Валентина Елисеева – Антисваха против василиска (страница 40)

Двойственность ощущений разрывала Ригорина на части. Он привык ненавидеть Дьявола Дайма, считать его кровавым монстром (неудивительно после многих лет изучения отчётов из его земель). С другой стороны, чисто объективно: магистр творил лишь то, что ему дозволяли законы королевства. Будь это иначе, Ригорин давно упёк бы негодяя за решётку, а лучше — отправил бы на плаху. Вынужденный сейчас вести с Дьяволом диалог, Ригорин изумлённо констатировал, что разговаривает отнюдь не с безумцем, и пустых советов магистр не даёт. Вопрос: зачем он вообще даёт ему советы, зачем взял на себя ответственность за расследование серийных убийств? Логичное предположение, что сам Дайм руководит сектой и хочет удержать Ригорина подальше от ведущих к нему следов, не казалось разумным.

«Стоит признаться самому себе: без его подсказок я бы ещё долго блуждал в потёмках, не догадываясь, что ниточки тянутся от жертв к самому королевскому трону! Я оттого и начал ему верить, что эта версия объясняет все моменты, в том числе — мои долгие безуспешные поиски во всех других местах. Неужели он прав и в причинах гибели моего отца? Его убрали те же руки, что терроризируют простолюдинов королевства?»

— Скажите, Ригорин, если бы вам лично пришлось исполнять указ о казни ребёнка-полукровки, вы бы смогли держать его под водой и наблюдать, как поднимаются к поверхности последние пузырьки воздуха из его лёгких? — негромко спросил Дайм, смотря застывшим, проникновенным взглядом, выпытывающим истину, спрятанную в глубине души.

— Нет, — сипло признал Ригорин. — Нет, не смог бы.

— Бракованный из вас глава королевской стражи вышел, — постановил Дьявол Дайм и неожиданно улыбнулся. Удивительно улыбнулся: искренне, чуть грустно, но светло. — Вы планируете и дальше искать «фанатиков» или, обдумав все факты, решили держаться подальше от этого дельца?

— Планирую искать. Вы теперь мой начальник, так каковы будут указания? — Ригорин тряхнул головой, сбрасывая наваждение от странной улыбки магистра.

— Будем внедряться. Знаю, что уже пробовали, но на этот раз у вас будет преимущество, которого не было прежде: мою личину распознать могут очень немногие сильные маги, и как раз те, что спокойно злодействуют в своих поместьях. Гигантов магии, способных разоблачить меня, среди мелких исполнителей не найдётся точно, а когда мы доберёмся до вершины пирамиды, то жаркий бой нам в любом случае обеспечат. Вы в деле, Ригорин?

Глава королевской стражи медленно поднялся, неотрывно смотря на Дьявола Дайма. Дьявола похудевшего, непривычно мужественного, загоревшего, с не налитыми кровью мутными глазами, как прежде, а ясным, ярко-зелёным проницательным взором. Ригорин отступил на шаг, в свою очередь окутываясь защитной магией, и хрипло произнёс:

— Для начала я попробую сформулировать правильный вопрос… Когда год назад суд в очередной раз признал допустимым действием сожжение вами крестьянской семьи в их собственном доме, я перехватил вас в пустынном коридоре дворца и сказал, что когда-нибудь обязательно добьюсь вашего осуждения. Что вы мне ответили?

— «Право на существование имеют даже самые нелепые идеи. Я, например, решил жить вечно, и пока получается».

— Верно, — пробормотал Ригорин, опуская магические щиты. Не то чтобы он рассчитывал выстоять против магистра, защитное действие произошло скорее автоматически, чем осознанно. Ригорину было почти жаль, что магистр ответил правильно.

— Рад, что у вас наконец-то включились мозги и вы вспомнили, что мы ловим не только фанатиков, но и василиска-метаморфа. Заметьте, я в вашей личности не сомневаюсь: такую характерную кислую физиономию подделать весьма сложно. Так и хочется напомнить поговорку: мудрого человека легко узнать по вечно хорошему настроению. Так что, вы готовы работать в тандеме со мной?

— Довериться Дьяволу? Позволить вам защищать мою спину? — приподнял брови Ригорин.

— У вас есть другие варианты? Король поставил меня главным дознавателем всех дел полукровок, сект, бунтовщиков и народных волнений, если не будете работать со мной, то вам останется лишь мелочёвка вроде краж и убийств на бытовой почве, — пожал плечами Имран Дайм. — Так что, готовы терпеть Дьявола за своей спиной?

— Готов, — буркнул Ригорин и добавил: — Узнав о моём согласии сотрудничать с вами, сотрудники управления в случае моей кончины напишут: «покончил жизнь самоубийством», и будут правы. Чью личину вы собираетесь примерить на себя?

— Ну, это же очевидно, Ригорин…

Спустя час Дайм вышел за ворота ограды своего особняка, учтиво провожая главу королевской стражи. К нему в ноги тут же кинулся грузный, бородатый, трясущийся, как осиновый лист, мужчина, несвязно лепечущий что-то вроде: «не знал, не верьте, я вовсе ни при чём!» В мужчине Имран с изумлением узнал городского палача и нахмурился: что успело произойти в городе с утра пораньше?! Его сведённые брови повергли палача в такую пучину ужаса, что он не смог ответить на вопрос, в чём дело, только часто моргал и немо открывал рот.

— Так…, — начал Имран, и палача прорвало:

— Ничего не видел! Ничего не знаю! Я ни к кому не сватался: всё клевета и поклёп!!!

— Сватался? — поразился Имран. К чему ему докладывают о сугубо личных моментах жизни?

— НЕТ!!! — заголосил палач. Запнулся, заломил руки и взвыл: — Сватался, но передумал, ей богу передумал! Пощадите! Я ж не знал!

— Чего не знал? — раздражённо уточнил Имран.

Палач побелел до синевы, как утопленник, и забормотал в страхе:

— Ничего, совсем ничего не знал и сейчас ведать не ведаю! Я вообще не в курсе дел и нем, как рыба!!! Сжальтесь, дозвольте уволиться с богом, и я уеду из Эзмера навсегда!

— Увольняйтесь и езжайте, куда угодно! — гаркнул Имран, не сдержавшись. Имеется полная управа клерков, занимающихся делопроизводством и наймом-увольнениями, его какого чёрта от дел отвлекают? Совсем страх потеряли?!

Нет, конкретно палач страх явно не потерял: он отползал на карачках, непрерывно кланяясь и благодаря, а оказавшись в трёх метрах от Имрана вскочил и понёсся прочь, так что пятки засверкали. Магистр посмотрел ему вослед и задумчиво прищурился: неспроста палач к его дому пожаловал, серьёзная была причина для его прихода. Причина, связанная с каким-то сватовством… Очень интересно…

— Это городской сумасшедший? — изумленно спросил Ригорин, ставший невольным свидетелем диковинной сцены. — Вы поняли, о чём он бормотал? Сватался, передумал, уволиться хочет — бессвязица какая-то…

— Бессвязиц не бывает, бывают нераскрытые закономерности, — покачал головой Имран. — До скорой встречи, Ригорин.

— Перестаньте так говорить, — поморщился глава королевской стражи и пояснил: — Ваше вечное «до скорой встречи» звучит, как угроза.

— Никаких угроз, мы же теперь сотрудничаем, — усмехнулся Имран, посмотрел на отлёт гостя и чуть ли не бегом вернулся в гостиную. Куда он сунул последние отчёты осведомителей? Может, там есть что-то о делах палача?

В пачке листов, исписанных корявым почерком, сведений о странном утреннем визитёре не нашлось, но одна «пьяная байка» показалась настолько занимательной, что Имран вызвал осведомителя на личный доклад.

— Ещё раз: что сказал фермеру чёрный козёл с кошачьими глазами и змеиным языком? Слово в слово повторите, а то у вас подробно лишь метаморфоза козла описана, — допытывался Имран.

Агент зашуршал записями, на основании которых составлял отчёт, и облегчённо выдохнул, отыскав ответ:

— «Решил жениться? Не советую. Мясо в лавку сдавай, а возьмёшь третью жену — сгинешь».

Имран так и ахнул:

— А фермер действительно собирался свататься?!

— Не знаю, — растерялся осведомитель, удивлённый столь огромным интересом магистра к личным делам какого-то фермера.

— Выяснить как можно быстрее и доложить немедленно: собирался ли, если собирался — то к кому и так далее. Все подробности о невесте, фермере и сватовстве собрать максимально быстро! И не только по тому случаю, ещё про палача нашего городского узнайте: к кому он сватался и желательно — отчего передумал.

Глава 20. Великосветский приём

Сияющая от счастья дочь шорника прибежала после полудня с известием, что господин Силорк от своего сватовства отказался и спешно покинул город, уволившись со службы. Городская управа в срочном порядке ищет нового палача, а шорник и всё его семейство горячо благодарят госпожу антисваху за спасение и приглашают в любой момент заходить в их лавку и брать всё, что захочется, без всякой оплаты!

— Мы понимаем, что конская упряжь и ремни вам без надобности, — расстроено говорила девушка, выложив перед Аней горсть медных монет, — но денег совсем мало удалось собрать. Отец вам кусок кожи передаёт, может, жилетки какие себе пошьёте.

Девушка развернула рулон блестящей, прекрасно выделанной кожи, выкрашенной в приятный коричнево-золотистый тёплый цвет. На Земле за такой большущий рулон качественной, натуральной кожи пришлось бы выложить огромную сумму денег.

— Какая красота! — восхитилась Аня, проводя ладонью по гладкой поверхности. — Деньги заберите немедленно, вы со мной и так сполна расплатились этой прелестью.

— Ой, какое там «расплатились»! Мы хоть и бедняки, но имеем представление, сколько магические услуги по изменению внешности стоят. До сих пор удивляюсь, кто из магов решился облик магистра подделать. — Девушка огляделась и прошептала, склонившись к Ане: — Ох, и напугалась я вчера, когда Дьявол Дайм из кустов вышел! Чуть в обморок не упала! Хоть и понимала, что это вы под личиной, но всё равно очень жутко было.