Валентина Колесникова – Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть 2 (страница 29)

Гордон тоже наблюдал. Он изучал каждого из нас, но в отличие от большинства верил в силу раманш, а также в то, что обмануть амулет невозможно — сам проверял ни единожды.

— За мной не пойдут, — уверенно заявила я, — Саяр хотел поставить меня во главе, но это неверное решение уже хотя бы потому, что я нестабильна. Я стала слабее, и вы все это видите. Брать на себя ответственность за народ, который не желает прощаться с развратным образом жизни бессмысленно, потому что сейчас я испытываю лишь одно чувство — жажду. Жажду очистить Эрмер тем же способом, что и тогда в Элмене.

— Я думаю верным решением будет скрыться на время, — заметил Гордон, — ради вашей же безопасности. Все знают о раманш, но обязательно настанет момент, когда враг найдет способ до вас добраться. Вам нужно рассказать правду в присутствии господина Вэя и с амулетом раманш для большей достоверности. Я прекрасно понимаю, что последователи бывшего правителя будут всеми силами доказывать наличие сговора между вами и господином Вэем, но эти люди и существа нам не интересны. Это откровение с вашей стороны будет направленно именно на тех, кто действительно сомневается, но поверьте, крупица света есть даже в самой непроглядной тьме.

Дальше шло обсуждение плана действий, а также способов устранения восстаний, но я уже не слушала.

Довольно часто успокоить разбушевавшейся народ выходил Вэй. Ему нужно было просто показаться и все мигом замолкали, стоило лишь раз продемонстрировать силу.

Я не знала, как поступить правильно, сильно злилась на себя за слабость, но была безумно рада тому, что Вэй меня не оставлял одну.

— Я смотрю, ты прям такая злобная стала, что глаз радуется! АЙ! ТЫ ЧЕГО?

Зел появился внезапно и так же внезапно получил пульсаром в лицо. Увернулся, к сожалению, но намек понял.

— Ненавижу твой сарказм, — рычала я, смотря демону в лицо.

— Говорю же, злая… как собака… — после этой фразы он исчез, понимая, что я на эмоциях способна таких дел натворить, что следующие приключения меня просто добьют. Да и не только меня.

Адольф шел на поправку. Гном очень медленно восстанавливался, все время находился под наблюдением лекарей, а также проводил беседы с Гордоном, постоянно рассказывая историю с самого начала.

Гордон Рой пытался найти несоответствия, искал обман, иллюзию правды, но всякий раз возвращался от Адольфа в не лучшем расположении духа.

— Он все еще плачет, когда рассказывает о тебе, — мы сидели с Гордоном на лавочке в тот день, рядом с лазаретом, где лежал Адольф, — ему очень горько и больно от осознания предательства, но он приходит в себя. Знаешь, Сэрех, я бы хотел сказать, что мне тебя жаль, но это не правда.

— Что ты имеешь в виду, Гордон? — маг поправил отросшие черные волосы, снял пенсне и уставился в голубое небо, наслаждаясь временным затишьем перед бурей.

— Я не могу жалеть того, кто столько пережил в своей жизни. Не знаю, как правильно подобрать слова, но твоя судьба то еще дерьмо. И при этом ты сидишь со мной сейчас на лавочке и разговариваешь. Ты выглядишь так, словно не существуешь, словно достаточно простого дуновения ветра, и ты превратишься в пепел.

Я ничего на это не ответила. Какой смысл в словах, если Гордон и так говорил правду?

Говорили, что время лечит. Обманывают. Не лечит.

Говорили, что станет легче. Возможно… Кажется, не соврали.

Я послушала совета Гордона и вышла к людям. Я слышала каждое слово, брошенное в мою сторону. Сердце при этом колотилось с бешеной силой, я не плакала лишь благодаря зелью, заранее приготовленному и выпитому на такой вот случай.

Присутствие Вэя заставило всех замолчать и слушать. Просто слушать, не задавая вопросов.

В итоге я поняла, что устала от лжи. Саяр был с решением не согласен, но не мешал. Маг заперся в своей лаборатории и несмотря на дикое желание Гордона покончить с ним, с лихвой указал всем на их места, дав понять, что умирать не намерен.

Он никого не убил в тот день, но в искренность этого я не верила.

Я не могла свыкнуться с мыслю о том, что он мой отец. Да и жители Эрмера тоже были в ужасе, осознав, что в этом мире у рода Норвэна есть продолжение. Думаю, после этого мне стали доверять еще меньше и после откровения с народом мне стало еще хуже.

Мы закрылись вдвоем с Вэем в нашем убежище, он обнял меня крепко-крепко и просто слушал, не прерывая и не задавая бессмысленных вопросов. Разве что предложением вывел из хрупкого равновесия.

— Ты в этом уверен? — после долгого разговора с Вэем я так и не смогла до конца осознать его слова, — я же не могу дышать под водой…

— Ты забыла? Тебе в нашем замке этого и не надо, — раманш предлагал уйти к нему. Насовсем. — Сэрех, я не приковываю тебя к себе, ты свободна. Я не стану тебя останавливать, если ты захочешь уйти, но я достану тебя везде, если ты внезапно вздумаешь уйтиот меня. В подводном мире тебя никто не найдет, враги не смогут добраться. Тебе нужно укрытие на первое время, а потом уже сама решишь, чего ты хочешь. Согласна? Ведьма, я предлагаю тебе сделать мой дом нашим и, если честно, очень хочу, чтобы ты осталась со мной и никуда не исчезла, но понимаю, что это невозможно. Давай просто попробуем.

Я не смогла ничего ответить, просто кивнула головой в знак согласия, думая о том, что Вэй и так делает для меня слишком много.

Со временем слезы высохли. В душе я все еще рыдала, терзала себя из-за содеянного, наблюдая за тем, что происходит в городе. Эрмер, некогда прекрасный и величественный, внезапно потерял своего тирана и теперь все, кто жаждет власти с соседних земель, пытается оторвать себе кусок.

— Вы, люди, как паразиты, — Вэй сокрушался, размахивая руками прямо перед Гордоном и Въерном. Оборотень хоть и не хотел, но принял временное правление Элменом до тех пор, пока не смогут найти ему замену. Дело в том, что замену не особо ищут — он со своими обязанностями справляется, хоть и ведет себя иногда резко в нашем общем кругу знакомых.

— А я давно говорил, на костер их всех! — хмыкнул оборотень, — в чем дело, раманш, впервые видишь столько алчности?

— ДА! — Вэй не выдержал, призвал к себе поток воды, насыщая тело силой, — да дело не только в людях как таковых… не важно — маг или оборотень, простой человек или еще кто-то из этого рода…Откуда столько жажды власти? Им что, на своих землях ресурсов мало?

— Конечно мало, — удивился Гордон вместе с Въерном. Я же в это время молчала, просто наблюдая за всем со стороны, — странно, что тебе это не интересно. Я понятия не имею что у вас за законы там внизу, раманш, но видимо вам каким-то чудом удалось найти золотую середину.

— Все дело в жажде мирного существования, — тихо заметил Вэй, — у нас тоже были войны. Я не застал этот период, он уже давно пылится среди пергаментов, пожелтевших от времени… Лишь с появлением общего врага раманш объединились и приняли решение не воевать друг с другом.

— Общий враг — это люди? — тихо заметила я, смотря на Вэя.

— Именно, — честно ответил он, прекрасно понимая, что нисколько меня этим не обидит и не оскорбит. Теперь все знают, что наш народ напал на раманш первым, не мудрено, что те стали защищаться так, как умели, а потом, чтобы их запомнили, дали ответ. Кровавый и жестокий, запоминающийся на века, — но об этом после. Что с соседними городами?

— Ты не поверишь! — хмыкнул Гордон, устало откидываясь в кресле, — мне предложили выдать Сэрех замуж для заключения мирного договора с соседним государством. Они искренне полагают, что это укрепит их позиции, а также поспособствует связи с раманш. Я, конечно, посмеялся, но, честно говоря, меня это напрягло. Эй, Вэй… Спокойно, я же им отказал. Не смотри на меня как на кусок мяса, это было не мое предложение!

— Ревнивый зверь опасен, — заметил Въерн, — а ревнивый раманш смертельно опасен. Ты же им это объяснил?

— Вот еще, — Гордон отмахнулся, — делать мне нечего, как выяснять, кто с кем в каких отношениях и за кого замуж выходит. Своих проблем по горло, а тут еще эту чушь предлагают. Совсем обезумели. Когда вы уходите? Нам нужно связь наладить. И когда вернетесь?

— Я совсем ухожу, Гордон, — тихо ответила я, — сейчас я очень слаба, мне нужно собрать себя воедино, а также мне нужно время.

— Я буду поддерживать связь, — Вэй передал Гордону один из амулетов раманш, — И еще один момент, Гордон… Саяр Норвэн…

— Я знаю, — маг скрипнул от злости зубами, — он передаст нам все свои разработки относительно альр. Обещаю — отдам все, что получу и что найду. Он решил уйти, но я не верю. Наверняка будет экспериментировать в своем убежище, о котором никто не знает. Я пытался его поймать и буду пытаться это делать — когда-нибудь он совершит ошибку, но сейчас это кажется мне чем-то невозможным. Я надеюсь, что Сэрех не захочет изучать некромагию. Еще одного Норвэна я не переживу, к тому же ты мне нравишься, ведьма.

— Намек поняла, — прошептала я, передергиваясь от одной лишь мысли использовать магию смерти.

В итоге я действительно ушла к Вэю. Я стала жить среди раманш, тренироваться с ними бок о бок, делить их обычаи и особенности, а также и самого Вэя.

Однажды утром я проснулась, а на моем пальце было надето кольцо…

— Я не умею делать предложения, — тихо заметил мужчина, тихонько гладя меня по голове, — но все же спрошу. Ты согласна?