Валентина Гордова – Ядовитый цветочек для тёмного мага (страница 31)

А вампир вдохнул, выдохнул, вдохнул и:

— Лох!

Наша молчаливая троица оторопела, но сотоварищи поддержали своего главного одобрительным шумом и вскинутыми руками.

И пока вот эти галдели, Эрдан наклонился к Арнару и потрясённо прошептал:

— Что такое «лох»?

Так как я стояла по центру и совершенно не мешала мужчинам разговаривать поверх моей головы, то вопрос услышала и шепотом ответила:

— Оскорбительное сокращение от «лопух».

Изумлённо глянув на меня, принц медленно встал ровно, а вампиры взялись… оскорблять своего товарища. По очереди и с шокирующим единодушием и воодушевлением.

— Попасться охотнику — ну ты и кретин!

— Идиот!

— Неудачник!

— Не зря меня мама всегда больше любила!

Это был шок. Очень радовало, что не только мой — мы его на троих разделили. И, не сговариваясь, решили объяснить происходящее одним-единственным глубокомысленным: вампиры…

Разошлась издевающаяся процессия перед самым закрытием — пошла измываться на кладбище. Уходя, главный среди присутствующих вампиров подлетел ко мне, крепко пожал ладонь и обрадованно заверил:

— Всё прошло шикарно! Я ваше заведение всем друзьям и знакомым буду советовать!

— Не надо, — пискнула испуганно.

— Мы вас благодарим, — куда громче и радостнее вставил Арнар, отнимая мою ручку из лап кровососа и уже сам обмениваясь с ним рукопожатиями.

— Только вашим друзьям — скидка пять процентов! — подключился мигом сориентировавшийся Эрдан, тоже пожал когтистую лапу клыкастого и лично довёл уходящих до двери, радостно попрощавшись с ними ещё раз десять.

А потом меня, как самую впечатлительную, отправили спать, а мужчины остались в зале — убираться и о чём-то шептаться. Посплетничать мне тоже хотелось, убираться — нет, так что я верно расставила приоритеты и пошла спать.

Я выспалась! Выспалась, вы представляете? Замечательное чувство!

Проснулась на полчаса раньше положенного, потому успела и себя в порядок привести, и в комнате прибраться, и на букет ромашек на столе с любовью покоситься. Даже воду в вазе поменяла, и с чувством выполненного долга лёгким танцующим шагом поплыла вниз.

Тормознув на лестнице, я с прищуром посмотрела на воркующего за стойкой с молодой красивой гостьей Эфера, и с растущим удивлением разглядела на её лице взволнованный румянец, блеск в глазах, смущённую улыбку на пересохших губах и пальчики, то и дело игриво, но несколько нервно поправляющие волосы.

Да ладно. Нет, правда, кого она тут смутилась? С кем она заигрывала? С Эфером?!

К сожалению, слов я не слышала, но это не помешало мне подождать, пока голубки доворкуют и девушка упорхнёт на улицу, спуститься с лестницы и решительно направиться к администратору.

Эфер, довольно и широко улыбающийся, бросил безразличный взгляд в мою сторону и снова попытался отвернуться к уже закрывшимся дверям, как вдруг осознал, кто именно к нему шёл, содрогнулся всем телом, побледнел настолько сильно, что это отразилось даже на чёрных волосах, и… попытался свалить. Кто бы сомневался!

— Стоять! — припечатала его сразу.

Мужик сдулся, заметно приуныл, но стоять остался, как и велели.

— Это кто был? — я по-деловому разместила локоть на столешнице, отрезая своим телом единственный для работничка путь к отступлению.

Эфер скис и не ответил, втянув голову в плечи.

Я его не очень давно, но уже очень хорошо знала, и чем шантажировать, знала тоже.

— Ты или выкладываешь правду, или работаешь без выходных и по урезанной вдвое зарплате.

Подействовало. Возмущённый мужик вскинулся, подобрался, раздулся от негодования и засверкал на меня маленькими глазками, но хватило его только на:

— Это незаконно.

Насмешливо смотрю на него.

— Это… это беспредел! — продолжил возмущаться этот.

Насмешка медленно переросла в издевку.

— Ты не можешь! — убеждённое заявление. — Я лучший работник этого заведения!

— Выкладывай, кто это был и почему после разговора она ушла, вся цветущая, — я на провокацию не повелась и тему сменить не позволила.

И Эфер сдулся повторно, запыхтел, зафырчал, но, глядя в моё спокойное лицо, понял, что я была абсолютно и совершенно серьёзна, и раз сказала, значит, так и сделаю.

Опустил плечи, за ними голову, выдохнул и скорбно признался:

— У нас в таверне есть волшебная комната. Если очень хочешь детей, но не можешь их иметь, приходишь, ночуешь и… через положенный срок получаешь ребёночка.

И как бросил на меня взгляд. Вроде как виноватый, но в целом очень честный и невинный.

А у меня в голове начали складываться в единую картинку события.

Арнар, заселившийся в восьмую комнату и тут же поднявший шум, когда обнаружил Эфера.

Эфер, превратившийся в кровать.

Лестница на улице, ведущая как раз в восьмую комнату.

Неслыханная популярность этого злосчастного помещения и постоянная заселённость, причём каждый день новыми жильцами, все из которых были женского пола…

Мне стало плохо. Очень, очень плохо. Это что же?.. Это Эфер, в кровать превратившись, всех этих девушек?.. Он?! Он…

— Эфер, — не то прохрипела, не то просипела, не понимая, тошнит меня или разрывает от злости.

— Всё было по обоюдному согласию! — завопил этот, отступая в угол. — Они сами хотели!

Поняла, что всё-таки тошнит.

Администратора спасло только лишь то, что я была вынуждена убежать в уборную.

Когда самочувствие вернулось в подобие нормы, я упёрлась руками в края раковины, исподлобья глядя на своё побледневшее отражение.

Он мне тут что, бордель развёл? За моей спиной?!

Если этот жук за свои «услуги» ещё и деньги брать вздумал, то… Наглёж это, вот что! И беспредел! И…

Мои мысли прервал раздавшийся в зале грохот. Резко дёрнувшись и потрясённо уставившись на дверь, я далеко не сразу поняла, что это был за звук. А он повторился! И ещё, и ещё! Какие-то… даже не удары, просто грохот, как от взрыва, из-за которого подпрыгивала вода в ведре рядом!

Я подлетела к двери, распахнула её и наполовину высунулась в зал.

— АПЧХИ! — едва не сдул меня назад громогласный чих.

— Мать моя реторта! — ужаснулась управляющая, и только по этому восклицанию поняла, что не оглохла.

Прямо напротив меня, у раскрытых настежь входных дверей, стоял мужчина. Высокий, худощавый, с всклокоченными светлыми волосами, бледной кожей и носовым платочком в руке. Что самое интересное, так громко чихал не он.

Я перевела взгляд на закрывающих носы посетителей, на слезящегося Эфера, прижимающего к лицу полотенце, на Ёпу…

— АПЧХИ! — двухметровый бритоголовый громила даже чихал так же… внушительно.

Не улететь в этот раз помогла дверная ручка, в которую я так удачно вцепилась мокрыми от воды пальцами.

Потом поняла, что чихали абсолютно все посетители таверны, а мужчина в дверях виновато прикладывал белый платочек к носу, обводя взглядом всех вокруг.

— Что здесь происходит? — строго спросила я, переводя взгляд с посетителя на Ёпу.