Валентина Гринкевич – Пророчество ведьм или тайна одной татуировки (страница 39)
Во времена ее детства развлечений для маленьких гродненцев было на порядок меньше чем сейчас: никаких аквапарков, развлекательных центров и огромных надувных батутов не было и в помине. Поэтому приходилось довольствоваться тем что есть. В основном частыми местами для посещения оказывались музеи, парк аттракционов и гродненская гордость – зоопарк. И этому недлинному списку Нина была очень благодарна. Она считала, причем не безосновательно, что у нее было счастливое детство. А позже, в школьном возрасте, стены старого замка, расположенного с одной стороны на неприступной высокой горе, а с другой заботливо укрытые деревьями и вековыми валунами, надежно укрывали романтические парочки подростков от любопытных глаз.
Прорицательница, Анчут представил ее как Ингу, рассказала о том, что живет в Гродно последние двести лет и судьбой своей довольна. С интересом рассмотрела Нинино колечко. Сказала, что о таком слыхала, но воочию не видела никогда. Они погуляли по внутреннему двору, если можно было назвать прогулкой круговой обход строительной техники и сложенных в аккуратные штабеля газосиликатных блоков, полюбовались великолепными видами на реку Неман и Новый замок. Панорамы, открывающиеся с крепостных стен замка, и вправду, захватывали дух.
Но на этом и всё. Инга крайне неохотно и односложно отвечала на вопросы касательно пророчеств и своего знакомства с бабой Верой. И вообще делиться какой-либо известной ей информацией явно не хотела. Нет, не было ощущения, что ее тяготит эта встреча. Очевидно, что она рада видеть Анчута, они с удовольствием вспоминали какие-то забавные моменты из совместного прошлого, обсуждали общих знакомых нелюдей. Она приветливо улыбалась Нине и Варгану и, казалось, была рада знакомству. В общем упрекнуть прорицательницу было не в чем, но разговор сам собой затухал, общие темы о природе и погоде были исчерпаны и, уже подходя к воротам, они собирались попрощаться, как вдруг увидели женщину, выходящую из черного хода музея. Еще издали она показалась Нине знакомой.
Фиолетовые волосы, очки с толстыми стеклами – это же Любовь Аркадьевна, узнала ее Нина. Только вязанную кофту сменила на старомодный клетчатый пиджак, а в остальном выглядела точно так же, как и в первую встречу. Пожилая женщина подошла к ним и остановилась.
– Добрый вечер. Столько нечисти в одном месте? Такая встреча не бывает случайной, – с ироничной улыбкой произнесла она.
– Здравствуйте, – отозвалась Нина, – мы тоже рады Вас видеть.
Остальные промолчали. Взгляд Инги и без того довольно тяжелый, казалось вообще налился свинцом. Через несколько секунд она вовсе отвернулась, и опустила на глаза черные солнечные очки, которые все это время использовала в волосах вместо обруча.
– И что же вы тут делаете? – обратилась работница музея уже непосредственно к Нине. – Какое-то конкретное дело привело вас сюда или простое любопытство?
– И то и другое – ответила Нина.
– Я помню в прошлый раз вашу компанию интересовала информация про собак Бая? Вы нашли что искали по этому поводу или остались пробелы в знаниях?
– Честно говоря, остались не просто пробелы, а зияющие дыры – пожаловалась Нина. – Вы, помнится, тогда говорили, что поищите еще информацию в электронной картотеке… Нашли что-нибудь или вам было не до того, и вы не искали?
– Деточка, если я говорю, что сделаю, то мне потом не может быть не до того, – сухо улыбнулась тонкими губами Любовь Аркадьевна и сунула руки в карманы своего клетчатого пиджака.
– И что же вы нашли? Очень любопытно, – вступил в разговор Анчут.
– Есть несколько упоминаний о захоронении собак, не знаю, будет ли это вам интересно. И еще вроде бы какие-то сведения о попытках их воскрешения, удачных или не удачных – я не вникала.
– Конечно! Конечно нам будет очень интересно. Когда можно будет подойти ознакомиться с информацией? – воодушевилась Нина. Ее глаза заблестели азартным любопытством. Анчут тоже заинтересованно топорщил уши и поводил носом, как гончая, унюхавшая след.
– Да хоть бы и сейчас. У меня вечер совершенно свободен, а сидеть дома в одиночестве сил уже нет никаких. Пойдемте ко мне в кабинет, у меня с рабочего компьютера есть доступ к оцифрованным архивам. Я вам покажу, какую информацию нашла и в какую сторону копать дальше. Идете?
Нина оглянулась на Варгана. Анчут и так уже подскакивал рядом от нетерпения как маленький ребенок. По его виду и без слов было очевидно, что он хочет пойти прямо сейчас, можно было не спрашивать. Варган тоже кивнул и обратился к Инге:
– Вы с нами?
– Нет уж, увольте, – прорицательница как-то неестественно растянула губы в вежливой улыбке, очки она так и не сняла, – приятно было познакомиться.
Она протянула для рукопожатия руку Нине и Варгану. Потом слегка сжала пальцами плечо Анчута и, глядя куда-то в сторону, ни к кому не обращаясь, внезапно произнесла:
– Не единственная, как у всех... Ни одна, ни две, ни три, а целых девять. Но девятая – последняя.
Лицо Варгана окаменело. Он не сводил с прорицательницы внимательных глаз.
– Что ты имеешь ввиду? – встревожился Анчут. – Ты что-то видишь в будущем?
Инга ничего не ответила и пошла прочь от музея через мост. Нина смотрела ей вслед, на душе появилась какое-то тревожное предчувствие. Но Любовь Аркадьевна бодрым шагом направилась к воротам Старого замка, и вся компания поспешила за ней.
Глава 56
По дороге, пока шли через двор, Любовь Аркадьевна проводила для них мини-экскурсию:
– Старый замок в Гродно был построен как оборонительное сооружение еще на заре времен, аж в ХI веке. В конце XIV века он стал главной резиденцией великого князя литовского Витовта, который после пожара перестроил деревянное здание в каменный готический замок с пятью башнями.
В 1580-е годы здание стали переделывать для короля Речи Посполитой Стефана Батория. Главным в композиции стал ренессансный двухэтажный дворец. Зал и королевские комнаты были отделаны изразцами и резьбой. Со стороны Немана в замке находилась королевская баня. На втором ее этаже находился «алебастровый зал» – любимое место отдыха короля.
После последнего раздела Речи Посполитой замок отдали Российским военным, у них он находился вплоть до конца Российской империи. В основном здесь находилась военная база. Во время восстания 1863-1864 года замок использовался как тюрьма.
Вплоть до 1880 года над воротами замка находился личный герб Стефана Батория, в итоге все же снятый российскими властями. Вот они-то и добили замок почти окончательно. В эти годы архитектура замка продолжала упрощаться. Исчезли башни, на территории замка были построены казармы. Стены дворца окончательно избавлены от декоративных элементов, вместо черепицы крышу покрыли железом.
Так окончательно был сформирован замок, каким мы видим его и сегодня. За XX век его внешний облик почти не поменялся. Даже две мировые войны фактически не отразились на его внешнем виде. Ну а потом уже СССР и все такое.
Наш Гродненский историко-археологический музей был создан в 1920 году, а в 1924 руководитель музея Юзеф Ядковский, светлая головушка, предложил передать музею Старый замок. Но с этим, конечно же, сразу возникли сложности: в ту пору здание Старого замка занимали военные и оно находилось в удручающем состоянии. Денег на восстановление замка, естественно, не было. Юзефочка тогда еще придумал организовать сбор средств в виде лотереи, на каждом билетике которой отпечатал: “Это твой кирпичик для восстановления Старого замка”. Люди в городе у нас всегда были интеллигентны и отзывчивы, поэтому дело шатко-валко, но сдвинулось с мертвой точки. К сожалению, вопрос о реставрации замка в глобальном смысле так и завис в воздухе почти на 100 лет… И только сейчас решился вопрос финансирования, и реставраторы принялись за дело. Конечно, такое большое начинание не обходится без споров, скандалов, взаимного недовольства и подковёрных интриг, но это уже совершенно другая история…
Слушая, Любовь Аркадьевну, Нина не сразу сообразила, что они идут в ее кабинет совсем по другим коридорам.
– Извините, что перебиваю, – она воспользовалась паузой в повествовании музейной работницы, – мне кажется в прошлый раз вы вели меня совсем в другое место и Ваш кабинет располагался на втором этаже, а не на цокольном.
– В связи с этим ремонтом тут все переставляется с места на место по миллиону раз. За последние недели куда меня только не переселяли, а в этот раз вообще занесли мой рабочий стол не то что на цокольный этаж, а прямо в подвальный! – возмущенно объяснила женщина.
– А какая в этом производственная необходимость? Там вообще интернет хоть тянет? – спросил Варган, поддерживая ее под локоть, на темной крутой лестнице, по которой они спускались вниз гуськом друг за другом.
– Не знаю какая необходимость, мне не объясняли… Но интернет да, еле тянет, несмотря даже на то, что установили антенну-усилитель. Ведь здесь же такие толстые стены. Посмотрите какая кладка – в некоторых местах аж в метр шириной, – Любовь Аркадьевна с такой гордостью указала на дверной проем, как будто пятьсот лет назад укладывала эти кирпичи лично.
Они остановились перед запертой на замок деревянной дверью. Все выглядело слегка подозрительно, особенно нетронутый слой пыли под ногами. Но, так как Варган с Анчутом имели вид безмятежный, Нина решила не озвучивать свои опасения вслух.