Валентина Филиппенко – Спецагенты в шоколаде (страница 3)
– Колет? Миленький, не надо крошиться раньше времени… Может, это просто сахар выделяется? – заботливо посмотрела на напарника «В глазури». Она всегда становилась добрее и ласковее, когда отдыхала. – Ты такой большой, но такой хрупкий…
– Да. Это всё эти трудности телепортации. То сахар выделяется, то фольгу сводит. В рот мне конфету, нам нужен другой способ спасать мир…
Оказалось, пока «В глазури» спасала шедевр в галерее, «Сюрприз» успел побывать в зоопарке. В последний момент он остановил малыша, который собрался угостить жирафа шоколадом, то есть упал на пол. Над зоопарком разносились визг и плач, к операции был привлечён старший брат и бабушка ребёнка.
Вдруг над спецагентами навис «Петушок»: его прозрачная упаковка и карамель тоже сияли в лучах солнечной лампы. А за ним поднимался парк аттракционов с горками, каруселями, небоскрёбами и батутными замками. «Петушок» тоже пил сироп и улыбался.
– Моя двоюродная бабушка всегда говорила, что мармеладу можно доверять. Вот эта их гибкость…
– А твоя бабушка говорила, что мы будем нейтрализовывать грабителей, дунув им в нос шоколадной пылью с ванилью, или выпрыгивать у них изо рта по заданию мармелада?
– Бабушка говорила, что я молодец. Наверное, в какой-то мере она это и имела в виду…
Не чувствуя иронии и насмешки в вопросе «Сюрприза», гордый и довольный собой «Петушок» принялся устраиваться в соседнем шезлонге. Стоило ему найти подходящее положение для ног, рук и головы, а также подходящий наклон спинки, как к ним подошёл, а скорее, даже подкрался Козинаки. Эта восточная сладость была главным балетмейстером Шуге и преподавателем танцев. Козинаки кивнул «Петушку»: он явно был с ним знаком. И подмигнул «В глазури», отчего та покраснела и смутилась. Агенты переглянулись, и леденец в упор посмотрел на «Сюрприза» поверх очков. Но тот сделал вид, что не замечает гостя, и громко втянул в себя остатки коктейля. А Козинаки, стоя в первой балетной позиции, протянул зефирке визитку, сделал таинственный жест руками в сторону шоколадного яйца и удалился лёгкой, воздушной походкой. «Петушок» же снова поудобнее втёрся в шезлонг и сладко закрыл глаза, собираясь вздремнуть.
Но «Сюрприз» так громко сопел, что весь сон леденца как рукой сняло.
– Время! Слышите? – сказал «Петушок». – Магазин закрылся, а нас ждут в генеральном штабе!
Агенты переглянулись. Кряхтя, стуча игрушкой внутри и ворча, «Сюрприз» скатился со своего кресла, «В глазури» взлетела из своего шезлонга, подхватив коктейль и журнал, который читала, а «Петушок» улыбнулся своему отражению в витрине и тоже поспешил за спецагентами.
Они вошли в главное здание сладкого города – шоколадный замок, приветливо махая знакомым и поклонникам, встретившимся им на пути. Дети – карамельки и драже ― улыбались спецагентам и просили автограф, вафли краснели, кокетливо хихикая, а эклеры, охранявшие главное здание сладкого города, кланялись и подмигивали. «Петушок» посылал в ответ воздушные поцелуи и даже взмахнул руками, будто дирижёр. И тут же в магазине сладостей случился настоящий салют из шоколадной стружки и мармеладных ленточек с фанфарами. В тёмном зале зажгли лампочки-прожекторы и устроили бал и концерт в честь спасённой картины. Шоколад из фейерверков сыпался на карамельные американские горки, на батут из птичьего молока, на стадион, где тянучки занимались йогой, на бирюзовый пруд и картонный лес. А в небольшом кабинете в пряничном домике – штабе «Ми-ми-ми-шесть» – с видом на сладкий город сидела мармеладка.
Теперь она приобрела форму бутылочки с газировкой и довольно улыбалась. А перед ней на столе лежали папки с новым специальным заданием.
Часть вторая. Миссия «Не сахар»
Химия
В колбах булькала и дымилась разноцветная жидкость, на панели какого-то прибора горели кнопки и экраны. На большом окне, закрытом белой плёнкой, стояли комнатные цветы: тёщин язык, фиалки и алоэ. По их листам тоже скользили и прыгали цветные отблески. Блики мелькали и на потолке, и на полу, и на входной двери. А над склянками склонился мужчина в круглых роговых очках и в белом колпаке – то ли повара, то ли врача.
– Лавретски! Записывайте! Арбитрон сахаристый в смешении с карамелью алюминиевой и зубоклейнием порошкообразным в пропорциях один к трём и двум даёт необходимый эффект! Тягучую густую субстанцию, не затвердевающую при охлаждении. Смешение достигается путём простой диффузии в склянке, то есть налили, насыпали и перемешали! И ничего не взорвалось! И брови не сгорели! Вуаля!
Учёный даже подпрыгнул на месте от радости, притопнув подошвами ботинок, и закружился в экзотическом танце, покачивая бёдрами и подняв руки кверху.
– Победа! Победа! Мы это сделали! Победа! Лавретски! Заваривайте какао, это надо отметить!
Учёный явно хотел докричаться до кого-то в кабинете. А там и правда был кто-то ещё… Попугай! Он махал крыльями, сидя на спинке кресла у стола. Ярко-зелёные, алые, жёлтые, белые и синие перья птицы сверкали в цветных бликах ещё ярче. В клюве попугай держал карандаш и стучал им по блокноту. Он… делал заметки с помощью азбуки Морзе? Ничего себе!
Кивнув учёному, необычный пернатый секретарь положил карандаш и вылетел в приоткрытую дверь. А мужчина, закончив танец и поправив на голове белую шапочку, взял в руки телефон и записал голосовое сообщение:
– Кхм-кхм… Мы закончили первый этап эксперимента. У нас всё получается, пробный образец пришлю вам завтра.
Учёный вышел из лаборатории в небольшую комнату с рукомойником, микроволновой печью, шкафчиками, обеденным столом и чайником. Пернатый секретарь сидел на столешнице и помешивал в большой кружке горячий шоколадный напиток, зажав ложку в клюве. Учёный с предвкушением хрустнул пальцами и потянулся к кружке:
– Может, найдётся тут половина ложечки сахара, Лавретски? Или хотя бы одна треть?
Птица укоризненно посмотрела на своего хозяина, наклонив голову. И отрицательно закачала головой.
– Сколько раз тебе говорить, я люблю сладкое… Сладкое! И не надо на меня так смотреть!..
Учёный открыл окно и высунулся наружу, чтобы подышать. А сам поглядывал на птицу: вдруг она смилостивится и найдёт на кухне лаборатории немного рафинада? Но попугай был непоколебим и только хриплым голосом сказал:
– Чшо-ко-лад! Ч-ч-чис-тый чшо-ко-лад!
Ойкнув, учёный закрыл окно и вдруг разозлился:
– Чего это ты раскомандовался, Лавретски? Ты же всего лишь птица…
Наверное, тут могла бы случиться перепалка между слугой науки и его попугаем, но на экране телефона вдруг всплыло сообщение. Это было голосовое – от адресата с круглой чёрной и пузырящейся фотографией. Учёный не открыл сообщение, но довольно улыбнулся и хрустнул пальцами, предвкушая… первый глоток какао.
Сахарная пудра
Когда начинались школьные каникулы, в сладком городе Шуге устраивали развлечения в главном парке – у самой большой витрины. Появлялся аквапарк с горками и волнами в бассейне с сиропом, цветочное поле из глазури, каток из снежного сахара, парк с золотыми листьями и аттракционами из карамели. Сладости гуляли по лугам и заснеженным равнинам, прыгали в бассейн с маршмеллоу, крутили пируэты на фруктовом льду, собирали янтарно-карамельные листья и пели в караоке под опадающими цветами меренговой сакуры. А дети – настоящие, большие, дождавшиеся школьных каникул – рассматривали через витрины невероятные аттракционы и декорации Шуге. И… сладко вздыхали.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.