Валентина Элиме – ( Не) моя малышка (страница 19)
По моим щекам покатились горькие слёзы. Я уже жалела о своём поступке, что отдала свою любимую девочку в чужие руки под действием эмоций. Да, я немного устала от всего, да я выгорела, да мне нужна была помощь. Сейчас я действовала под горячую руку, не обдумав ничего, уже жалела о своём поступке, как и о своих словах. Откуда я могла знать, что он действительно приходится братом Олега? И где сам папаша? Если он сейчас заберет девочку, то смогу ли я видеться с ней потом? Но непрекращающийся плачь Лерочки за моей спиной говорил о том, что дядя всё также продолжал стоять истуканом посередине моей комнаты с орущим ребенком на его вытянутых руках.
− Вы хоть знаете, как успокоить грудного ребенка, прежде чем заявиться сюда и требовать отдать вам малышку? — развернулась к ним и забрала Леру из его рук, смерив его уничижительным взглядом.
Присела на диван и принялась успокаивать ребенка. Незнакомый мне пока мужчина даже не шелохнулся, до тех пор, пока Лерочка не успокоилась и не притихла.
− Лучше бы сюда её папочку за шкирку притащили, чем самим тут всё громить, − взглянула на щепки, не замечая того, как изменилось лицо мужчины при упоминании его брата. Теперь ещё и на дверь надо будет раскошеливаться. — Вот как я найду мастера под Новый год, чтобы он всё починил? Если у вас деньги куры не клюют, это не повод портить имущество других людей, под каким бы предлогом вы сюда не заявились.
− Я стучал, − пробасил он неожиданно для меня. Стоял же до этого молча, что сейчас то заговорил? — Вы не открывали.
− Конечно не открывала. Между сном ребенка, что не спит нормально уже который день, и открыть дверь неизвестно кому, который к тому же грозится забрать у меня малышку, что я выберу по-вашему? — наши глаза встретились.
Внешне огромный и бесстрашный мужчина выглядел на данный момент испуганным ребенком и настороженно поглядывал в сторону Валерии в моих руках, будто перед ним поставили невыполнимую задачу. И выглядел он сейчас не таким уж грозным и бесстрашным, как было в первые секунды его появления в моей комнате. Словно слон и мышь, где последняя выглядела не иначе как монстром для первого. Ну да, зачем ему самому лично заботиться о племяннице, когда он может нанять целый штат нянечек для неё. Он же без страха даже в руки взять Валерию не сможет.
− И зачем так нужно было врываться? Не могли менее шумно дать о себе знать? — я всё продолжала причитать, за словами пряча свой страх, липкий и ничем непобедимый. — Всех наших соседей перепугали.
Страх перед тем, что он её заберет. И заберет прямо сейчас. Мужчина мог. Запросто. Зря то ли он заявился ко мне с двумя охранниками. Такие скрутят и пикнуть не успеешь, а он мою Леруську в охапку и ищи его потом. Ведь я не мать этого ребенка и имею на неё такие же права, как и он. Птичьи. Да только вот у него есть деньги, а я чуть ли не еле-еле свожу концы с концами. Даже если прямо сейчас открыть холодильник, кроме кусочка засохшего хлеба, там больше ничего не найти, даже под лупой.
− Говорите, что хотели, и выход вон там, − кивнула я в сторону проёма, где соседи всё еще продолжали на нас таращиться.
− Нам много нужно обсудить. Это касается ребёнка, − будто я этого не знала. — Я имею на него такие же права, как и вы.
− Имеете, не стану скрывать, но пусть её отец сперва покажется, чтобы я могла как следует огреть его сковородой. Бросить беременную девушку, а потом ещё и ребенка, какой подвиг, − возмутилась я. — А с виду то казался нормальным парнем.
− Он не придёт, − его голос прозвучал слишком громко, слишком хлёстко, слишком холодно словно…
Я вопросительно взглянула на мужчину, подозревая самое худшее…
Глава 18
Моя прелесть или мои?
Снова окно, снова офис, снова я один в кабинете. Но вот дверь открылась и внутрь вошёл совсем не тот человек, которого я ожидал.
− Клим Несторович, там к вам начальник отдела за… − Секретарь не договорила.
− На сегодня для меня никого нет! — рявкнул я. Вроде бы предупреждал её с утра о неприёмном дне. Да и Дмитрию Николаевичу лично говорил повременить со своими нововведениями. Пока не до него сейчас. Вот разберусь с одним важным делом, потом уже можно будет и его выслушать. Так нет же, не сдается он, обивает порог моего кабинета чуть ли не каждый божий день. Не пора ли поменять его на более понятливого сотрудника? Надо будет попросить отдел кадров подобрать подходящую кандидатуру, а начальника отдела безопасности проверить его.
Секретарь тут же поменялась в лице, извинилась и попятилась назад.
− Ефима Петровича впустить сразу же, к нему это не имеет отношения. И принесите мне кофе, − успел проговорить устало, прежде чем дверь закрылась, и я снова остался один на один самим собой и своими мыслями.
Работа не шла, цифры плясали перед глазами, и я отложил бумаги, несмотря на утро. Промучив себя пару часов, заставляя по несколько раз вчитываться в слова, бросил все дела и просто принялся ждать.
Отчет о малышке и её окружении я получал чуть ли не каждый день. Там ничего особенного не случалось, пока мать ребенка не бросила малышку и не свинтила в неизвестном направлении. Да и материал для анализа никак не получалось получить. Не врываться же к ним домой и потребовать силой? Ефим Петрович сказал, что придумает что-нибудь. Своё слово крестный сдержал. Три дня назад ему удалось заполучить образец девочки и сегодня он должен был принести результаты. И я ждал, отложив все дела. Не скажу, что меня устраивало то, что ребенок рос в таких условиях, но и забрать его прямо сейчас у меня оснований не было.
Дверь снова открылась. К этому времени кофе давно уже остыл.
− Ваша, − тут же услышал я голос крестного, который размашистыми шагами за секунду дошёл до меня и чуть не ткнул конвертом в лицо с логотипом известной медицинской организации. На его лице сияла улыбка.
Я достал листы бумаги и прошёлся по ним глазами. Руки немного подрагивали, но я старался не показывать это. «Олега!» − возликовала мысль в голове.
− Едем! — смял конверт, схватил со спинки кресла костюм и направился к выходу.
− Прямо сейчас? — удивился крестный. — Может, стоит предупредить?
− Нет, так у них не будет времени придумать что-то или даже сбежать, как сделала настоящая мать ребенка. Малышку потерять я не хочу, только не сейчас, − ведь она была спасением, настоящим чудом для всей нашей семьи.
Водитель два раза переспросил адрес, прежде чем тронуться. Неудивительно, такой район. Обычно он возил меня на встречи в рестораны или в офисы. Сегодня же я следовал по необычному маршрут: в старый, когда-то застроенный коммунальными домами, теперь же можно сказать забытый властями. Когда понадобиться территория под новые дома, тогда про него вспомнят, пока же он как старая забытая вещь. Лежит себе в шкафу на полке, никому не мешает. Вроде и не одеваешь, но и выбросить жалко.
Чем ближе мы подъезжали, тем грустнее становилось. И в такие минуты невольно накатывала грусть. Я сам когда-то жил также, даже намного хуже, и не хотел бы своим детям такого же будущего. И я изменился, изменил себя и достиг немалых высот. Многие же забивали и просто плыли по течению жизни, ломаясь под её условия.
В старый кирпичный дом я заходил без опаски. Здесь жили в основном пожилые люди, старой закалки, у которых не было детей или близких родственников, и они старались держаться правил. Поэтому в таких домах редко встретишь неприятный запах, как и животных без хозяев. Подъезды чистые, на подоконниках в коридорах цветы в горшках.
Поднявшись на нужный этаж, нажал на звонок, но трели не услышал. Пришлось постучаться. Дверь открыли не сразу, пришлось напомнить о себе ещё раз. После минутного ожидания на пороге появился мужчина, явно любитель прикладываться.
− Нам нужна Савицкая Рая, − на что тот лишь ухмыльнулся, смерив нас взглядом, где читалось вопрос, что мы такие тут потеряли.
− Она нам всем нужна, знаете ли. Встретите, напомните ей про ребёнка, − и он просто захлопнул дверь.
− Может, выломать? — предложил один из охранников, но я остановил его взмахом руки.
Мы не гордые, постучимся ещё раз.
− Ну что ещё? — недовольно уставился он на нас.
− Савицкая Анна дома? — нет бы сразу спросить про неё, ведь молодая мама сбежала, бросив своего ребенка на сестру. — Нам бы поговорить с ней.
− А вы кто такие будете? — мужчина вышел из квартиры, закрыв за собой дверь, и подозрительно обвел нашу компанию взглядом. — Зачем она вам? Сперва вам Раю подавай, теперь Анечку. Что вы тут вынюхать хотите?
Мне не дали ответить. Охранники, которые всегда ходили за мной тенью, скрутили мужика и отодвинули в сторону. Могли и без этого, но сделанного уже назад не вернуть. И я спокойно прошёл вперед.
− Где комната Савицких? — задал я вопрос остальным жильцам данной квартиры, которые стали собираться на шум в коридоре.
Женщины молча указали рукой правильное направление.
Стук в дверь ничего не дал. Повторный тоже не увенчался успехом.
− Может их дома нет? Гуляют, — предложил Ефим Петрович, но его слова тут же опровергли соседи девушки.
− Нет, никуда она не ходила. Малышка болела, они сиднем сидели дома уже который день, − слова пожилой женщины за спиной заставили действовать.
Один из охранников выбил дверь, когда другой задержал других жильцов, чтобы всей толпой не ринуться в маленькую комнату и не толпиться там. Но наши опасения оказались напрасными. Девушка с ребенком просто спали, но проснулись с нашим приходом. Малышка тут же заплакала, а от взгляда Савицкой старшей хотелось спрятаться.