Валентина Гордова – Драконий муж для попаданки, или Проверка в академии (страница 2)

Я ничего не поняла и не успела даже задуматься, как незнакомец медленно наклонился, проигнорировал мою попытку уклониться от него, коснулся неожиданно мягкими губами моего уха и прошептал:

– Вилард Астейн.

Внезапно подумала, что ничего такое имя, красивое, хоть и очень странное.

Подумать о чём-либо ещё не успела.

– Теперь ты. Назови имя, и, – мужчина предвкушающе ухмыльнулся, красноречиво посмотрел вниз и велел: – Вставай на колени.

На колени? Я?!

Послать его я не успела.

Окутывающее нас мягкое тёплое свечение надломилось и пошло трещинами, а вокруг меня начал стремительно клубиться едкий малиновый дым.

Я даже испугаться толком не успела, только почувствовала, как руки Виларда исчезли вместе с твёрдой почвой под ногами, а я провалилась куда-то в неизвестность, невольно закричав от неожиданности и страха.

Полёт прервался столь же внезапно, как и начался.

Рывок!

И меня выкинуло на мягкую зелёную траву, проволокло по ней несколько метров, а затем на рёбрах сомкнулись чьи-то грубые руки.

Рывок! Уже не знаю, который по счёту.

И я оказалась на ногах, но чужие руки не отпустили, наоборот, сжали сильнее, удерживая перед чьей-то, кажется мужской, фигурой, полностью скрытой чёрным туманом.

Над головой прозвенел жуткий потусторонний голос:

– Армон Даат только что назвал тебе своё имя. Скажи его мне и вернёшься домой целой и невредимой!

Домой? А я сейчас где?

Всё размывалось и сияло, больно било по глазам и не позволяло как следует разглядеть окружающее пространство. Кажется, это был летний, залитый слепящим солнцем лес…

– Имя! – незнакомец в ярости встряхнул, привлекая к себе внимание и совсем не щадя мои рёбра.

Вот за них стало очень обидно. Настолько, что я, особо даже не задумываясь, отказа:

– Не скажу.

Пробирающий до костей рык, вонзившиеся в рёбра когти и почти оглушающее яростное:

– Я верну тебя в твой мир, как только ты назовёшь мне имя! Иначе сгниёшь здесь!

Мой мир? Должно быть, я поскользнулась на льду, долбанулась головой и потеряла сознание. Вот теперь и снится всякая волшебная дичь, навеянная атмосферой парка.

Но неважно, так это или не так, сдавать Виларда-Армона я почему-то не хотела. Нечестно это. А если этому, без манер и с когтями, надо, то пусть сам к нему идёт и спрашивает.

– Я не скажу! – повторила решительно.

– Дура!

Удерживающие пальцы разомкнулись, меня с презрением и ненавистью откинули в сторону, сплюнув:

– Удачной смерти!

Всё падая и падая, я ощутила, как где-то там, очень-очень далеко отсюда, на теле мускулистого мужчины с болезненным жжением появляется ещё одна татуировка – прямо на руке.

Она же попыталась нарисоваться и на мне, но я, видя это выбивающееся из всех представлений нормального явление, в панике подумала категоричное: «Нет!».

Странные чёрные узоры дрогнули, подёрнулись золотым свечением и медленно растворились, возвращая коже нормальный вид.

Вот только у меня появилось стойкое ощущение, что они не исчезли, а лишь затаились.

Приземлилась я мягко – в сугроб. Но на этом плюсы закончились.

Лицо и руки обожгло холодом – слишком реалистичным для сна.

Кряхтя и пыхтя, я наполовину вырвалась из снежного плена. Радовало одно: в этот раз привычные глазу длинное бежевое пальто с широкими карманами, белоснежные шарф, шапка и высокие кожаные сапоги теперь были на мне.

Что тогда случилось в морозном храме? Это странное свечение скрыло нашу с Вилардом Астейном одежду?

Такое вообще возможно?!

Вилард Астейн… Его же второй, уже одетый незнакомец называл Армон Даат. Зачем человеку два имени?..

Внезапно совсем рядом раздался звонкий женский крик!

Я резко обернулась, сердце подскочило к горлу и начало в панике метаться по всей грудной клетке, дыхание сбилось, а я сама напряглась до покалывания в мышцах, настороженно вслушиваясь и всматриваясь в окружающий заснеженный лес.

Тёмно-синяя тусклая вспышка справа заставила резко повернуться и в страхе вглядеться в могучие тёмные стволы деревьев.

Там, метрах в тридцати от меня, были двое. Девушка в бежевой шубе до пола и огромный на её фоне мужчина в тёмной одежде, который держал в одной руке светящиеся алым наручники, а второй лапищей сжимал руку отчаянно вырывающейся незнакомки.

– Отпусти! – визжала она, дёргаясь всем телом.

Мужик что-то злобно рычал в ответ и не разжимал пальцев, явно нацелившись заковать несчастную девушку.

Страшно представить, что он планировал с ней сделать.

Меня подбросило от такой несправедливости и ужаса происходящего. Я сама не заметила, как выбралась из сугроба и начала в панике оглядываться, пытаясь очень быстро придумать максимально эффективный план действий.

Убегать и спасать свою жизнь точно нельзя – кто тогда спасёт эту девушку? Вдвоём у нас был хоть какой-то шанс одолеть мерзавца.

Взгляд упал на припорошенную снегом корягу слева. Она оказалась очень ветвистой и довольно увесистой, но я умудрилась перехватить её поудобнее и поспешила на помощь.

Через три шага снег неожиданно закончился и я оказалась на узкой, но пальплотной тропинке. Похоже, по лесу часто ходили, что сейчас было мне только на руку.

Я практически побежала к этим двоим. Девушка, заметив меня, умудрилась развернуть мужика ко мне спиной, а из-за возни и криков он не услышал скрипа снега под ногами.

Замах, короткая вспышка страха, но я не позволила себе передумать и с силой обрушила корягу мерзавцу на спину!

Он хрипло вскрикнул, вздрогнул и замер без движения, чтобы через секунду медленно повалиться в сторону, не подавая признаков жизни.

– Дышит? – прошептала я в ужасе, во все глаза вглядываясь в его громадную фигуру.

– Ненадолго! – воинственно пообещала толком не успевшая отдышаться девушка.

И от души пнула разбойника… туда, куда мужчин обычно не бьют, чтобы тут же согнуться и приняться зарывать его снегом.

– Ты что делаешь? – не то возмутилась, не то испугалась я, потрясённо разглядывая её.

Незнакомка была примерно моего возраста, невысокая и бойкая.

Рыжие кудряшки выглядывали из-под меховой шапки, белые пушистые сапожки – из-под длинной бежевой шубы, а зелёные глаза задорно блестели, выдавая в ней непоседливого человека, сейчас очень злого. Маленький курносый нос покраснел от холода, светлая кожа стала практически белоснежной, а тонкие пальчики сжались в кулаки.

– Это прихвостень Честного Дейва, – она, сосредоточенно пыхтя, нарыла на мужика уже приличный сугроб. – Он собирался похитить меня! Уже к утру я была бы в порту Орос, а через сутки пополнила ряды ювейских рабынь!

Я не поняла ни слова, остро ощущая, что мне здесь не место. Я не должна здесь быть. Я…

– А почему наручники светятся? – спросила шепотом, гулко сглотнув и кивнув в другую от тропинки сторону.

Должно быть, мужчина от удара уронил их, и теперь те горели алым из углубления в снегу.

Незнакомка вдруг застыла, резко выпрямился и быстро, как дикая кошка на охоте, повернула голову.

– Они со встроенным порталом, – сказала тоном, который мне сразу совсем не понравился.