Валентина Эриковна – S K T H W Пять искр вечной мерзлоты (страница 1)
Валентина Эриковна
S K T H W Пять искр вечной мерзлоты
Эта книга основана на реальных мифологических и культурных традициях разных народов – ацтеков, славян, кельтов, китайцев, африканских племён. В ней бережно собраны отголоски древних верований, чтобы напомнить читателю: магия живёт не только в сказках, но и в памяти наших предков.
Однако все персонажи, их характеры, поступки и диалоги являются полностью вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или ушедшими, случайны и непреднамеренны. Эта история – плод воображения, а не документальное свидетельство.
ПРОЛОГ
Тысячи лет назад. Последний день великой цивилизации.
Они знали, что конец близок.
Самые мудрые из них собрались в Главном Зале – там, где стены помнили свет звёзд, а пол был выложен кристаллами, принесёнными из других миров. За окнами полыхало небо. Земля дрожала. Пришло То, что нельзя остановить.
– Мы не можем победить, – сказал Старший. – Но мы можем сохранить.
Они передавали друг другу Кристаллы Памяти – маленькие, тёплые, живые. В каждом кристалле была заключена частица их знаний, их силы, их сути.
– Спрячьте глубоко. В землю. В лёд. В те места, куда никогда не ступят те, кто придёт после.
– А если придут? – спросил самый юный.
– Они придут, – улыбнулся Старший. – Они всегда приходят. И когда они коснутся кристаллов, память проснётся.
За окнами вспыхнул белый свет. Последний, кто остался в Зале, положил руку на главный кристалл и прошептал:
– Мы ждём вас. Проснитесь.
ГЛАВА 1 – ПОСЛЕДНИЙ ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ
Сентябрь 2030 года. Якутск. Аэропорт.
Вина ненавидела аэропорты.
Она сидела на жёстком пластиковом стуле в зоне ожидания, болтая ногами, и смотрела, как за окном грузовой самолёт разгружают какие-то крошечные фигурки в оранжевых жилетах. Рядом галдел весь их шестой класс.
В руках у Вины была потрёпанная книга – «Приключения Шерлока Холмса». Мама сунула её в рюкзак в последний момент: «Развивай дедукцию, дочка. В жизни пригодится».
Вина читала и одновременно, сама того не замечая, анализировала людей вокруг. Мужчина в сером костюме слишком часто смотрит на часы – опаздывает или врёт, что провожает дочь. Женщина с двумя чемоданами нервно теребит платок – боится летать, но улыбается, чтобы никто не заметил. Мальчик лет восьми орёт на маму – не хочет лететь к бабушке, хотя на самом деле боится, что самолёт упадёт.
– Вина, хватит буравить взглядом стекло, оно не растает, – Ленка, её соседка по парте, пихнула её локтем. – Лучше скажи, что ты в рюкзак набрала?
– Обычное, – Вина пожала плечами. – Тёплые вещи. Книги. Пауэрбанк.
– А я шоколадок набрала, – Ленка заговорщицки понизила голос. – Двадцать штук. В столовке же, говорят, кормят только кашей.
Вина хмыкнула. Каша её не пугала. Её пугало другое – этот дурацкий выездной лагерь посреди тайги, куда их отправляли на целый месяц. Учителя говорили: «Практика, свежий воздух, командный дух». Вина думала: «Медведи, холод, никакого интернета».
Она достала телефон и написала маме:
«Мам, я не хочу в этот дурацкий лагерь»
Ответ пришёл через минуту:
«Там красиво. Увидишь северное сияние. И не вздумай жаловаться, это полезно для здоровья»
Вина закатила глаза. Мама вечно так: «полезно», «красиво», «развивает кругозор». А сама сидит в своём кабинете, пишет коды для правительства и понятия не имеет, что её дочь сейчас умрёт от скуки ещё до посадки на самолёт.
– Слушай, – Ленка вдруг стала серьёзной. – Ты заметила, что нас как-то странно распределили?
– В смысле?
– Ну, мы все из разных классов. Я посмотрела список. Ты из 6-А, я из 6-Б, а ещё там какие-то из 6-В и даже пятиклашки есть. Странно, да?
Вина пожала плечами. Ей было всё равно.
Объявили посадку.
Самолёт
Она села у окна. Рядом плюхнулась какая-то девчонка – худенькая, бледная, с большими серо-зелёными глазами и русыми волосами, собранными в низкий хвост. Она молчала и смотрела в иллюминатор так, будто видела там что-то важное.
Вина автоматически включила дедукцию. Девчонка замёрзла, хотя в самолёте тепло – значит, ей холодно всегда, не только здесь. Пальцы сжимают подлокотник – боится, но молчит. Глаза красные – не спала ночью. Перед полётом плакала.
– Привет, – сказала Вина, чтобы хоть как-то разрядить тишину.
– Привет, – тихо ответила девчонка. – Ты не боишься летать?
– Не знаю. Никогда не летала.
– А я боюсь. – Девчонка чуть улыбнулась. – Но папа сказал, что надо перебарывать страх. Он вообще много чего говорит про страх.
– Мой тоже, – усмехнулась Вина. – Только мой ещё говорит, что я должна быть лидером. А я не хочу.
– А кем хочешь?
Вина задумалась. Странный вопрос. Ей никто раньше не задавал таких вопросов.
– Не знаю. Может, просто… быть собой?
Девчонка кивнула, будто поняла что-то важное.
– Я Селена, – сказала она.
– Вина.
Самолёт начал разбег. Селена зажмурилась и вцепилась в подлокотники. Вина смотрела в окно и чувствовала, как в груди что-то странно ёкает – то ли от взлёта, то ли от предчувствия.
Она ещё не знала, что этот самолёт увозит её от обычной жизни навсегда.
Якутия. Лагерь «Северный».
Их встретил холод.
Настоящий, пробирающий до костей, якутский холод. Вина никогда не думала, что сентябрь может быть таким. Замёрзшее стекло автобуса, пар изо рта, снег, который уже лежал и не думал таять.
– Добро пожаловать в настоящую Сибирь! – бодро крикнул учитель географии, когда они выгружались.
Лагерь оказался обычным: деревянные домики, столовая, костровая площадка. Вокруг – тайга до горизонта.
Их расселили. Вина оказалась в домике с тремя незнакомками: той самой Селеной, странной девочкой с очень светлыми волосами, которая всё время смотрела куда-то вдаль (Хэлен, кажется), и самой младшей – маленькой, с белыми волосами и красными глазами, которые смотрели слишком пристально.
– Ты чего уставилась? – не выдержала Вина.
– Ничего, – ответила беловолосая. – Просто ты громко думаешь.
– Чего?
– Да шучу я. – Девчонка улыбнулась, но улыбка вышла странной. – Я Тена.
– Я Вина.
– Знаю.
Вина нахмурилась. Что-то здесь было не так.
Вечер