Валентина Элиме – Срочно ищу мужа (страница 26)
«Оказалось, что не всегда», ‒ печальная мысль съедала меня изнутри.
Ужин дальше протекал в спокойной обстановке. Паша делился моментами от участия в конкурсе. Потом показал фотографии из-за кулис и как они готовились втайне от меня. Также увидела короткие видеоролики, где дочь была счастливой. Глаза блестели, с лица не сходила улыбка, она всё время обнимала Пашу, целовала его в щеку и передавала привет мне. Провела пальцами по экрану, словно наяву гладила щеку Дианы. Она всё, что у меня есть!..
А выбор делать приходиться мне. Всё ради дочери.
‒ У меня для тебя тоже кое-что есть, ‒ встала из-за стола, предательски пряча свои глаза от Паши.
Проверила дочь, поправила ей одеяльце и только затем прошла в прихожую, захватив сумку. Не хотелось, чтобы она проснулась и пришла к нам в самый неподходящий момент. Достала из сумки конверт, который засунула туда в то время, когда мы доехали и Паша вышел из машины. На пару секунд замерла, приходя в себя. Вернулась на кухню, а муж уже убрал тарелки, но на столе появились десерт, фрукты и сырная тарелка. Но пробовать их никто не будет…
‒ Мне нужна правда, ‒ положила конверт перед ним и встала около окна.
Послышалось шуршание.
‒ Варь, я объясню…
‒ Будь так добр. Но не забывай, что от твоего ответа зависит сейчас всё, Паша. Всё!..
Глава 47. Пора раскрыть все карты
‒ Варь, я всё объясню…
‒ Будь так добр. Но не забывай, что от твоего ответа зависит сейчас всё, Паша. Всё!..
На кухне наступила тишина, от которой разрывало барабанные перепонки. Хотелось их закрыть руками, осесть на землю и спрятаться. Но вместо этого скрестила руки на груди и развернулась к Паше. Он кинул фотографии на стол и затем поднял свой взгляд на меня. Мы так и смотрели друг другу в глаза, он не спешил начать свой разговор.
‒ Я понимаю, о чём ты сейчас можешь думать, но всё не так, как тебе могло бы показаться, ‒ от его слов, жалкой попытки оправдать себя становилось тошно. Лучше бы просто сказал, что виноват, что поступил подло, что он полный придурок… Что всё это из-за светлых чувств любви… Что из-за меня… ‒ Присядь, расскажу с самого начала.
Без лишних вопросов и телодвижений присела обратно на стул, на котором ужинала. Паша не спешил заговорить. Он теребил в руках одну из фотографий: не то рассматривал его, не то успокаивал себе нервы, раскручивая его в руках. Но не поднимал взгляда на меня.
‒ В очередной мой приезд сюда, я с друзьями зависал в одном клубе. Мы всегда встречаемся в разных местах, ищем что по душе. И случилось так, что за одним из столиков я заметил твоего. Не с тобой, ‒ его пристальный взгляд замер на мне, но я спрятала все эмоции. ‒ И я никак не мог понять, почему тебя нет рядом с ним? Почему он не с женой?
Всё веселье схлынуло за секунду, меня разъедало любопытство. Вместо того чтобы кадрить девушек-студенток, что расцвели к наступлению весны, напиваться до одури, я начал следить за ними. Они не просто сидели рядом и вели светские беседы, ‒ и снова взгляд. Задумчивый, пронзительный, глубокий, пронизывающий, но в тоже время нежный, заботливый. ‒ Самую первую мысль сфотографировать их и слить снимки тебе отмел сразу. Не мое это дело. Решил не вмешиваться. Думал, разберетесь сами. Это ваше личное дело. Я не должен вмешиваться во всё это. Может, ещё и сыграла некоторая мужская солидарность, что один раз с кем не бывает. И отвернулся от них.
Только судьба снова подкинула нашу встречу. Через день увидел его в баре. Снова. С той же девицей, что была с ним в клубе. Понял, что не один раз, понял, что не ошибка. И я посчитал это знаком. Знаком действовать и открыть тебе глаза. Перед отъездом заглянул к человеку, что занимается всем этим, ‒ указал на фотографии. ‒ Сам же уехал обратно в столицу, но не мог найти себе места. Еле продержался месяц. Да и слежка за Лешей дал свои плоды. И я рванул сюда обратно, где мне вручили пухлый конверт. Многие снимки я сжег, оставил только менее откровенные и отвратительные. Сам лично закинул в почтовый ящик. По общению с тобой я знал, в какое время вы выходите гулять, в какое время он возвращается домой с работы. Хотел, чтобы его обман раскрылся. Я хотел, чтобы он перестал тебя обманывать! ‒ удар Паши кулаком по столу вернул мои эмоции обратно.
‒ Ты посчитал себя вершителем судеб? ‒ зло проговорила я. ‒ Если бы ты только не вмешался…
‒ То что? Что бы сделала ты? Продолжила бы жить в обмане и в грязи? И ты бы хотела жить с ним и дальше, не догадываясь о его постоянных изменах? Ворковать с ним по вечерам, когда он возвращался к вам от любовницы? Встречать его с объятиями после командировок, которые он проводил у другой? И целовать в губы после той девицы? ‒ голос мужа звенел от ярости.
‒ Ты всё равно не имел права решать за меня, за нас. Мы бы сами во всём разобрались! ‒ не выдержала я.
‒ И ты бы хотела до сегодняшнего быть с ним, веря в его командировки, пока он вовсю развлекался с любовницей?! Ну не я, так кто-то другой всё равно бы донес тебе про его похождения. Если бы это была Оля. то ты бы и с ней прекратила бы всякое общение? Нет?! А что тогда? Или ждала бы её? Девица твоего мужа, устав быть на вторых ролях, сама могла заявиться к вам домой, требуя отпустить его к ней. Ты этого хотела?! Встретиться с ней к лицом лицу? Может, еще и по душам поговорили бы?!
Паша говорил и говорил, вываливая на меня всё, а перед моими глазами вырисовывалась неприятная картина.
Вот звонок в дверь и я бегу её открывать. Распахиваю и встречаюсь с глазами девушки, что моложе меня. Она нагло проходит внутрь, обдавая меня запахом своих духов, приторно сладких, рассматривает обстановку в квартире, морщит аккуратный маленький носик и только после оборачивается ко мне. Говорит про отношения с моим Лешей, что они вместе уже год, что я насильно удерживаю его рядом с собой, грозя ему ребенком, просит отпустить к ней. Я же не могу промолвить ни слова, рассматривать её, холеную, одетую с иголочки, на каблучках, в платье, с прической и макияжем. Сравниваю с собой, понимая, что она выигрывает по всем фронтам. Она же снова начинает требовать от меня отпустить Лешеньку, уже повышая голос, с намеком на угрозы в мой адрес. Указываю ей на дверь, но она не уходит. В ушах стоит чуть ли не её визг, крик, ругань…
‒ Нет! ‒ мотаю головой. ‒ Но почему ты не рассказал мне всё с глазу на глаз? К чему были все эти слежки?
‒ А ты бы поверила мне на слово? Поверила бы, зная, что я неравнодушен к тебе? Зная, что я испытываю к тебе чувства? Зная, что хочу быть с тобой? Зная, что хочу отвоевать тебя у него?
Его признание как обухом по голове. Будто пыльным мешком. Смотрю на него ошарашено. Непонимающе. Он всё это время что-то чувствовал ко мне.
‒ Только не говори, что не знала, что не догадывалась…
Глава 48. Между огнем и льдом…
‒ Только не говори мне здесь и сейчас, что не знала, что не догадывалась…
Даже если хотела бы соврать, то не получилось бы. Я знала, что я ему понравилась ещё при первой встрече. Он и сам не скрывал этого, заявив об этом открыто, без утайки. Но тогда я думала, что всё это было мимолетным наваждением. Имея мужа или парня, разве мы сами не смотрим по сторонам? Не влюбляемся в красивых парней? На пару минут, час или день? Не любуемся их красивыми торсами и мускулами?
Да хоть взять артистов кино и театра. Обаятельный красавчик в знаменитой саге «Сумерки» Тейлор Лотнер завоевал миллионы женских сердец. Я и сама до сих пор в восторге от него. Думала, что и у Паши такое же наваждение. Увидел, понравилась, подкатил. Поэтому и пресекла все попытки. Тем более, тогда у меня был Леша. Был, а сейчас передо мной совершенно другой мужчина, муж, который не так далеко и отличился от него. Они оба предали…
‒ Нет, ты же был моим другом, ‒ выдыхаю я. ‒ И ни к чему уже все эти разговоры про чувства. Поздно.
А что бы поменялось, если бы я знала?
Общаться мы с ним общались очень близко. Обсуждали многие темы, даже те, на которые я избегала поговорить и с Олей. Только раньше я испытывала к нему сестринские чувства. Паша для меня был в роли младшего брата, которого у меня на самом деле не было. Но совсем недавно мой мир перевернулся с ног на голову. Всё верх дном. Только вот порядка не было. Везде лишь одни обломки и куски…
‒ Вот именно, был другом. Был! Теперь же я твой муж. Это же мелочь. ‒ он взглядом указал на ненавистные фотографии. Думала, сметет их на пол. Паша так и прожигал снимки взглядом, словно хотел испепелить. Глянцевые картонки длиной чуть больше пяди[6]… А разрушили столько жизней и судеб. ‒ Ты и с Олей перестала бы общаться, если бы она принесла тебе новость об изменах Леши? И только не говори мне сейчас, что ты решила расстаться из-за этих снимков?
‒ Не скажу, ты уже сам это озвучил, ‒ старалась проговорить как можно спокойнее и беззаботнее. Зачем показывать ему свою боль?
А мне было больно. Так больно, словно меня живьем бросили под жернова и крутили, крутили, крутили… Нисколько не жалея и не слыша мои мольбы и стоны…