Валентина Иванова – Легенда бесконечности (страница 5)

В моей жизни никогда не было ничего реальнее, чем она, я хотел умереть за неё, обнимая её, всю боль я забирал себе, останавливая её, я люблю эту девушку. Я люблю её, точнее, любил…

Эта любовь была очень большой ошибкой.

Любить и одновременно начинать ненавидеть. Такое происходит. Возможно, любовь сменяется ненавистью для восстановления энергетического равновесия. Теперь перед другими больше не будет того Адама.

Девушка мчала домой на высокой скорости, она не думала ни о чем, кроме него… и своей дальнейшей жизни. А может быть, я совершила ошибку, поверив этому досье? «Нет, Моника, не оправдывай его. Он убийца, он убил человека». Хотя кто знает, скольких невинных людей он убил, а если он убьет и меня? Мои мысли прервало то, что я оказалась уже у дома.

— Уф, как же мне не хочется возвращаться домой.

Выйдя из автомобиля, я зашла домой. Кругом тишина. «Как же хорошо», — подумала я про себя. Поднявшись к себе, в комнате на кровати я увидела какие-то бумаги. «Наверное, я опять забыла что-то убрать». Но, подойдя ближе, я разглядела: это был каталог свадебного салона. Стояв посреди комнаты около пяти минут и оглядевшись резко в зеркало, начала истерично смеяться и разговаривать сама с собой.

— Ты дура! Наивная дура! Ах-аха-ха-ха…

Затем смех перешел на крик. «А-а-а!» — рвав на себе волосы и упав на колени, кричала девушка, её крики были слышны по всему дому, ею овладела истерика. В комнату прибежали родители и начали успокаивать её.

Пришла мать и отец и крепко обняли её.

— Папа… — Уже успокоившись, прервала тишину девушка. — Я слушаю тебя. — Скажи маме, чтобы она вышла. Жестом мужчина указал женщине выйти. Не подумайте, что Моника не любила мать, она любила её и дорожила ею, просто то, о чем хотела поговорить Моника, касалось её и отца.

— Всё, дочка, она вышла, выпей таблетку, на, запей водой.

Он дал ей таблетку. «Что за таблетка?» — спросите вы? — «Это были препараты для людей, которые страдали необычными приступами при расстройствах либо нервных срывах».

Выпив, она продолжила.

— А если он убьет меня?

— Выкинь это из своей головы, он не посмеет этого совершить.

— Дашь мне время забыть его?

— Твоя помолвка 1 июня, ты забыла?

— Нет. Не забыла.

— Я выйду за Леона, только, пожалуйста, дай мне время, отец.

— Хорошо.

Убедившись, что дочь успокоилась, он поцеловал её в лоб и покинул комнату. Зайдя в свою комнату, он решил заняться работой, перебрав бумаги и решив некоторые дела, он лег в своем же кабинете на диване спать. На следующий день отец Моники — Альберт — направился со своей командой охраны на свое рабочее место. Поднявшись на рабочее место и устроившись в кресло, он вызвал секретаря. Все сотрудники компании Альберта были мужчины. Как вы думаете, почему же? Я вам отвечу: сам Альберт в своем далеком прошлом не был идеальным. Я думаю, нет ни одного человека, который бы не совершал ошибки в своей жизни и особенно в прошлом.

20 лет назад….

Альберт Адамия.

В те времена зарабатывал деньги на аферах и махинациях. В таком бизнесе деньги зарабатывались буквально из «воздуха».

Подзаработав достаточно крупную сумму денег, он открыл свою сеть ресторанов. Встал на верный путь, позабыв о том, что он проворачивал.

Но потом на своем пути он встретил его. Уже на тот момент этот человек был уважаемым во всем Катаре.

Этого человека звали Малик Имерети, он установил в нашем городе монополию на предоставление незаконных товаров, при помощи проникновения в законные виды деятельности или коррумпирования должностных лиц. В его методы для достижения цели входили такие, как угроза, коррупция и насилие.

Мафия — опасное антисоциальное явление, подрывающее политические, экономические, нравственные и духовные устои государства.

Однажды он пришел ко мне в ресторан с предложением вернуться в те дела, и я сделал грубую ошибку в том, что согласился на это…

Дела шли успешно, деньги зарабатывались, мы были счастливы.

Но всё до поры до времени…

Мы влюбились в одну девушку, её звали Лана. С этого момента между нами появились разногласия.

— Да ладно тебе, Альберт…

— Зная, что эта девушка мне симпатична, ты за моей спиной проворачиваешь дела?

— Она обратила внимание на меня! Значит, товар мой.

— Таковы правила, я думаю, у нас больше не будет разногласий?

Сидя в кресле и рассматривая фото девушки, назло партнеру, продолжил он.

— Слушай, Альберт. С этого дня я хочу завершить все эти нелегальные дела. У каждого из нас есть бизнес и куча денег, которых хватит надолго, и пора уже завести каждому свою семью.

— Я понял тебя, встретил на своем пути её и потерял голову!

Стоило Малику щелкнуть пальцами, как позади Альберта появились 2 амбала.

— Ну ты тварь!

— У нас будет ребенок… — продолжил он, дразня своего партнера.

— Что ж… Я поздравляю вас, — улыбаясь, произнес он.

— Уведите его, прощай, Альберт. Было очень приятно с тобой работать.

Избив парня, они выбросили его из автомобиля у порога дома. Но он же не стал терять ни минуты, собрав необходимые вещи, он уехал из этого города с тем обещанием, что вернется сюда через 1 год.

Время шло…

Малик и Лана поженились, шли месяцы…

Он выполнял любые капризы Ланы, она была его жизнью и зеленым светом на его пути. Приходя домой и видя её с животиком, вся его усталость и злость, которая накопилась в течение дня, исчезала при виде её.

Она родила ему сына, которого они назвали Адам.

Усыпив сына, Лана пришла в кабинет к мужу, в этот момент Малик сидел у камина, устроившись в кресле, размышляя…

Рядом с ним села Лана и прервала тишину.

— Как у тебя прошёл день?

— Хорошо, любимая, он уснул?

— Да, ты чем-то встревожен? — Смотря ему в глаза, обратилась жена.

— От тебя ничего не скроешь, ты читаешь меня, словно книгу…

Лана всегда чувствовала его состояние, и то, чем он был встревожен, она догадывалась, даже можно сказать, знала.

Прошёл год, как Альберт вернулся обратно в Катар. Он приехал с женой и с целью отомстить…

Та женщина, на которой он был женат, не была его любимой, можно сказать так. Он женился для галочки в своей жизни, и даже спустя год он не разлюбил и не забыл её…

За день до разговора Ланы и Малика…

Я, выйдя из дома, подошла к почтовому ящику, достав оттуда письма, я направилась в сторону дома, как вдруг я ощутила чью-то руку у себя на плече. Это был он. Альберт.

— Ну, здравствуй, Лана… — с улыбкой произнес он.

Скорее всего, это не была улыбка, которая была наполнена радостью или чем-то еще положительным, она была похожа на что-то предупреждающее.

— Здравствуйте! Что вы забыли у нашего дома?!

— Я пришел за тобой! Слышал, ты сына ему родила…

— Пошел вон отсюда! Если не хочешь беды на свою голову, проваливай! Скоро дома будет Малик, и если хочешь жить, уходи!