Валентина Иванова – Легенда бесконечности. Первая любовь от дьявола, последняя от бога (страница 15)
Леон лишь молчал, он был удивлен тем, как она обняла его, и это было искренне.
А перед глазами Моники рисовалась картина, как прямо сейчас перед ней стоят родители. Разум оказался в тумане, её мозг ничего не хотел воспринимать, что говорит Леон. Сердце надеялось, что всё это не реальность. Ей так хотелось сейчас, чтобы мама тихо подошла к ней и поцеловала в лоб, и залечила бы все раны. А встав с постели, она бы подошла и обняла отца, как делала в детстве, прибегая ночью к родителям в комнату, когда ей снился кошмарный сон, и, рассказав сон отцу, она забывала о нем. Сейчас бы она тоже сделала так, рассказала бы про свой кошмар и забыла о нем. Но этот страшный сон не забыть, ведь он оказался реальностью и оставил за собой реальную картину всего происходящего этого сна.
– Давай уедем отсюда. – Сквозь слезы и долгую паузу предложила она.
– Что?
– Я хочу жить в спокойствии, чтобы всё было по-другому. Пожалуйста, Леон, ты, я и брат.
– Тебе нужно прилечь, отдохни.
– Я серьезно.
– Куда ты хочешь?
– В Грузию, в Ахалцихе, на родину хочу.
– Пока ты и твой брат, пока вы оба не восстановитесь, мы никуда не поедем.
– Хорошо, Леон.
– М?
– Я очень плохо относилась ко всем, в особенности к тебе…
– Не думай о прошлом, думай о будущем.
Адам в это время покупал вещи для себя и Айлы и сразу же отправился обратно в больницу. Дом сгорел, и вместе с этим домом всё прошлое, в которое они больше не вернутся. Айла пришла в себя еще во время того, как Адам уехал. Проснувшись, Айла была в истерике. Она сломалась и больше всего она не хотела жить.
– Зачем вы спасли мою жизнь, а?!
– Вам нельзя нервничать, Айла, успокойтесь!
– Я хочу уснуть и не просыпаться. Смысл жизни, если все мои близкие мертвы…
– Мы поставим вам сейчас капельницу, и вы поспите, вам нужно отдохнуть.
– Ты не слышала меня? – Нервозно, не крича, обратилась она к мед. сестре.
Медсестра, держа в руках шприц с лекарством, собралась влить раствор в капельницу, и тут же резко Айла, несмотря на швы и боль, приподнялась и вырвала из её рук шприц. Дверь палаты распахнулась, и в нее вбежал Адам.
Увидев своего брата, она не поверила, что это он, и из её рук выскользнул шприц.
– Ты жив… – Сквозь слезы произнесла она.
– Лучше бы это всё случилось со мной. Спасибо Богу, ты жива!
– Адам Имерети, ваша сестра отказывается от капельниц, она вырвала из моих рук шприц и постоянно повторяла, что хочет умереть.
– Я не знала, что ты жив. – Прикрыв лицо ладонями, сказала она, и по её глазам потекли слезы.
Адам подошел к сестре ближе и обнял ее как самое ценное в этом мире. Обнял так, будто боялся, что с ней снова что-то случится и кто-то заберет его сестру.
– Ты самое ценное и дорогое, что у меня осталось, Айла. – Обняв сестру еще крепче, она крикнула.
– Ай! Больно!
– Где болит? – Рассматривая беспокойно, начал он расспрашивать Айлу.
– Здесь. – Указала на сердце девушка.
Адам, увидев, как она указала на сердце, отвернулся, смотря в другую сторону, и сквозь слезы начал серьезный разговор с Айлой.
– Айла, родителей нет, и ты это знаешь. Из рода Имерети остались только мы, нам нужно продолжать жить дальше. Мы можем оставаться в Катаре и продолжать нашу жизнь здесь, это будет неправильно. Если мы здесь останемся, то всё, что произошло с нами, это не забудется. Нам будет лишь только хуже тут, и мы не сможем продолжить нашу жизнь дальше, эта тяжесть не покинет нас.
– Адам, но как мы оставим наш дом? Наши родители же тут похоронены! Я не поеду никуда!
Айла нашего дома больше нет! Нет того очага, в котором мы были счастливы! Я сжег дом. По поводу родителей. Я перевезу их в другую страну, где мы построим новую жизнь.
– Но куда мы переедем, Адам?! Нельзя так поступать!
– В Грузию, в Батуми купим большой дом у побережья Чёрного моря, и все начнем заново.
– А родители? Как? Как мы перевезем их? – Со слезами на глазах спросила девушка.
– Я организую всё это, не переживай.
– Хорошо…
– Как ты себя чувствуешь? Швы болят?
– Я не ощущаю их, у меня болит и горит всё внутри, Адам.
– Ладно, ты отдыхай, я пойду поговорю с врачом.
– Адам, стой!
– Что?
– Мы уедем отсюда, и ты больше никогда не будешь убивать и забудешь про месть.
– Я же сказал, что мы уедем и начнем спокойную новую жизнь, Айла…
– Если с тобой что-то случится, я точно этого не переживу.
– Айла, всё будет хорошо, не переживай. Но скажу тебе сразу: дела отца и бизнес я не могу бросить.
– Опять этот криминал, Адам! От него одни беды!
– Ладно, всё хорошо, успокойся! Оставим дела отца в этом городе, но бизнес холдинга «Имерети» оставить никак нельзя, Айла.
– Да я согласна с тобой. Всё хорошо, иди, тебе тоже нужно отдохнуть, у тебя измученный вид.
Отдыхай, мой лунный свет, я позже зайду.
Глава 11
У любой печали есть год спустя
Год назад всё было другим. Наша жизнь изменилась, и, оглядываясь назад, я теперь понимаю, что год может сделать с человеком многое.
Ранним утром Адам каждое воскресенье навещал родителей, а после заезжал в церковь Святого Христа Всеспасителя, чтобы помолиться, и после молитвы он всегда брал святую воду. Стоя на коленях, он молился, молил Бога о защите его маленькой семьи, которая состояла из трех человек: Адам, Айла и испанка Валентина.
К этому дню он готовился долго, ведь к исповеди нужно готовиться. Это очень тяжело для Адама, ведь он убийца нескольких человек.
– Ты уверен, что готов к таинству покаяния, Адам?
– Да…
Таинство покаяния – это как второе крещение. Грехи отделяют человека от Бога и ставят между ними огромную серьезную преграду. Покаяние – это духовный труд, усилие согрешившего человека, направленное на то, чтобы человек смог восстановить связь с Богом, чтобы быть причастником Его Царства.
Отец Александр начал читать предварительные молитвы из чинопоследования Таинства Покаяния, побуждая исповедника к чистосердечному раскаянию. Затем Адам, стоя перед крестом и Евангелием, лежащим на аналое, как перед Самим Господом, устно исповедал все свои грехи, ничего не скрывая и не оправдываясь. Батюшка, приняв эту исповедь, покрыл голову кающегося епитрахилью и прочитал разрешительную молитву, через которую именем Иисуса Христа разрешает кающегося от всех тех грехов, в которых он исповедался.
Невидимое действие благодати Божией состоит в том, что кающийся при видимом свидетельстве прощения от священника невидимо разрешается от грехов Самим Иисусом Христом. В результате этого исповедник примиряется с Богом, Церковью и собственной совестью и освобождается от наказаний за исповеданные грехи в вечности.
– Адам, тебе стоит понимать, что после исповеди нужно делать всё возможное, чтобы впредь не повторять исповеданные грехи.
– Я всё понял, отец Александр, я не совершу больше ничего плохого.
– Ты был искренен, Бог по своей милости принимает такую исповедь, когда исповедник готовится заранее. Твоя душа оплакала все плохое, что ты творил в своей жизни, пережил это заново и раскаялся. Не совершай грехов, ступай домой с Богом.