Валентина Иванова – Легенда бесконечности (страница 65)

— Стой. — Снова схватив меня грубо за руку прорычал обезумев. — В этот раз ты не уйдешь.

— Что тебе нужно?! — Смотря на него со страхом и дрожью в глосе спросила я. — Я боюсь тебя.

— Тебе нечего бояться, ты получишь то, что заслужила. — Таща меня в автомобиль, продолжая держать меня крепко сказал он.

Боль в руке была невыносимой, казалось, что он схватил меня не за руку, а за кости.

— Отпусти! Отпусти меня! Я никуда не поеду с тобой! — Шипя от боли сказала я.

— Тебя никто не спрашивал, чего ты хочешь! Сядешь как миленькая! — Одной рукой он продолжал удерживать меня, а другой открывал заднюю дверь в автомобиля.

Увидев, как одна его рука отпустила меня, я снова попыталась вырваться и убежать от него. Но это было безуспешно. И своей последней попыткой, укусив его за плечо, я еще больше разозлила его. Это никак не отвлекло его, а лишь только разозлило. Нервно вздохнув, он оставил дверь открытой. И, развернувшись ко мне лицом, замахнувшись своей мощной рукой на меня, ударил по лицу. От чего упала на песок, и голова закружилась.

— Не успокоишься — запинаю до полусмерти и оставлю тебя здесь умирать. — Смотря на меня, крикнул он угрожающе.

— Что тебе нужно от меня?! — Подняв голову и вытирая у носа кровь, снова посмотрев на него, спросила я. — Пожалуйста, отпусти меня. — Умоляя, просила я.

— Закрой свой рот! — Подняв за руки грубо, снова оставляя следы, он закинул меня в машину, а сам остался на улице.

Я боялась пошевелиться, чтобы он не заметил моего движения. Я сидела, обхватив колени, дрожа от страха и захлебываясь слезами. Дверь снова открылась, и я вздрогнула. Он держал в руках пузырёк с какими-то таблетками. Я с ужасом посмотрела на него, отодвинувшись к концу сиденья и прижавшись к двери.

— Отпусти меня, пожалуйста.

Он с гневом в глазах слушал меня, его глаза будто залиты кровью, он не на шутку сошел с ума.

— Пусть и я поиграю на его нервах, как это сделал он. Думать твоему мужу надо было, когда он запреты мне ставил и склад с моим товаром поджигал. Да и вообще ты… Как ты могла так со мной поступить? Я же любил тебя все это время.

— Ты, наверное, забыл, что наши чувства не взаимны, я никогда тебя не любила и не давала тебе каких-либо надежд на будущее. Прошу… Оставь меня в покое, в этом мире так много прекрасных и красивых девушек, зачем тебе чужая женщина, которая никогда не питала к тебе чувств?

Господи, он больной, он смотрит меня и не понимает, о чем говорю ему я.

— Ты не чужая, ты всегда была моей. Это он забрал тебя у меня.

— Я никогда не принадлежала тебе. Я жена Адама Имерети и всегда буду ею. Лучше смерть, чем измена.

Услышав слова, которые он говорил, я тихо ответила ему и снова обхватила себя руками, думая, что этим спасу как-то себя, огражусь от этого сумасшедшего. Теперь я понимала, что просто так он её не отпустит. Он целенаправленно приехал сюда. Господи, Адам, прошу, приедь и спаси меня.

— Убери свои руки и сядь нормально! — громко закричал он, и я от страха, трясясь, выполнила его просьбу. — Ты будешь страдать точно так же, как и заставила страдать меня в тот день, когда ты отказала мне, и в день, когда я узнал о твоей свадьбе!

— Ты с ума сошел!

— Твой муж поплатится за то, что ставил мне запреты и взял то, что не принадлежит ему. Его место в совете должно было стать моим! — Маркос открыл бутылек и, вытащив небольшую горсть таблеток, протянул мне.

Протянул как конфетку.

— Господь воздаст тебе за твои поступки. Одумайся, пока не стало слишком поздно.

— Проглоти каждую из них, — указывая на горсть таблеток, говорил он, игнорируя меня.

— Что это?! Нет!

— Назови мне хотя бы одну весомую причину, чтобы ты не проглотила их.

— Я-я… Беременна… — Надеясь на его жалость, прошептала я.

— Беременна? Тогда в таком случае ты должна это сделать, это довольно-таки очень весомая причина, чтобы наоборот проглотить их все разом.

Он схватил меня за подбородок, задевая своими ногтями, царапая, и сказал: «Это уцелевший товар. Последний бутылёк. И я подумал, что с такой роскошью я должен был обязательно поделиться с тобой».

— Нет… Наркотики… — с ужасом смотря на него, пробормотала я.

— А ты догадливая. — улыбнувшись, сказал Маркос.

— Нет… Пожалуйста. Я не хочу… Мне нельзя…

Сжав мои щеки, он силой вынудил меня открыть рот, его не останавливало даже то, что я расцарапала ему все руки до крови, затронув частично лицо.

Проигнорировав всё, он закинул мне в рот целую горсть, я начала кашлять от большого количества таблеток, чуть ли не давясь ими. Проглотив всё, я ослабла мгновенно, он оставил меня обессиленную на заднем сидении, еще раз ударив по лицу, видимо, чтобы окончательно выбить из меня все силы, а сам пересел на водительское и поехал в неизвестное мне направление.

Последнее, что я помнила, это крытый двор частного двухэтажного дома, он вышел из машины, я открыла глаза, сил не было, но мне нужно было сделать это, я должна была как-то очистить организм, пододвинувшись лицом к краю сиденья и подняв коврик, я, засунув два пальца, вызвала рвоту, и содержимое того, что было в бутылочке, оказалось на полу. Я судорожно отпустила рукой коврик, пряча рвоту, и, откинувшись обратно на сидение, закрыла глаза, провалившись в сон.

Глава 33

Ночь, в три часа я резко проснулся и сел на кровати. Моё сердце бешено колотилось, а дыхание сбилось. Я был растерян и не понимал, где я нахожусь. Я посмотрел на твою сторону кровати, где ты обычно спала, свернувшись калачиком, как эмбрион. Мне показалось, что в темноте этой комнаты тебя не видно, ведь в нашей спальне занавешены шторы. Я хотел прикоснуться к тебе, но тебя там не оказалось. Я ощутил пустоту…

Неужели все это правда?

Я тяжело встал с кровати и спустился вниз. Пройдя в гостиную, чтобы взять ключи от машины, я увидел сидящую испанку в кресле, у которой ни в одном глазу не было признаков сна.

Она ждала меня…

— Зачем вы пришли, сеньорита? — спросил я, тяжело вздохнув, ведь я так и не пришел к ней по её просьбе.

— Это ты почему не пришел ко мне? — строго посмотрев на меня, спросила она.

— Я-я был потерян… Извините, мне было не до этого. — Сев напротив неё в кресло, сказал я, смотря в открытое окно, из которого дул ветерок. — Моя Алифнет неизвестно где и что с ней происходит, а я тут сижу и не знаю, что и делать, ведь этот урод прячется на моей же родине, на своей же территории, я не могу найти его.

— Врешь. — Ты просто боялся услышать от меня то, что она мертва. Но наша Алифнет жива, это самое главное.

— А ребенок? — посмотрев на неё своими изученными глазами, спросил он.

— У тебя есть фото Алифнет? — проигнорировав мой вопрос, тут же следом задав мне вопрос, спросила она.

— Есть…

— Дай мне.

Адам взял свой телефон и, сняв с него чехол, достал небольшого размера фотографию Алифнет, передав испанке в руки.

— Для меня самое главное, чтобы Алифнет была жива. — Склонив голову, устало сказал он, тяжело вздохнув. — Господи, сеньорита, почему господь отыгрывается за мои грехи на тех, кто мне так дорог.

— Нельзя винить только бога в проблемах, с которыми ты сталкиваешься, помни, благие дела совершает бог, плохие же — дьявол. Если в твоей жизни какая-то проблема, не спеши винить в этом бога, возможно, некоторые ситуации в твоей жизни даны для того, чтобы закалить твой дух, испытания в жизни даются каждому, не только тебе. — Смотря на фото, а затем приложив его к груди, ответила она ему и медленно закрыла глаза, погружаясь в свой транс.

— Я всегда просил у него лишь об одном: пусть он хранит моих близких. Тех, кто мне дорог и кому принадлежит моё сердце, — сказал я тихо, вставая с кресла и подходя к открытому окну, потому что мне не хватало воздуха. — Вы ведь были правы в том, что Господь сведет меня с девушкой с глазами цвета моря и потушит внутри меня весь огонь. У неё это получилось…

Тишина в этой комнате долго не продлилась. Испанка прервала тишину первой, заговорив, с трудом сдерживая слезы.

— Она мерзнет, ей холодно, но она не мертва, это не тот мир, о котором ты сейчас подумал. Она в доме твоего врага, которого ты клялся не убивать.

— Не может она там быть, сеньорита… — Перебив женщину ответил я. — Мы поймали в этом доме Лукаса и Леона. Алифнет нет в том доме. Главное, она жива… Но как мне найти, сеньорита, может быть, вы сможете это увидеть? — спросил я её в надежде услышать ответ.

— Я не ищейка же Адам… Но скоро к дверям твоего дома придет вестник, он знает где наша Алифнет. — Женщина зажмурилась и резко замолчала.

Так я понял, что она что-то увидела, но говорить не хочет, и я, нервно прикрыв глаза, спокойно потребовал правды.

— Лучше скажите сеньорита я готов ко всему что вы скажите.

— Ребенок под большим риском, он между небом и землей…

Кажется, сеньорита сама была испугана и удивлена тем, что сейчас увидела и рассказала мне, она тихо встала с кресла, подошла ко мне, переложив в руку фото Алиф, и так же тихо, не сказав больше ничего, вышла из дома. Да, она была таким человеком, всё, что нужно, сказано, но всё, что мне остается, это что, ждать? Ждать этого вестника? Один вестник это Алекай, и тот в себя еще не пришел, пока я жду новостей, то с ума сойду.

Нельзя сваливаться в яму бездействия, так я не смогу найти Алифнет и ничего не добьюсь. Нужно действовать и прочесать ближние города.