Валентина Когут – Рангила. Кто-то рядом (страница 27)

– Абсолютно. Но только не тогда, когда мои сотрудники бледнеют от этой самой личной жизни, – все также вкрадчиво проговорил Бартон, не сводя внимательного взгляда с Влада.

Профессор пришел в замешательство.

– Док, вы лучше посмотрите, что сейчас будет, – сказал Макс, ухмыляясь во весь рот.

– Угу. Сначала он будет буравить Влада взглядом, как на рентгене. Собственно, что, он сейчас и делает, – поддакнул Стас.

– Потом он якобы от него отстанет, но как бы невзначай будет задавать наводящие вопросы, – продолжил Славик.

– Если они не помогут, то тогда кэп начнет залезать «под кожу» – усядется рядом и будет лечить, – внес свою лепту Макс.

– Проест всю плешь своей моралью. О том, как важно не держать проблемы в себе, – не успокаивался Славик.

– И доведет Гараева до белого каления, – довольно изрек Макс.

– А когда это случится, вот тут-то наш майор и возьмет его тепленьким – вытянет из него все, вплоть до размера презервативов, которым он пользуется, – закончил Стас.

Зайцев растеряно переводил взгляд с одного на другого, пытаясь понять, как спецназовцы относятся к такому возмутительно нетактичному вмешательству майора в их личные жизни.

Но на самом деле, мужчины были рады, что есть человек, которому не безразлично, что происходит в их жизни и который шел на различные уловки и ухищрения лишь бы выяснить какие проблемы тяготили его сотрудников и обязательно старался помочь. Это дорогого стоило. Они очень ценили такое отношение, платя Бартону той же монетой.

– Все такие умные, я смотрю, – мягко начал Дмитрий, – сейчас вы тоже расскажете мне, чем занимались прошлой ночью на дежурстве.

– Опа!

Спецназовцы сразу притихли и переглянулись между собой, вспомнив, как смотрели фильмы, весьма эротического содержания, на большом экране.

– Так, порнушку смотрели, что же еще? – выдал Славик.

В зале было тихо, поэтому хорошо были слышны две звонкие затрещины от Макса и Стаса.

А Дмитрий, при этом, довольно улыбался, прекрасно и так зная, чем они занимались. Обстановка немного разрядилась и даже Влад начал немного улыбаться. Но при этом, его взгляд был где-то далеко. Его определенно что-то беспокоило, а это, в свою очередь, не давало покоя Дмитрию.

– Итак, мы выяснили, что я бесцеремонный мерзавец, плюющий на все правила частных владений. Тогда, может, сразу все расскажешь, чтобы мне не пришлось применять все свои запрещенные приемы? – Спросил Дмитрий, обращаясь к Владу.

Тот поднял глаза на Дмитрия и посмотрел долгим взглядом, раздумывая о своих вариантах. Через две секунды, после того, как Дмитрий вопросительно поднял бровь, стало ясно, что он всего один – рассказать все как есть.

И еще через пять минут напарники были в курсе его опасений насчет бывшего одноклассника.

Это было пару дней назад.

«Что-то мне это не нравится, – размышляла она, наблюдая, как Зеленый мечется по залу, повторяя слово «полиция».

Но больше всех ее беспокоил Оранжевый, который прямо сейчас превращался в ярко красный цвет, наполняясь злостью с головы до ног.

Ей это очень не нравилось. Злость – это потенциальная опасность, так как она не предсказуема.

Нужно что-то предпринять. А для этого нужно разобраться, в чем дело».

Влад стоял возле стола, крепко держась за него двумя руками. Он пытался не шевелиться. Пытался даже не дышать, лишь бы не сорваться и не натворить дел, о которых он потом наверняка пожалеет.

В таком бешенстве и отчаянии одновременно он еще никогда не был. Этот ублюдок, его бывший одноклассник снова позвонил. И снова предложил встретиться. Ему, видите ли, не понравился отказ Влада при первом звонке и он был очень этим расстроен. Поэтому ко второму приглашению он тщательно подготовился и принял все меры, чтобы уж на этот раз Влад точно не смог ему отказать.

Он взял его семью в заложники!

Отца и сестру. В их собственном доме. Заявился туда с двумя дружками и огнестрельным оружием. По крайней мере, именно так он сказал по телефону. Но зная его и помня все его выходки, скорее всего это было правдой. Похоже, у Васька окончательно крыша поехала. И теперь он в доме Влада держит его семью на мушке, ожидая, когда он приедет.

Влада просто трясло от такой наглости, и он даже не понимал толком от чего – от страха за родных или от ненависти к этому подонку. На этот раз он точно ему что-нибудь сломает и не в одном месте. А потом посадит в тюрьму. Главное, сейчас успокоиться.

– Док, хватит метаться и звать полицию, – грозно приказал Дмитрий. – Мы она и есть. – Тихо добавил он.

Профессор прекратил свое хаотичное движение по залу и замолчал. Только сейчас, в эту самую минуту он в полной мере осознал всю власть этих людей. И понял, что однокласснику Владислава Сергеевича очень не повезло. Вообще, не повезло. Он собственноручно подписал себе смертный приговор в тот момент, когда замыслил шантажировать спецназовца группы «Альфа».

– Я поеду с тобой, – сказал Дмитрий Владу, который все еще пытался обуздать эмоции.

– Я сам. Это мое дело.

– Ты «сам» свое дело решаешь уже много лет. Положительного результата я что-то пока не вижу.

– Я сказал, я сам, – прорычал Влад.

– А я сказал, что еду с тобой, – смотря прямо в глаза, сказал Дмитрий. – Ты, конечно же, справишься, но лучше, когда есть кто-то рядом.

Спорить с ним никто не стал. Не тот был случай. Если бы они могли, то все бы поехали туда, но двое должны были остаться на дежурстве, а еще двое были на выходном. Но и одного Дмитрия вполне хватит, чтобы они вдвоем справились с тремя негодяями.

Через пятнадцать минут после звонка мужчины вышли из здания и сели в машину Дмитрия. День уже шел к концу, и солнце клонилось к закату, заливая салон автомобиля заходящими лучами. Напарники молчали, но оба, не сговариваясь, были преисполнены решимости завершить этот день, так как надо – положить конец маниакальным посягательствам слетевшего с катушек Васька и его приятелей.

«Она прямо разрывалась между необходимостью как можно быстрее закончить свое выздоровление и желанием проверить все ли будет в порядке с ее охранниками, которые только что уехали.

– Что же делать? – спросила она сама себя.

– По большому счету они тебе никто и тебе не должно быть до них никакого дела. – Проснулось ее рациональное Сознание.

– Верно. Но тогда возникает следующий вопрос – зачем мне сердце? Зачем оно, если в итоге я им не пользуюсь, когда это нужно?

– Логично, – ответил ее всегда объективный Разум.

– Тогда нужно расставить приоритеты, – решила она.

– О, да! Я это очень люблю! – воскликнула ее Логика, которая просто обожала решать подобного рода задачки, определяя, что важнее в конкретный данный момент, используя обоснованные данные.

– Итак, рассуждаем. Своим восстановлением я занимаюсь всегда и если я на минутку отвлекусь, то ничего страшного с моим телом не случится. А вот помощь моим охранникам, возможно, нужна именно сейчас и если я упущу этот момент, то в этом случае, как раз может случиться что-то страшное. В итоге, что мы выбираем? – Спросила она себя.

– Выбираешь то, где в данный момент ты нужнее, – подсказывала Логика.

– То есть иду за Разноцветным и Оранжевым.

– Совершенно верно! – обрадовано воскликнула Логика.

На что Сознание откровенно фыркнуло. Это было абсолютно не рациональное использование времени, которое не принесет никакой пользы, а только его потерю. Тем более, что охранники и без нее прекрасно справятся. Недаром ведь служат в подразделении специального назначения. Но все же оно не стало возражать, так как всегда преклонялось перед разумными и взвешенными решениями Логики, которые строились на трезвом расчете и объективных данных, а не на эмоциях, которые Сознание очень недолюбливало за их спонтанность, нелогичность и неуправляемость. А главное, за абсурдность и бесполезность, так как в конечном итоге они не приносили никакой пользы или выгоды, а только делали из человека тупое существо, которое бессмысленно шло у них на поводу.

Решение было принято, и через секунду она направлялась к дому Оранжевого. Разумеется, она пошла туда в эфирном и в невидимом виде, чтобы не пугать народ. Ей было немного не по себе, так как она впервые вышла за пределы зала, в котором обосновалась, но желание убедиться, что все в порядке перевешивало небольшой страх.

Она была на месте раньше Оранжевого и Разноцветного, так как перемещалась с молниеносной скоростью. Дорогу туда было найти не сложно – она просто считала ее из головы Оранжевого, первый раз за все время проникнув в его мысли. И вот она уже на пороге. А через мгновение и внутри.

То, что она увидела, ей крайне не понравилось. Трое субъектов с темным, почти черным окрасом разгуливали по комнате, в которой сидели двое испуганных людей. Один из Темных держал оружие. Она его не видела, но легко определила по определенно сложенной ладони вокруг рукоятки пистолета. Именно так выглядела ладонь Разноцветного, когда он целился в нее пару раз. Вдобавок ко всему она еще и отчетливо ощущала их настроения и намерения. Ни о какой мирной встрече двух старых друзей речи не шло вообще. Цель была одна – как можно лучше развлечься и как можно сильнее досадить. Причем далеко не самыми безобидными способами. Все это крутилось в голове у одного из них, который сидел, развалившись на стуле или кресле напротив двух мирных субъектов. Остальные двое просто были за компанию – они шныряли по дому, заглядывали в каждый угол и ящик, ища что-то ценное, что сразу исчезало в их карманах и сумках, которые они предусмотрительно с собой захватили.