Валентина Кашляева – Тайна Кассандры (страница 2)
– Можно?
– Конечно, – тихо ответил мальчик. Касе даже показалось, что он сказал это приветливо, но тот снова отвернулся к окну. «Ну и пожалуйста!» – подумала Кася и еще больше внутренне рассердилась на маму, из-за которой ей приходится тащиться в чужой компании непонятно куда.
– Ты тоже первый раз будешь играть в пейнтбол? – вдруг спросил сосед.
– Да. И ты?
– Ага. Говорят, это может быть больно. На него во многих клубах даже детей не пускают.
– А как же мы?
– Ну отец Иванова, как всегда, договорился. Нам дадут какие-то легкие пульки. А одежду, наверно, придется подворачивать: там робы для взрослых.
– «Как всегда»?
– Ну да, он же богатый. И у него связи. Так что…
Сзади раздался взрыв хохота. Кася обернулась: на задних сидениях Петя Иванов и девчонки с соседней парты, всегда первыми тянувшие руки, смеялись, поглядывая в ее сторону.
«Ну и пусть! И вообще, это меня не касается, может, они над собой смеются…»
– А я Кася, – сказала она соседу.
– А я думал, Кассандра, – сострил он, но, увидев Касино лицо, тут же быстро добавил: – Понятно. А я Денис.
– Очень приятно, – манерно ответила Кася, и они оба улыбнулись.
Глава II
Администратор клуба, выдававший форму, сказал, что им нужно разбиться на две команды. Инесса Вадимовна сначала суетилась и перетасовывала свой класс, но потом отказалась от непосильной задачи: эти хотели быть с этими, а эти с этими не хотели…
Администратор молча развел за руку тех, кто еще ни к кому не примкнул, к «красным» или «синим». И Кася в последний момент оказалась с «красными» вместе с Ермолаевой и Ивановым. Остальных она еще не помнила по именам. Денис и две фифы – Полина и Мира, хохотавшие с Ивановым в автобусе, оказались в другой команде. Девчонки шептались и довольно зло поглядывали на Касю – или ей так только казалось?
Денис оказался прав: на полигоне выдавали только взрослую одежду. В своей остаться было нельзя, так как краска из пулек могла не отстираться. Почти всем – кроме долговязого Рогулькина и высокого именинника Иванова – пришлось подворачивать рукава и штанины. Девчонки смущенно хихикали, мальчики старались делать вид, что уродливость нарядов их не волнует.
Пока им рассказывали правила игры и технику безопасности, Кася почти не слушала, а задумчиво рассматривала команду «синих», стоящую напротив. Все смотрели на инструктора, только «фифы» – как она мысленно называла Полину и Миру – продолжали кидать презрительные взгляды в ее сторону. Кася вдруг разозлилась – из-за того, что сегодняшний день был и так сложным, плюс ей пришлось тащиться в непонятное место с непонятными людьми, плюс эти противные фифы еще портят ей настроение и думают, наверное, что у нее есть виды на их любимого Иванова.
Кася так пристально смотрела на них, что все вокруг вдруг поплыло. Она только успела подумать: «Опять!» – как перед глазами возник кусок леса, где она стояла между деревом на краю поляны и каким-то сараем, покрытым брезентом, впереди маячили фигуры Иванова и Ермолаевой. Они прятались за деревьями и стреляли в сторону поляны. Касин тыл защищал бесформенный сарай, «синие» – «враги» – были по ту сторону поляны, но вдруг из-за сарая с другой стороны высунулось ружье, и два выстрела, один за другим, оставили синие пятна на куртках Пети и Вероники. За ружьем показалось довольное лицо Миры. Все изображение будто дрожало, но было видно, что Мира улыбалась, а увидев Касю, повернулась и направила ружье прямо на нее.
Кася вскрикнула, закашлялась, и все исчезло. Она все еще стояла в толпе, слушающей инструктора, только теперь все взгляды были устремлены на нее.
– Извините, – пробормотала она и еще пару раз кашлянула, ни на кого не глядя.
– Итак, всем всё ясно, детишки? – инструктор обвел взглядом обе команды, в ответ раздалось нестройное «да». – Тогда за игру!
«Только бы поскорей все закончилось», – Кася про себя решила, что не будет вмешиваться, высовываться, не будет искать привидевшийся ей сарай. Лучше где-нибудь отсидится. Пусть никого не «убьет», зато и она не попадется – и не в чем будет ее упрекнуть. От нее, похоже, и так ничего хорошего не ждали – Ермолаева, проходя мимо, бросила: «Ты только под ногами не путайся». «Красные» обсуждали стратегию, но Касю как-то даже не включали в планы.
Первые минуты она просто перебегала от дерева к дереву, как все. Но когда она увидела тот самый брезент из своего видения, то испугалась. Ей очень захотелось развернуться и побежать обратно – чтобы не видеть, не участвовать, сделать вид, что не знаешь.
В тот же миг ее кто-то сильно толкнул, Кася повалилась на листву и какие-то ветки, а над головой что-то просвистело.
– Ты чего подставляешься? Не подводи команду, новенькая! – сердито прошипела упавшая рядом рыжая девчонка. – Поняла?
– А ты поняла, что у брезента решится счет игры?! – Кася сказала это в сердцах, не подумав. И тут же пожалела. Ведь она знала, что нельзя, нельзя никому говорить о том, что она «видела». Девчонка сморщилась, посмотрела на нее как на больную, поднялась и убежала.
Надо было исправлять ситуацию, а то ей потом скажут, что она заодно с «врагами», что знала что-то заранее про этот сарай!
Кася побежала вперед, осмотрелась и встала ровно на том же месте, которое ей сегодня виделось. Только рядом еще никого не было. Но вот они приближались: и Иванов, и Ермолаева были уже почти за теми деревьями, где должны были получить по синей «пуле». Кася, пригнувшись, быстро и тихо обежала сарай, выглянула с другой стороны – точно! Кто-то в форме «синих» как раз поднимал ружье. Кася оказалась быстрее: шарик красной краски расплющился о спину «врага» – девочка вскрикнула, обернулась – оказавшись Мирой, – а на крик и прибежали Петя и Вероника.
– Полякова! Ты как к нам в тыл пробралась? – воскликнул именинник.
Мира обиженно молчала.
А Ермолаева внимательно осмотрелась, а потом подошла к Касе:
– Новенькая, а ты молодец. Я Ника.
– Знаю, – невольно улыбнулась она. – Кася.
– Ок, теперь «синим» не жить, пошли!
Они с Петей, пригнувшись, побежали вперед, Кася за ними. Последнее, что она увидела, убегая, было перекошенное злобой лицо Миры Поляковой. Но она о ней больше не думала.
«Красные» выиграли. И хотя среди «синих» кто-то ворчал, что это было подстроено ради Иванова, что его папа все купил, никто не мог бы сказать, что именно можно было купить, чтобы повлиять на игру. И все «красные» знали, что выиграли честно.
Может быть, только Касю мучили небольшие угрызения совести. Но она решила о них не думать.
После полигона всех повезли в кафе. Девчонки поголовно ворчали, что такой сценарий дня рождения мог устроить только мальчик: у них даже не было возможности переодеться и привести себя в порядок. В кафе все было «по-взрослому»: столы красиво накрыты, а у каждого прибора лежала карточка с именем гостя. Пять минут шума, столкновений лбами, пара уроненных ножей и два разбитых бокала – и все наконец расселись по местам. Касе быстро организовали место и приборы и посадили далеко от кого-либо, кого она успела узнать. «Но хорошо, что и от „фиф“ далеко», – подумала Кася.
Блюда были вкусными и красиво поданными. Впрочем, все были жутко голодными, поэтому сметали все принесенное, почти не оценивая оригинальность подачи.
Когда пришло время чая, в зал вошел мужчина, чем-то неуловимо схожий с Петей. Ему тут же принесли микрофон, и он попросил внимания. Все затихли. Петин папа произнес речь. В ней были и поздравления, и напутствия, и даже скромный рассказ о том, что его компания подарила лицею сына компьютеры, планшеты и технику для физических и химических исследований, история про дружбу с директором лицея Абажуровым Вольфрамом Варфоломеевичем, а также размышления о перспективах развития молодого поколения… Кася покосилась на Петю. По ее представлению, у него должен был бы быть смущенный или скучающий вид. Но нет – он смотрел на отца с интересом и даже… восхищением, что ли.
Иванову-старшему зааплодировали. После чего внесли огромный торт с тринадцатью свечками. После чая включили музыку, но танцевали человек восемь, не больше. Остальные сбились в кучки и болтали. Кася сидела одна. На соседний стул плюхнулась Ника:
– Ну ты как?
– Я хорошо, спасибо. А ты?
– Да я ж не новенькая, мне-то чего? – хохотнула Ника. – Но я была новенькой. Три года назад. Так что понимаю: поначалу нелегко, и все кажутся уродами.
– Нет-нет, что ты! – испуганно забормотала Кася. Но потом увидела смеющиеся глаза Ники и тихонько уточнила: – Не все.
Ника опять засмеялась.
– А как тебе Петя?
– А ты в него влюблена? – неожиданно для себя смело выпалила Кася.
– Как эти две Поли? Нет, конечно! Но он мой друг. Он, конечно, с прибабахом, но в целом нормальный.
– А кто такие Поли?
– Только не говори, что не заметила!
– Это те две светленькие, которые сидят от меня через проход?
– Угу. Одна Полина, другая Полякова. Ходят все время вместе – их и зовут Поли. Зануды еще те. Петька их терпит. Ну и иногда они его смешат… Слушай, а как ты сегодня ее заметила? За теми дровами?
– Да просто решила проверить… – Кася знала, что плохо умела врать, но надеялась, что мелькающий свет и громкая музыка скроют ее неумение.
Ника молча на нее посмотрела и ничего не сказала.
В автобусе они сели вместе, болтать с Никой было легко. Выяснилось, что они жили на одной улице, и Кася будто побывала на виртуальной экскурсии по своему новому району.