вымирающий вид, если животное почти что при смерти?
— Выпотрошить, а затем… Он что, чучело сделает?
— Именно! Поэтому лучше с ним не связываться. Я не знаю, какой магией он владеет, никто не понимает ее принципа, но не думаю, что большинство артефактов досталось ему по счастливой случайности и без боя.
— Я думал, что верховные ведьмы самые сильные, — Вэй словно пошутить хотел, но у него это явно не вышло.
— Сильные, — подтвердила я, — а еще мы бываем умными и не лезем в опасные места.
— Сказала ведьма, начавшая свой нелегкий путь с драконьего пота, — на этот раз он хмыкнул. — А это еще что?
Вокруг шатра за нашими спинами раздался хлопок. Череда пушечных выстрелов с цветным дымом гласила о том, что сейчас мы услышим что—то важное. Яркие краски смешивались прямо в воздухе, но цвет при этом не меняли. Белый дым мягко обволакивал алые облака, превращался в подобие дракона с огромной пастью, раскрывая ее, словно хотел выдохнуть пламя. Все, кто видел это представление, застыли на месте, с восторгом взирая на чудо—изобретение, в котором почти не использовалось магии.
— Дамы и господа! — голос разлетелся по всей площади, заставляя всех замолчать и остановить торговлю. — Только сегодня! Единственное в своем роде кукольное представление! Спешите увидеть чудо собственными глазами, не лишайте себя удовольствия насладиться невероятным представлением! На закате солнца…
— Нам не стоит туда идти… — я заметила интерес Вэя.
— Я знаю, но мне интересно, что за куклы он использует…
В любом случае, сейчас не было времени и возможности позволить себе настолько странное наслаждение, поэтому, недолго думая, мы почти одновременно развернулись и затерялись в толпе в попытках найти амулет.
Мы проходили мимо множества торговых лавок, беседок, таверн, где лилось рекой пиво, наверняка разбавленное. Все расы смешались воедино и забыли про давние распри — один из эльфов напился окончательно, раз был готов повторить стакан эля с орком на брудершафт. Орк был не против, но в смятении, с не свойственной ему осторожностью отодвигая от себя совершенно пьяного остроухого эльфа. Последний орал на всю таверну несусветную брань, чем удивлял троллей и гномов, которые тут же зааплодировали за столь творческий подход к общению с заклятым врагом. Орк, словно от стыда, прикрывал глаза, что—то шептал себе под нос, будто бы молился, и с силой сжимал огромную дубинку с шипами, на которых отчетливо виднелись кровавые разводы.
— Зачем они пьют этот яд? — Вэй осторожно отодвинул от себя осколки разбитого пивного стакана, с интересом наблюдая за пьяной парой.
— Понятия не имею, — презрительно фыркнув, я направилась прочь от разъяренной толпы как раз в тот момент, когда орк не выдержал, встал из— за стола, молча схватил остроухого за шкирку и выволок на свежий воздух, направляясь по дороге, что вела в сторону шатра.
— Эй, ты куда? Мы же там были… — Вэй резко развернулся и последовал за нетрезвой парой. — Вэй, что ты…
— Тише…
Я послушно замолчала, наблюдая за тем, что делают эти двое…
А делали они вот что.
Эльф продолжал орать на всех прохожих и посылать орка в такие несусветные дали, что даже Адольф обзавидовался бы. Несколько раз он напал на очередь, что выстроилась возле шатра, и стража помимо словесной брани добавила еще пару ударов сверху, после чего эльф окончательно вырубился, а орк без зазрения совести пихнул его куда—то за угол.
— Эй! Забирай этого урода остроухого! — страже подобное не понравилось, но орку было плевать.
— Вот сам и забирай! На кой черт я вообще с ним связался…
— Да мне плевать с кем и когда, забирай этот труп и вали, пока я тебе руки не вырвал и в зад не засунул!
Два представителя орков почти что сцепились друг с другом, вся очередь тут же отвлеклась на возможный мордобой, и никто из них совершенно не видел, как эльф что—то подсунул под защитный магический купол шатра…
— Воры, — хмыкнул раманш, — есть идея…
Ой… Не нравится мне все это….
— Может, не надо? — тихо спросила я, наблюдая за шатром с ветвей высокого дерева. Густая крона отлично скрывала нас от любопытных взглядов, а шум удивленной толпы, выходящей после представления, окончательно рассеивал внимание стражи.
— Надо, ведьма, надо…
Ой, что—то мне это напоминает…
— Может, все же не стоит?
— Еще как стоит! Сейчас! Смотри.
Все это время мы наблюдали за странной парой. Орк сидел в засаде, выбрав для этого одно из самых выгодных мест — в кустах. Густых таких кустах, прекрасно дополняющих по цвету его зеленую кожу. Совершенно трезвый эльф, грациозно спрыгнувший с ветвей невысокой сосны, мгновенно оказался рядом с тем местом у шатра, куда незадолго до этого что—то подсунул под защитный купол. Один пасс руками — в магической защите образовалась брешь, и воришка беспрепятственно проник на запретную территорию. Эльф оказался не так прост, раз в его запасах были редкие заговоренные предметы.
— Идем…
— Что? — я удивилась. — Зачем? Он же сейчас выйдет…
— Не выйдет, — хмыкнул раманш, — думаешь, кукольник ему позволит себя обворовать? Пока этот остроухий отвлекает на себя внимание, мы возьмем амулет.
— Я ожидала от тебя чего угодно, но не этого…
Вэй медленно взглянул на меня и добавил:
— Я могу просто войти туда и убить его. Так проще, но внимания привлечет больше.
Даже не знаю, как реагировать на это… От взгляда раманш по коже опять побежали мурашки.
Взмахнув рукой, Вэй подчинил себе воду из ближайшей бочки и с силой направил несколько капель в сторону ничего не подозревающего орка. Тот отвернулся на непонятный шум, обнажив при этом меч и не замечая того, что мы прошли следом за эльфом.
— Вообще, раз мы так поступаем, то можно все сделать совершенно иначе… — я попыталась остановить раманш, но он не слушал. Просто шел вперед, пробираясь сквозь огромные ящики, пустые клетки и большие мешки, заполненные соломой.
Мы притихли, наблюдая за тем, как нимфы при помощи магии спокойно убирают на место расставленные для зрителей стулья. Совсем юные, утонченные, красивые… Этот вид нечисти славился своей красотой, голосом и невообразимой нежностью, которой девушки одаривали своих возлюбленных. Межрасовые союзы — большая редкость, но если человеческому мужчине удавалось заполучить внимание нимфы, то его действительно можно считать самым счастливым… Эти девушки полностью отдают себя семье, погружая избранника в заботу, тепло и уют.
Нимфы выглядели странно. Раньше при таком освещении заметить бледность кожи и осунувшийся вид было сложно, особенно когда все мои мысли были обращены к амулету. Сейчас они казались бабочками, которых насадили на булавку, — спины ровные, носики вздернуты, но взгляд обреченный, мертвый, совершенно безжизненный. Что—то не то…
— Ты думала, я не увижу? — голос хозяина шатра прозвучал как гром среди ясного неба. Вэй тут же сделал шаг назад, полностью скрывая нас в тени, за высокими деревянными ящиками, от которых исходил странный гнилостный запах. Раманш поморщился, дернулся в мою сторону и вновь схватил меня за руку. — Ты думала, я не узнаю… Ты думала, я не замечу?
Все три девушки мигом замерли, вжали головы в плечи и затряслись так, словно готовились к смерти. Нимфы смотрели на то, как маленький злобный мужчина медленно подходит к ним, нервно теребя в руке небольшой ключик на толстой золотой цепочке, что висел у него на шее. Они не могли пошевелиться, не могли ответить.