Валентина Гордова – Крылья проклятого ректора (страница 4)
Мы встали плотной бесформенной толпой, толкаясь и недоумевая о причинах срочного сбора. В тридцати шагах перед нами журчал фонтан, справа такой же кучкой, только значительно меньшей в размерах, стояли преподаватели, причём вид у них был подавленным. Им явно раньше нашего сообщили о смене руководства, вот они все и… радовались.
– Что случилось? – из всех адептов только моих подружек интересовала я и моё гадание.
Поджав губы, попыталась ответить, но не успела даже рот открыть.
Все слова и мысли вылетели из головы, лишь только я увидела его.
Высокий настолько, что я бы едва достала ему до широких плеч, прямой и грозный, он решительно вышел из замка, по-военному чётко пересёк погрузившуюся в тишину площадь и встал перед затаившими дыхание нами. Прямой, с заложенными за спину руками и широко, по-хозяйски как-то расставленными ногами, он направил суровый немигающий взор на наши неровные ряды. Белый военный мундир был застёгнут на все серебряные пуговицы, чёрные волосы коротко острижены, черты лица резкие и хищные, губы сжаты в тонкую линию, между бровей залегла складка, выдающая непростой характер этого существа.
Страшно. Просто до ужаса страшно всем и каждому, и ощущение такое, словно он, скользя бесстрастным взором, умудрялся выворачивать наизнанку душу каждого.
Лично я в его страшные огненные глаза даже смотреть не стала, пряча взгляд в скрещенных пальцах рук, в складках платья, в узорах плитки под ногами…
Может, он меня не вспомнит? В доме было темно, а волосы с утра я убрала в тугую косу. Вряд ли он разглядел моё лицо. Но эта радостная мысль сменилась другой, очень удручающей: я назвала ему своё имя. И даже курс. Вот же Создатель…
– Доброе утро, адепты, – закончив с пристальным осмотром, заговорил он твёрдо и спокойно, негромко, но так, что все здесь прекрасно слышали каждое слово. Мы просто даже не шевелились, даже не дышали, парализованные самым настоящим ужасом. – Меня зовут Роэндар Эвертон, с сегодняшнего дня я занимаю руководящую должность данного учебного заведения.
Ужас?! Он наступил сейчас! Дикий, неконтролируемый ужас, который до этого был детским лепетом, незначительный испугом! Действительно страшно нам стало вот сейчас, едва до присутствующих дошло ужасающее по сути своей – Роэндар Эвертон!
Тот самый Роэндар Эвертон! Лучший из генералов императора, прославленный воин и маг, тот самый дракон, за десять лет верной службы познавший всего одно поражение, стоившее ему крыльев… Об этом знали даже глухонемые. Захватив западные горы Аноры всего за каких-то три дня, генерал Эвертон «уговорил» населяющих их ведьм признать власть нашего императора и вступить в состав империи… а затем возлёг с одной из них. Кто чего только не говорил – и про приворот, и про насилие, и про истинную пару, но суть оставалась сутью: генерал провёл ночь с одной из горных ведьм, а проснулся уже без крыльев. Без возможности обратиться зверем, то есть. Будь на его месте кто угодно другой, и это было бы славной местью ведьм, а так… горы перестали существовать. На их месте теперь Огненная пустошь, пламя в которой не утихает по сей день, шесть лет спустя. А ведьмы… нет их больше. Ни одной горной ведьмы на весь Эинир. Говорят, генерал убивал их долго, больше двух лет, до смерти пытая каждую и изо всех сил стараясь вернуть утраченное… Не вернул. Но даже без крыльев и доступа к звериной сущности Роэндар Эвертон сумел сделать по сути невозможное и сохранить положение первого генерала, лучшего из лучших, незаменимейшего мага и непобедимого воина.
Лучше него не было.
Хуже него не существовало.
– Вижу, рады, – сухо изрёк страшнейший из драконов, вдоволь насладившись нашими белыми от ужаса лицами.
Не было шепотков, не было вздохов изумления, не было неосознанных попыток броситься прочь – нас парализовал страх.
В следующее мгновение случилось непредвиденное.
Мне показалось, что глаза нового ректора полыхнули рыжим пламенем, но не успела я даже обдумать это, как монстр молниеносно повернул голову и из всей толпы, из тысячи адептов посмотрел на меня. Чётко на меня. Не ища, не вглядываясь, он просто словно что-то почувствовал и безошибочно отыскал меня…
Вздрогнув всем телом, я чуть не умерла вот прямо там же. Перед глазами всё поплыло, сердце сжалось до невозможности сделать следующий вдох, а затем забилось быстро и неровно, и словно кровь вскипела, и кожа покраснела везде и разом, и захотелось броситься прочь и одновременно стоять и не шевелиться, и…
Когда я пришла в себя, он уже не смотрел на меня. Кажется, наш зрительный контакт не продлился дольше секунды, но для меня прошла целая вечность, я умирала и воскресала раз за разом, растворялась в небытии и становилась целым миром, успев переосмыслить всю свою жизнь и попрощаться со всеми хорошими людьми, которых когда-либо встречала.
Всю твёрдую прохладную речь нового руководства я благополучно прослушала, до самого окончания представления глядя себе под ноги, хмурясь и всё пытаясь понять, почему так странно и бурно отреагировала на простой взгляд. Он же, кажется, даже не узнал меня. Неужели я настолько сильно неконтролируемого его боюсь?
Нас отпустили через десять минут. Академическую площадь лорд Эвертон покинул первым, широко ушагав в замок. И стоило ему исчезнуть из поля зрения, как всем нам даже дышать стало легче. Слаженный облегчённый выдох прозвучал над площадью и мы, шушукаясь, поплелись внутрь, обсуждая последние новости.
– Лина, – Риша ткнула меня пальцем в щеку, заставляя дёрнуться и недовольно посмотреть в её малость встревоженные глаза. – В какой-то момент я решила, что ты умрёшь прямо там.
Мы как раз прошли сквозь громоздкие тяжёлые входные двери и оказались в извечном полумраке главного холла, где ученики и преподаватели расходились по разным сторонам.
Склонившись к подруге, я с дрожью прошептала совершенно искреннее:
– Я в жизни ничего подобного не чувствовала…
И стоило только едва слышным словам слететь с моих пересохших губ, как случилось что-то странное. Это было похоже на короткую вспышку не то в сознании, не то в уголке глаза, но я машинально повернула голову и увидела… лорда Эвертона! Он молниеносно, нечеловечески быстро отвернулся от нашей магической доски объявлений и вонзил пристальный, немигающий, прожигающий до костей взгляд в меня! Как тогда, на площади, он не прыгал по лицам, он посмотрел чётко в мои глаза!
Мог ли он услышать мои слова?! Нет! Никак не мог! Здесь полно людей, шаги и гул голосов наполняли холл, а я действительно сказала это очень тихо, едва слышно… он не мог услышать! Но почему же сейчас смотрел на меня так, словно расслышал каждое слово?!
Подпрыгнув от ужаса, я стремительно опустила взгляд, втянула голову в плечи, даже неосознанно пригнулась, чтобы скрыться за чужими телами, но почему-то сквозь оглушительный грохот сердца в груди каждым сантиметром кожи чувствовала: он смотрит на меня! Он продолжает на меня смотреть!
– Лина, – растерянно позвали девочки.
– Встретимся за завтраком! – пискнула я им и шмыгнула в один из левых коридоров, а не на лестницу наверх, пронеслась по укрытому холодным полумраком пустому пространству, свернула направо, прошмыгнула через зал достижений и завернула за угол… чтобы со всей скорости налететь на стену, которой до этого здесь совершенно точно не было!
Охнув, я едва не рухнула назад, но неожиданно у стены появились руки, которыми меня властно придержали за плечи, а затем и голос, до ужаса напоминающий ректорский.
– Назовите причины, заставившие вас сбегать от собственного ректора, адептка Хартвуд, – велел он тихо и потому невероятно пугающе.
– О-о-о, Создатель, – простонала почти впадающая в панику я.
Как он оказался здесь так быстро?!
– Я жду, – ледяным тоном напомнил дракон, продолжая удерживать меня за плечи.
– Я н-н-не сбегала, – выдавила, заикаясь и уставившись широко распахнутыми глазами в центр его мощной груди, лишь бы не смотреть в глаза.
– Вот как? – раздалось сверху. – Значит, мне… показалось.
И тон такой, что сразу ясно: он не верил мне ни на грамм. И не зря, потому что я действительно попросту удирала от его прожигающего взгляда, но не признаваться же в этом.
– П-п-показалось, – подтвердила тихо и жалко.
Воцарилось звенящее, напряжённое, почти угрожающее молчание.
Моё сердце гулко ломилось о рёбра, кожу жгло в тех местах, где лорд Эвертон продолжал удерживать свои ладони, и страшно было… как в жизни никогда до этого не было! Ну, разве что на площади пять минут назад, и вчера, когда он орал…
Но дальше всё оказалось значительно хуже.
Медленно и неумолимо дракон склонился ко мне, заставляя практически уткнуться носом в его грудь и всей наэлектризованной кожей ощутить его близость, и тихим, будоражащим всё внутри голосом вкрадчиво прошептал:
– Не стоит забывать, что драконы в первую очередь хищники, Элинари. Если от нас бегут, мы начинаем охоту.
О-о-о, мать всего живого, меня сожрут! Меня попросту сожрут! Вот я так и знала, так и знала!
Мелко задрожав всем телом, сжавшаяся я с неконтролируемым стуком зубов практически взмолилась:
– Не ешьте меня…
Лежащие на плечах ладони окаменели, как и, кажется, сам монстр. Наверно, ему мой жалкий голос не понравился… но оно и хорошо, может быть, тогда меня действительно не будут есть.