Валентина Колесникова – Твоя на три года (страница 34)

Ему нравится наблюдать за моей реакцией? Или же он сомневается? Что, если в итоге я не сильно ему понравилась? Не так сильно, чтобы хотеть чего-то большего, чем просто прогулка в парке?

Мысли в голове были похожи на ураган. Я сильно волновалась, мне казалось, что Лиам всё-всё видит и знает, но на самом деле это не так. Он тоже человек, тоже взвешивает все за и против и принимает решение и раз до сих пор он не приблизился ко мне в том плане, в котором мне бы хотелось, значит его что-то смущает. И вот что не так, а? Смущает там его! Сам в машине девушек возит, а я там его смущаю!

— Лен, мне кажется, что ты сейчас в своей голове что-то странное придумала, — осторожно начал мужчина, когда мы уже выехали на дорогу, — сама в это поверила и теперь на меня обиделась. Я это вижу, потому что ты как моя мама… У меня дежа вю, если честно. Говори сразу, умоляю тебя, не мучай меня.

— Я стесняюсь, — буркнув, я тут же вжалась в кресло, словно испуганный котенок. Я что, настолько открытая книга? Меня так просто понять? И вообще, он что, говорит сейчас о том, что хорошо в женской логике разбирается? И где же опыта набирался?

— Лен, из твоих глаз сейчас бесы вылезут, — мужчина поежился, но с губ его при этом улыбка не уходила, — копия мамы… Они с отцом так тоже ругались. Я маленький ехал на заднем сидении, а отец пытался выяснить, какая муха ее укусила.

— Знаешь, в парке, куда мы едем, очень красиво…

— Лена…

— Я же говорю, я стесняюсь… Давай я лучше с мыслями соберусь и когда буду готова, то спрошу, ладно?

— Это чтобы меня весь день терзали мысли о том, что в твоей голове происходит? Ну уж нет, я так не хочу. Вас, женщин, вот так из себя вывести могут лишь несколько вещей. Первое — это вы сами. Второе — другая женщина. Судя по твоему лицу я угадал оба пункта, так что отвечу сразу — я не маленький мальчик и тем более не девственник. Да, женщины у меня были, но давно и не сложилось. Армии любовниц, как принято считать, у меня тоже нет. А вот первый пункт я объяснить тебе не смогу, потому что тут ты сама либо страдаешь комплексом неполноценности, что странно, либо в чем-то запуталась. Так что случилось?

— Я просто думаю о том, что… Что не совсем подхожу тебе, — сделав небольшую паузу, я продолжила, — дело не в самооценке, наверное…

— Ты мне подходишь, — голос его слегка дрогнул, — но это тяжело… В любом случае, я буду признателен тебе, если ты будешь рассказывать мне даже самые глупые свои мысли. Поверь, это заметно облегчит задачу узнать, что происходит и как это можно исправить.

— Только обоюдно, — уверенно заявила я, — когда поймешь, что готов поделиться своими мыслями, я с удовольствием тебя послушаю.

Мужчина согласно кивнул, мягко улыбнулся и, к моему ужасу, осторожно погладил меня по голове своей широкой ладонью.

— Слушаюсь, мой милый котик, — хмыкнул мужчина, не отрывая взгляда от дороги, — ты хочешь рыбки или сливочек?

— Сливочек, — шепнула я, — и ягодок…

— И все это на песочной корзинке? — Лиам продолжил улыбаться, вбивая в навигатор еще один адрес.

Мне только и оставалось, что согласно угукнуть в ответ, в очередной раз борясь со своей краснотой.

Чую, прогулка будет интересной.

— Стой, — тихий голос Лиама заставил резко затормозить, — подожди.

Мягкие пальцы аккуратно сняли кусочек взбитых сливок с кончика моего носа. Мужчина вес себя тихо, прилично, слушал мою болтовню, прогуливаясь в парке моего детства и выглядел при этом довольным.

— Лен, так получается, ты тут родилась? — Лиам видел мое замешательство, которое длилось не долго и решил продолжить разговор. Подойдя к маленькому водопаду, что был почти у входа в парк, он отломил немного булки и стал подкармливать уток. Те оказались чересчур благодарны, поэтому буквально через минуту нас обступила целая стая, которая совершенно не боялась человеческих рук, а некоторые особи позволяли себя погладить, что было странно.

— Я тут выросла, — ответив, я стала кидать куски булки чуть дальше от нас, чтобы птицы не оторвали кусок ткани и не разорвали нас на множество кусочков, — этот парк знала, как свои пять пальцев, но сейчас Нижний Парк на реконструкции, а Верхний уже отреставрирован. Они многое тут изменили и в каком-то смысле некоторые места потеряли свою изюминку. Вот например каменный мостик, что ведет через речку…

Я указала в сторону небольшого старинного мостика, куда и хотела отвести Лиама. Мужчина с интересом стал рассматривать строение, слушая мою историю дальше.

— Раньше мостик на вид был старинным, шероховатым, неровным. А сейчас…

— Сейчас его отреставрировали, выровняли, зачем-то покрасили и полностью потеряли его былое очарование, правильно? — тихо заметил Лиам, следуя за мной хвостиком. Так странно, мне казалось, что ему нравилось, что я вела его куда-то. Ему нравилось, что я взяла его за руку и самозабвенно что-то рассказывала, испытывая желание поделиться своими воспоминаниями.

— Именно, — подтвердила я, замерев на берегу рядом с мостом.

Тонкий ручей тек среди довольно крупных валунов, чуть сбоку ревел еще один водопад, созданный руками человека, и все это место было окружено деревьями, высокими зарослями кустарника и пением птиц.

— Видишь небольшую площадку рядом с мостиком? — спросила я, указывая ладонью в сторону берега, — там довольно часто сидел старый художник. Мне нравилось наблюдать за его работой, за тем, как он наполняет палитру, как создает на белом холсте целый мир.

— Ты рисовала?

— Нет, что ты, я не умею, — немного смутившись, я отвернулась, продолжив восхождение. Нам предстояло подняться немного выше, откуда открывался замечательный вид на парк.

Погода на улице была чудесная, яркое солнце согревало тело, летний ветерок мягко подталкивал в спину, подгоняя вперед и все это время Лиам молча следовал за мной, словно тень.

Мы оба молчали и честно признаться, в наступившей тишине было очень комфортно. Я видела, что мужчина это тоже испытывал. Мы не лезли друг к другу, не пытались нарушить возникшую тишину и просто шли вперед, любуясь природой.

— Я давно не проводил так время, — тихо заметил Лиам, указывая в сторону загона с оленем, — тут очень тихо и спокойно. Мне нравится.

— Я рада, — подойдя к невысокому забору, мы тут же привлекли внимание совсем юного олененка. Его мягкий носик тихонько просунулся сквозь отверстия в заборе, а теплый язык требовал нарвать одуванчиков. Именно это мы и сделали.

— А он не лопнет? — тихо заметил Лиам, наблюдая за тем, как я словно зачарованная обрываю все желтые одуванчики и вырываю траву с корнем. Олененок мигом фыркнул, копытцем топнул, косо на мужчину глянул и явно был не доволен его предположением, — да он с характером…

Первый же одуванчик, отданный Лиамом, исчез с его ладони. Животное с большим удовольствием приняло лакомство, стало причмокивать, да так аппетитно, что даже мне захотелось пожевать травы.

— Там блинчики продают, — с надеждой заметила я, указывая на белый шатер, — давай немного передохнем?

— Я не против, — Лиам тихонько взял меня под руку и мы оба спокойно направились в нужную сторону.

Возможно, для кого-то такой выходной покажется скучным. Кто-то подумает, что мы ведем себя как парочка стариков, не умеющих развлекаться. Возможно они будут правы, но когда в теле и сердце накапливается столько усталости… Когда нет сил на то, чтобы просто выйти из дома и сделать хоть что-то, что не относится к работе вот именно такой способ отдыха самый верный.

Среди природы огромного парка мысли словно очищались. Я ловила на себе каждый взгляд Лиама, утопала в его бездонных лазурных глазах, наслаждаясь его голосом, мимолетной улыбкой, а так же собственным сердцебиением.

О да, нет смысла давить чувства, все равно из этого ничего не выйдет.

Мне нравился Лиам… Даже более того, я терялась рядом с ним, казалась сама себе маленькой и хрупкой. Хотелось крепких объятий, разговоров у камина, милых поцелуев и пожелания “спокойной ночи” перед сном. Хотелось прикасаться к нему, почувствовать запах его тела, ощутить его руки на своих плечах, губы на шее, и кое-что большее, что видимо мне не светит.

Интересно, о чем он сейчас думает, глядя на меня вот так пристально?

Никто из нас не отвернулся, никто не отвел взгляда — мы изучали лица, рассматривали морщинки, видели, кто когда хмурится, кто улыбается и почему.

Просто сидя на улице рядом друг с другом, я ощутила неимоверное тепло…

Внезапно он прикоснулся к моей руке. Мягкими движениями стал проводить кончиками пальцев по моей ладони, массировал запястье и тихонько проводил по руке все выше.

Я нервно сглотнула, боясь даже дышать — словно могла спугнуть его в самый не подходящий момент. Лиам тем временем не остановился. Он мягко прикоснулся к моей шее, продолжая гладить мои плечи, затем запустил руку в волосы, осторожно наблюдая за тем, что со мной происходит.

— Тебе приятны прикосновения? — тихий уверенный голос, все же заставил выйти из какого-то странного тумана. Я словно оказалась в вакууме без звуков и внешних раздражителей. Была лишь я и Лиам и больше никого.

— Очень, — созналась я, получая удовольствие от каждого его движения.

— Ты словно кошка, — заметил мужчина, сев ко мне ближе, — такая же мягкая…

— Думаю, тебе пора завести это пушистое животное, ты все время меня сравниваешь…