Валентина Гордова – Избранные духом Весны. Пари с заклятым врагом (страница 3)
— Ты что делаешь? — я хотела прокричать вопрос, вкладывая в него всё своё возмущение, но вместо этого с губ слетел едва слышный хриплый шепот.
Мои подрагивающие ладони упёрлись в мужскую грудь раньше, чем я вспомнила, что одежды на ней не было. О, светлая богиня!
— Удовлетворяю твоё любопытство, — тихая горячая усмешка коснулась лица, — признайся, ты же не поругаться сюда пришла. Хочешь отблагодарить меня за избавление от «жениха»? Так никто и не против…
Он не дал мне времени опомниться или осознать происходящее. Он не позволил мне даже попытаться ответить, накрыв мой рот поцелуем. И это не было робко и осторожно, как с Антаном… Нет!
Элтон Лемир оказался неудержимым вихрем, пламенным смерчем, подхватившим в одно мгновение и утянувшим в круговорот дикой страсти! У меня разом вышибло воздух и все мысли! Я забыла, кто я, где я и что делаю… я обо всём на свете позабыла, не в силах сопротивляться напору того, кто явно знал, что делает!
Это была какая-то магия. Запрещённое воздействие. Что-то неуловимое, но действенное, из-за чего у меня окончательно помутилось в голове.
Не помню, в какой момент мои ладони прекратили с силой упираться в литые мышцы некромантского тела и, расслабившись, взялись его поглаживать. А потом и вовсе скользнули по плечам вверх, обвились вокруг крепкой шеи и притянули Элтона ближе!
Он самодовольно усмехнулся прямо мне в рот, в котором уже вовсю хозяйничал его язык, и, переместив вес тела на локоть одной руки, второй накрыл и сжал мою грудь.
Я застонала и невольно выгнулась, теряясь в новых для меня острых горячих ощущениях.
— Так и знал, — довольная хриплая усмешка, и Элтон прикусил и чуть оттянул мою нижнюю губу.
Ладонь, в которой так удобно расположилась моя грудь, пошевелилась, и чувствительное навершие оказалось зажато между костяшками среднего и указательного пальца — недостаточно сильно, чтобы причинить боль, но вполне ощутимо, чтобы вырвать из моей груди ещё один глухой стон.
Я задыхалась! Я горела!
Сумасшествие какое-то! Даже понимая, как всё это неправильно, даже помня, какая Элтон мерзость и скотина, я никак не могла ему сопротивляться. Хотела, очень, но не могла.
В голове вспыхнуло требовательное: «Брось гадость!», а ладонь скользнула на затылок, пальцы запутались в чуть отросших волосах, сжали и легко потянули.
«Он тебя без жениха оставил!» — вопило что-то внутри меня, а тело ничуть не сопротивлялось, когда некромант оставил в покое мою грудь и сжал ягодицу, отодвинул ногу в сторону, а после и вовсе закинул себе на поясницу, устроившись между моих бёдер.
— Убери от меня свои руки, — срывающимся голосом потребовала я.
И сама закинула на него вторую ногу. Сама!
Парень рассмеялся, одновременно покрывая быстрыми чувственными поцелуями мою шею и забираясь рукой под майку на машинально поджавшийся живот, и хрипло довольно ответил, обжигая неровным дыханием тонкую чувствительную кожу:
— Твой нежный ротик шепчет «нет», но всё тело кричит «да»!
Ответом на его заявление стал очередной мой стон, когда горячая ладонь вновь накрыла уже оценённое ею полушарие, и в этот раз между ними не было даже такой сомнительной преграды, как тонкая ткань майки.
Рука была в восторге, грудь тоже ни на что не жаловалась, про некроманта я и вовсе молчу, но вот я…
— Катись ты к хоргу, — ещё одна почти отчаянная попытка вернуть себе свободу, благоразумие и остатки гордости привела к тому, что я оставила мягкие волосы и крепкую шею некроманта и попыталась его оттолкнуть.
Прогресс, однако!
— Да ладно, Лягушонок, — он опустился ниже, заставляя ощутить тяжесть собственного тела и степень охватившего его желания, — тебе всё нравится, к чему сопротивляться? Просто расслабься, и давай доставим нам обоим немного взаимного удовольствия, м-м?
— Нет! — отчаянное и категорическое. — Лемир, слезь с меня! Я скорее выйду в окно башни, чем пополню список твоих трофеев!
— Будь проще, — рассмеялся и не подумавший следовать требованию маг, — никаких трофеев, лишь те, кто по достоинству оценил перспективу пары незабываемых часов. С тобой, мой неискушённый росточек, я согласен не спать всю ночь.
— Я не согласна! — простонала тут же.
Элтон рассмеялся вновь, негромко и хрипло, пуская новую волну мурашек по всему телу, прихватил зубами мочку уха и выдохнул:
— Маленькая врушка.
Хорг, у меня были все шансы незапланированно стать женщиной этой же ночью!
Права была Лия: он некромант, куда я понеслась?! Что хотела доказать, чего хотела добиться? На что надеялась?!
Про распущенность и наглость некромантов ходят легенды. Про их вседозволенность и настойчивость рассказывают в страшилках перед сном. Ну а то, что они всегда добиваются своего любыми способами, я и сама знала, три года в Государственной магической академии с ними бок о бок проучилась!
Так что, когда Элтон вновь взял в плен мои безвольные губы и закружил в вихре острых ярких чувств, я со всей ясностью поняла: всё случится! Всё! Абсолютно всё, что можно вообразить, и что нельзя, случится тоже!
И одна маленькая дриада решила, что раз выбора ей всё равно не оставили, то можно действительно расслабиться и получить удовольствие.
И я ответила на жаркий поцелуй, отдаваясь безумию имени Элтона Лемира.
И тут в дверь постучали!
Это был какой-то странный, потусторонний стук, резко и громко ворвавшийся в сознание и заставивший дымчатое наваждение пойти звенящими трещинами.
— Провались к хоргу! — грубо рыкнул некромант.
И попытался вернуться к прерванному, но тут:
— Э-э-элтон, — сладко пропел игривый женский голос за дверью, — не будь букой, открывай, волчонок! Я сегодня была в бутике леди Ирианель и прикупила себе кружевной красоты, всё как ты любишь, но обещай, что не порвёшь моё бельё, как в прош…
Лемир слетел с меня на запредельной скорости, вмиг оказался у двери, рванул её с такой силой, что она с грохотом впечаталась в стену, а сам вылетел в коридор, хватая за локоть и оттаскивая в сторону девушку, чтобы что-то яростно зашептать ей в стороне…
Я успела увидеть только её расчёсанные до блеска золотые волосы и расстёгнутый белый халатик, под которым действительно была чёрная кружевная красота, так изумительно сидящая на стройной светлокожей фигурке.
А потом всё почему-то стало размытым и нечётким, ну, то, что было видно в льющемся из коридора свете, а то в комнате-то темнота царила.
Гудящий жар в моей груди и животе сменился сосущей ледяной пустотой. И так противно, так мерзко стало от самой себя — до тошноты.
Элтон же с половиной академии на этой кровати… я три года презирала его и тех, с кем он проводил даже не ночи — пару часов, как сам некромант и сказал. Я его с первого курса не люблю, он мне три года жизнь портит, насмехается и издевается, а тут… я… едва сама…
О, хорг!
Не помню, как скатилась с постели, но не удержалась на трясущихся ногах и рухнула на пол. Тут же вскочила и рванула к двери, на пороге которой так некстати показался некромант. Он казался раздосадованным и злым, пока не увидел меня.
— Рина? — выдохнул удивлённо, когда не успевшая среагировать я врезалась в него на всём ходу.
Сильные руки поймали и придержали, уберегая от падения, но мгновенно отпустили, когда я шарахнулась в сторону.
— Не подходи ко мне! — голос звенел от злости на саму себя и обиды на Лемира.
— Рина, — растерянно попытался остановить парень, изумлённо вглядываясь в мои полные слёз глаза.
Этого только не хватало!
Развернувшись на месте, я бросилась прочь, едва разбирая дорогу.
Дура! Какая же я дура! Хорг! И ладно, что к нему среди ночи пошла, это я могла объяснить, но своё поведение в его кровати — нет! Ни за что! Никакими словами!
Я просто дура! И как же хорошо, что пришла та девушка, иначе страшно подумать, чем бы всё это закончилось!
Ворвавшись в нашу с Лией комнату наверху башни, я наткнулась на встревоженный взгляд не спящей и ожидающей моего возвращения подруги. Она за меня волновалась и, не смотря на то, что глубокая ночь была, а завтра рано на занятия идти, всё равно спать не ложилась и ждала…
Слёзы, которые я кое-как сдерживала по дороге, горячими ручьями хлынули по щекам.
— Вот урод! — только и высказалась природный маг, подскакивая и заключая меня в крепкие объятья.
И до самого утра меня успокаивали, не уставая говорить, какой Элтон гад и что я ни в чём не виновата, и что всё у меня будет хорошо, а у этого некроманта, наоборот, всё очень-очень плохо, и чтобы шёл он прямиком к хоргам, и вообще…
Уснули мы с Лией на моей кровати, крепко обнимаясь и всхлипывая по очереди.
Но боль в груди почему-то никуда не ушла.
«Прости», — всего одно слово на небольшом прямоугольнике плотной чёрной бумаги. Я вытащила её из букета пионов такого редкого тёмного, почти чёрного красно-фиолетового цвета… Очень красивые цветы.
Которые принесла маленькая кошечка, тихая, быстрая, сильная… мёртвая.
Я так и стояла у открытой двери перед ступеньками, с которых уже давно убежало это мёртвое и совершенно жуткое создание, прижимала цветы к груди и в оцепенении раз за разом перечитывала одно-единственное слово.
Элтон… у меня не было сомнений в том, что записка и цветы были от него. Во всей академии было всего двое тех, кто обидел меня вчера, но Антан не любил цветы и не умел управлять нежитью… он же не некромант…