Валентина Колесникова – Как свести с ума дракона, или Выжить несмотря ни на что (страница 23)

— Точнее — палача, — хмыкнув, Паук сел на кровать рядом со мной, а затем добавил, — тебе, Саша, не понравятся наши истории. И я думаю, что когда ты нас узнаешь, мы тебе тоже не особо понравимся.

Он смотрел пристально, жестко и как-то… не знаю, какое подобрать слово для этого взгляда… будто бы он молился… Я видела что-то похожее на просьбу, словно он требовал подтверждения своим догадкам, тому, что мысли на мой счет в его голове — не пустой звук. То же самое относилось и к Роэлу. Я наблюдала за ним, за его движениями и действиями. Находясь в этой комнате он постоянно колдовал, я чувствовала это, видела мимолетные движения руками, пальцами, из-под которых выбивались еле заметные искры. Каждая из них встраивалась в структуру дома, будто бы меняла защитный барьер, выстроенный за окном. Всякий раз, когда изменения вступали в силу, за стенами дома обреченно вздыхали — шла игра, но маг при этом не выходил за порог и не сносил головы тем, кто пытался нарушить приказ.

— Потому что ничего противозаконного они не делают, — внезапно пояснил маг, чем очень сильно меня удивил, — нет, я не читаю твои мысли, просто ты словно открытая книга. В нашем мире если у тебя возникаю подозрения на незаконное использование магии, то можно сделать все возможное, чтобы уличить предателя в его деянии. Есть множество приборов-ищеек, так что это еще один повод быть осторожной, ведьма.

— Не называй меня так, — как же он похож на Гирмана, Боже… Точнее не так! Как же Гирман похож на того, кем он когда-то был! Но что, если на самом деле Роэл и Игорь — один и тот же человек? Сколько живут маги? Что, если он не простой колдун и скрывает свою истинную сущность? Что, если в моем мире он забыл, кем был, а потом… А хотя нет, не может этого быть. Он же говорил, что у него была мама и что в детстве его не понимали, значит все же Игорь Олегович своего рода реинкарнация, которая помнит свою прошлую жизнь и получила возможность пользоваться силой! Такой вариант, на мой взгляд, больше подходит. Все же я не думаю, что он играет, скорее всего Роэл действительно не в курсе того, что я пришла не просто из другого мира, а из другого временного периода, когда он как таковой уже был мертв. Получается моя догадка верна — сейчас Гирман отправил меня в своеобразное прошлое, которое для меня настоящее. Господи, не запутаться бы. То есть для него — это прошлые события, а для меня — настоящие. Вот, кажется теперь в моей голове ситуация выстроилась в правильной последовательности. Но заче-ем он это сделал со мной? Я что-то смогла изменить в этом мире? Правитель — тиран, узурпатор, уничтожает магию с лозунгом “убить ведьм”, но при этом сам пользуется силой, несмотря на то, что ей не владеет! Это сколько коварства и власти нужно иметь, чтобы подогнуть под себя мир магии! Дарэн страшный человек, до омерзения сильный, безжалостный и богатый, а как мне известно на этом фоне у многих людей сносит крышу — у них меняется взгляд на жизнь, на людей и на свои действия.

В комнате наступило своеобразное молчание, затем Паук встал с кровати, тихо поклонился и со словами о том, что ему нельзя долго находится в моих покоях, вышел по своим делам. Роэл, как надзиратель, мог делать здесь что хотел, как хотел и где хотел. Пло-охо.

Он наблюдал за мной, не отрывая взгляда. Стоял напротив окна, смотрел на то, как я пытаюсь осознать все то, что происходит со мной.

— Я не хочу нравится правителю, — прошептав это, я добавила следом, — у него извращенные взгляды на жизнь и женщин. Ощущение такое, словно этот человек больше не имеет возможности остановиться. Делает что хочет, как хочет и все сильнее погружается в море крови и грязи.

— Ты забыла про дикую жестокость. Ему не составит труда идти по улице и всадить клинок в спину старика.

— А как он стал правителем? С чего все началось?

Роэл хотел мне ответить, но внезапно в окно влетел световой шар,3 вроде пульсара. Маг посмотрел на него, тяжело вздохнул и взял с моей кровати свой меч.

— Мне пора, вызывают. Оставайся здесь, никуда не выходи и жди меня. Это приказ, ведьма. Приведи себя в порядок, переоденься. Этот дом на время твой.

Перед тем, как выйти, маг внезапно выпрямился, расправил плечи, словно надел на себя маску. Больше в нем не было спокойствия и размеренности, лишь сила и способность убивать где угодно, когда угодно и кого угодно.

Захлопнув за собой дверь, я слышала шаги где-то в доме, а затем все стихло.

— Вот и приключения на мою голову, — я продолжила сидеть на кровати. Почему-то заставить себя встать у меня не было сил. Обхватив колени руками, я уставилась перед собой и размышляла обо всем, что увидела.

Почему-то после разговора Роэл уже не вызывал ярости — по сути он не в курсе того, что сделает его “Я” в будущем. Можно считать их своего рода близнецами для собственного успокоения — это поможет отделить его от Гирмана. По поводу жестокости — да тут все пропитано ей! Даже сама земля! Постоянно только и слышу, что о подставах, предательстве, жестокости. Неужели где-то в этом жутком мире остался свет? Хотя бы капля? И что за город такой — Стордат… все погибли? Почему? Сам город охраняется магией? Мне кажется, Роэл не все рассказал, в его голове таится множество мыслей и секретов, точно так же, как и у Паука. Клайд признался в том, что и сам жестокий… Я и сама это видела, и так понятно, что существо, способное принимать облик паука с лапками-ножами ничего хорошего своему недругу не сделает, особенно, когда находится в подчинении дьявола.

Я хочу выйти из этого дома. Хочу покинуть этот город и увидеть Стордат — эти мысли четко засели в моей голове, они вертелись, кружились, набирали силы и постепенно заполонили собой сознание. Почему там есть что-то закрытое? Почему правитель Алогоне добился того, чтобы стереть его с лица земли? Как мог такой правитель, который подчиняет себе магию, пройти мимо места, где есть что-то сокрытое? Что-то, что может стать врагом? Не верю, что Дарэн ничего не знает о Стордат. Скорее всего и сам Роэл тоже что-то узнал, но молчит. Почему молчит? Там находится что-то ценное? Почему маг принимает сторону тирана, если имеет силы его свергнуть? Потому что ему так захотелось, выгодно, сил не хватает или есть еще какая-то причина? И почему сам правитель держит возле себя колдуна, который способен его убить? И зачем ему тогда Верховный маг? Кстати о последнем… Я не могу оценить его как личность, он странный, словно не участвует во всех делах правителя и играет роль куклы, но это лишь фасад, за которым… за которым скрывается точно такой же дьявол, как и сам Дарэн — эта мысль пришла внезапно, но я полностью была уверена в том, что мои ощущения меня не подводят.

Тяжело вздохнув, я все же встала с кровати, скинув на пол одеяло. Медленно подошла к зеркалу, что висело на стене и замерла, глядя на свое уставшее отражение. После дозы яда кожа стала бледной, синяки под глазами стали ярче, губы слегка потрескались и само тело словно изголодалось по нормальной еде. Я выглядела чересчур худой, немощной, испуганной и чего греха таить — грязной. И тут дело не в физической грязи, а во внутренней — словно что-то плохое появилось в душе, мерзкое, что хотелось из себя вырвать, растоптать и уничтожить. Думаю, что это кричит во мне ненависть и страх.

Хватит бояться, иначе я проиграю, а мне нужно выжить несмотря ни на что!

Открыв дверь комнаты, я тихо ступила за порог.

Единственный коридор вел в сторону большой гостиной мимо еще одной закрытой двери, на ручке которой сияла алая руна. Трогать ее и изучать то, что было за ней мне резко расхотелось, потому что стоило подойти ближе и протянуть руку, как контур изображения тут же пошел рябью.

Гостиная не казалась мне пустой, в том плане, что создалось ощущение, будто кто-то до меня тут жил. Или живет. Я что, нахожусь в доме своего надзирателя? Я в нем буду жить, а та комната, что закрыта, принадлежит Роэлу? Ну не-ет, скорее всего я ошибаюсь…

В середине комнаты стоял круглый стол, в самом центре которого красовался подсвечник. Белые свечи растаяли почти на половину, капли воска застыли на деревянной поверхности рядом с чистыми листами пергамента и черного пера. С его кончика когда-то падали чернила, потому что небольшие кляксы засохли рядом с воском.

Небольшие окна имели широкие подоконники, на них ничего не было, разве что несколько старых потрепанных книг, покрытых толстым слоем пыли, а вот стеллаж у стены напротив пользовался успехом — ни пылинки, все блестело чистотой, но так же было защищено руной. За стеклом стояли большие фолианты явно магического происхождения. Большая часть имела кожаный переплет, можно было разглядеть кончики пожелтевших от времени страниц и заметить, насколько хрупкие были эти книги.

Над столом висела старинная кованная люстра, где по контуру были проемы для толстых свечей, но мне кажется их давно никто не тревожил, потому что опускающий механизм был слегка ржавый и точно так же, как и подоконник, покрыт пылью.

Интересно, а что в шкафу…

Открыв дверцы двустворчатого шкафа, я убедилась лишь в том, что мои подозрения относительно Роэла оправдались — мужская одежда, мужской запах, и точно такая же льняная рубашка, что была сегодня на нем перед выходом. Кстати, с пятном… крови… на воротнике…