Валентина Иванова – Плачущие сердца (страница 15)
– Так смотрите, эти два я беру, и так поочередно заберу сейчас остальные… – Обратившись к флористу, сказал Алан.
– Может помочь? – спросил Алана Гафур, смотря на него с удивлением. – Ты так Агре цветы в таком количестве никогда еще не таскал…
– А это и не для неё. – С безразличием ответил Алан.
Завалившись повторно в здание Боцарис, держа в руках букеты цветов, на месте помощницу я не обнаружил и поспешно поднялся вверх по лестнице в поисках кабинета Сафины. Найти его было нетрудно, пройдя прямо по коридору и завернув направо, я наткнулся на её кабинет. Поставив цветы на пол, чтобы открыть дверь, я дёрнул за ручку, но дверь была заперта…
– Как вы смеете, как вор, проникать в офис, да и еще целенаправленно к кабинету Сафины! – Пригрозил мне мерзкий голосок её помощницы, которая стояла позади меня.
– Так, тихо, только спокойствие, вредина. – Повернувшись к девушке лицом, пригрозил ей в ответ я шуточно. – Я принес цветы Сафине, и их много… Если ты помешаешь или будешь специально препятствовать моему сюрпризу, я… Я расскажу твоей начальнице, что ты отсутствовала на рабочем месте, и сама ведь окажешься виноватой в этой ситуации, а так и до увольнения недалеко.
Она сверила меня недовольным взглядом, прищурившись, и смотрела так, будто бы была готова убить. – Вы долго тут торчать будете? – спросила она так же недовольно.
– Не торчать, милая, а находиться, я же сказал, цветов много. Если минусуем эти два, еще восемь раз сюда вернусь.
– Тогда поторапливайтесь, Сафина Боцарис будет через двадцать минут уже здесь.
– Тогда вредина дай пройти.
Я обошел девушку и поспешно спустился вниз и последовал в лавку за остальными букетами.
Завершив эту беготню туда, сюда и обратно. Я подхожу с последним букетом белых пионов в руках к зданию и вижу припаркованную машину рядом со своей. Она приехала…
Зайдя внутрь, я столкнулся с взглядом вредины, и она тут же подскочила, поспешно подойдя ко мне с рабочего места.
– Она только что приехала и ушла в кофейню за кофе.
– Хорошо, я понял. – Я двинулся в сторону лестницы, чтобы подняться, но она перегородила мне путь. – Так вредина, я думал, мы уже сдружились, и заодно, ты что творишь, она сейчас придет!
– Вот именно она сейчас придет и увидит вас там! А меня потом уволят! – посмотрев на букет, сказала она, вырвав у меня его из рук. – Я все сама подниму, ждите здесь.
– А ты молодец, спасибо. – Сказал я ей.
Я сел на диван, ожидая прихода Боцарис, помощница вредина уже спустилась вниз и заняла свое место, и тут же в этот момент входит автор, писатель Сафина Боцарис.
Она одарила меня приветственной улыбкой, как только увидела меня, и кивнула мне головой, поприветствовав меня, чему я был удивлен.
– Здравствуйте.
– Здравствуй. – Сказал я, встав с места, будто мальчишка, который встречает преподавателя. – Может быть, перейдем на «ты», уже не чужие же люди. – Господи, сейчас эта ангельская улыбка моментально превратится в улыбку дьявола, подумал я.
– Хорошо, можно, ты извини меня, что я так поздно приехала… Долго ждал?
– Нет, что ты.
Сегодня она приятно удивила меня, вроде бы настроение есть. Интересно, что будет, если я снова подниму тему вчерашнего вечера…
– Ага, конечно, он тут уже четвертый час торчит. – Вырвалось у Вредины.
– Кристина! – Посмотрев на помощницу, сверив её взглядом, сказала Сафина, и та замолчала, отведя глаза обратно в монитор компьютера. – Документы у тебя? – Спросила она, смотря на меня без всякой обиды.
– Конечно.
– Тогда пойдем в мой кабинет.
Я шел следом за ней, но когда мы поднялись и приблизились к её кабинету, я чуть приостановился, смотря на неё в ожидании момента, какие эмоции она испытает. Поначалу она шла так уверенно, но затем, когда увидела, что преградило ей путь к двери её кабинета, она так резко остановилась, будто врезалась во что-то, и её глаза от удивления распахнулись.
– Кристина! – Крикнула она. – Кто притащил эти чертовы цветы?!
Помощница тут же поднялась к нам, и её глаза бегали, то смотря на меня, то на неё, а Сафина обернулась лицом ко мне и, пожав плечами, сказала. – Прости, что снова задерживаю. Кристина, ты чего смотришь… Это снова Акулов?
– Нет, не он. – Ответила Кристина, посмотрев снова на меня.
– А кто тогда? – Уже выходя из себя спросила снова Сафина.
Кристина продолжила молчать, я кивнул ей в знак того, что всё скажу сам, засунув руки в карман, тяжело вздохнув, я посмотрел снова на Боцарис. – Это я…
– Ты?…
По пути в издательство я прочитала статью о вчерашнем вечере и, конечно же, об обладателе моих эксклюзивных работ. Надо же, как он вышел, держа в руках мои работы, так прижал к себе, видимо, и в правду у него дома библиотека, но не думаю, что он купил их, потому что хочет прочесть. Так, чисто для коллекции, скорее всего…
Мой взгляд замер на иностранце, который сейчас стоит передо мной, смотря на меня со смелостью, и улыбается с каким-то особым теплом, выжидая моей реакции на то, что цветы от него. Но как он угадал?
Акулов каждый день дарит мне розы красного оттенка, и то до сих пор не знает мой любимый цвет и какие сорта я люблю. Братья вообще не в курсе, какие сорта цветов мне нравятся, а если говорить о цвете, то тоже нет.
Помню, папа всегда дарил мне эти цветы, все эти четыре сорта он просил в цветочной лавке флориста собрать в один единый большой букет.
– А зачем так много? Как я увезу их все домой? Они же не влезут все в салон машины.
– Я хотел извиниться за вчерашнее… Не хочу, чтобы в твоих глазах я остался плохим человеком, и не хочу, чтобы ты думала, что совершила ошибку, подарив мне на вчерашнем вечере танец. Не переживай, я помогу тебе их отвезти.
– Я уже забыла о вчерашнем вечере…
Мы вошли в кабинет, я села на свое хозяйское место, а Алан сел напротив меня в кресло, положив документы для подписи на стол.
– Тебе хоть понравились цветы?
– Очень. – Вырвалось у меня. – Почему ты выбрал именно эти сорта и именно белый цвет?
– Белый, конечно, для каждого имеет разное значение, но я опишу тебе белый цвет так:
– Мои братья уже успели напугать тебя? – улыбнувшись, спросила я.
– Да. – Улыбнувшись, подтвердил он, кивнув головой. – Ты можешь снова разозлиться на меня, но я добавлю еще к этим значениям твою безупречную красоту и ум, белый цвет – это символ тебя.
– Спасибо за такое проявленное внимание, они очень красивые.
– Я рад, что тебе понравилось.
– Последний раз папа подарил мне такой букет с такими цветами в тот день, когда мне исполнилось восемнадцать.
Я опустила голову, пытаясь собраться и сдержать свои эмоции, но к горлу подступил ком, а глаза защипало. Слезинки, которым уже было мало места в моих глазах, сорвались с ресниц и скатились по щеке.
– Смерть твоего отца сильно повлияла на тебя. – Стоило ему это сказать, как мои губы задрожали от воспоминаний об отце и его настоящей причине смерти.
– Да, потеря папы очень сильно сломала меня, мне не хватает его сильно.
Я немного успокоилась, но не ожидала дальнейших его действий, Алан протянул свою горячую руку к моему лицу и бережно смахнул слезинки с моего прохладного лица.
– Потеря родного человека влияет каждого, в особенности если между вами кровные узы, а он твой отец. Не плачь, Сафина, смотри, сегодня я принес тебе эти цветы, но если они приносят тебе тоску, то я пойду и выкину их. – Убрав руку и встав с места, сказал он.
– Нет-нет, не надо, наоборот, ты первый человек из всех, кто после того момента мне подарил их и заставил меня пережить душевно-радостные эмоции.
– Тогда давай подпишем документы, иначе, пока болтаем тут, забудем о них совсем. – Сказала Сафина.
– Да, точно, я ведь за этим и приехал.
Верно подумала, я подпишу документы, это всё, что мне от него нужно. Хотя в мыслях еще у меня есть желание высказаться о вчерашнем вечере, но пусть сделаю это позже.
Я поставила подпись первой, затем, взяв ручку, он приступил к тому же самому, я подняла на него взгляд, пока он был увлечен изучением документов.