Валентина Элиме – Хозяйка образцового приюта. Постояльцев не берем! (страница 31)

Я опешила от слов герцога. У меня тут не постоялый двор, а приют для пожилых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации!

— Я не могу поселить вас в приюте, — спокойно произнесла я, глядя как меняется в лице герцог. — Вы не являетесь постояльцем приюта, но, — замолкал я, не договорив и следя за реакцией лорда Брайтвуд. — Но могу разрешить вам остаться здесь. На моих условиях.

— И что же вы предлагаете, Аннабель? — обратился он ко мне по имени. — Своими личными руками отремонтировать вам этот приют? А замок вам не возвести?

— Замок на мне нужен, а вот лишние руки не помешают, — спокойно ответила я.

Мне даже не пришлось ничего придумывать. Эдгар сделал это сам. Ведь иногда на мне хватало элементарной мужской силы и приходилось бегать с просьбой к рабочим.

— Вы сейчас серьезно? — удивился герцог.

— На полном, — прошла я за стол. — Вы хотите, чтобы герцогиня вернулась домой. Не скрою, я бы была этому только рада, если бы не одно “но”. Синяки на ее руках. Потому предлагаю вам единственный выход из сложившейся ситуации. Докажите, что вы не такой человек, каким вас описывала леди Брайтвуд, — я выпрямилась, глядя герцогу в глаза.

Интересно, он согласится?

— Если вы действительно не поднимали на бабушку руку, то вы с легкостью выдержите все те испытания, через которые вам придется пройти. Ведь зачастую те, кто старается скрыть свое истинное лицо, бывают самодовольны, надменны, упрямы и нетерпеливы. Также они вспыльчивы, импульсивны и несдержанны, легко выходят из себя. Вот мы и посмотрит на вас, какой вы человек: себе на уме или же тот, кому можно доверить пожилого человека, — с вызовом произнесла я.

— Вы предлагаете мне унизиться? — с опасной мягкостью в голосе задал свой вопрос герцог. При этом его глаза сузились.

— Нет, — уверенно и твердо произнесла я. — Я предлагаю вам доказать всем живущим в приюте, что вы не такой человек, каким вас нам представила герцогиня. Уверена, все постояльцы сейчас на ее стороне. Понадобится, они поднимут такой шум, что вам не отмыться до конца своих дней. Вы потеряете все, что до этого имели.

Герцог замер. По его глазам видела, что он усиленно думал, выбирая, что ему делать и как поступить. В какой-то степени мне было даже жаль его. И я ждала, когда он согласится. Мне отчаянно хотелось верить, что он не делал того, о чем нам рассказала леди Мари. Точнее, леди Марибэль.

— Хорошо, — наконец выдал герцог уставшим голосом. — Я согласен на ваши условия. Но знайте, — его взгляд буквально вонзился в меня. — Я делаю не потому, что признаю какую-то свою вину, а из лучших целей. Я просто хочу вернуть бабушку домой. В ее дом. Я вам тут не доверяю, — обвел он рукой кабинет, намекая на приют и его жильцов.

— Как пожелаете, Ваша светлость, — кивнула я, чувствуя, как внутри меня зарождается странная смесь из чувств. Надежда, вера и возбуждение от предстоящих дней?

Но я тут же взяла себя в руки. Герцог здесь из-за бабушки, а не по мою душу.

— Пройдемте, я покажу вам место, где вы будете жить, — обошла я стол. — Вы же понимаете, что я не могу вам выделить комнату на одном этаже с постояльцами и вашей бабушкой? — герцог согласно кивнул. — Но и оставить вас на улице я не могу себе позволить. Но есть один отличный вариант. Пройдемте со мной.

Я повела герцога к выходу из приюта, и оказавшись на крыльце, была приятно удивлена. Дождь уже закончился и из-за облаков выглядывало солнце. Не это ли хороший знак?

Аккуратно обойдя лужи мы дошли до самого сарая, в котором несколько лет жили постояльцы приюта. Только он один оставался нетронутым рабочими. Ни у меня, ни у жильцов не поднималась рука, чтобы снести его или же переоборудовать во что-нибудь еще. Так он и стоял, дожидаясь своего часа.

— Вот ваше временное жилище, — озвучила я, оказавшись внутри.

В сарае ничего не поменялось, кроме того, как постояльцы забрали те вещи, которые были дороги им.

— Вы серьезно? — обратился ко мне герцог, одарив меня таким взглядом, что он меня уже трижды придушил и столько же раз закопал. — Вы мне предлагаете жить здесь?

— А по мне видно, что я шучу? — не стушевалась я перед ним. С этого самого дня он просто работник в приюте, а не герцог. — Гостевого домика у меня нет. Это все, что я могу вам предложить. Не нравится — можете возвращаться в свой дворец. В этом случае герцогиня Брайтвуд останется в приюте.

Мои слова возымели эффект. Герцог снял с себя свой грозный вид и натянул терпение.

— Меня все устраивает, — процедил он сквозь зубы.

— Вот и хорошо, — хлопнула я в ладоши. — Вы пока обустраивайтесь, привыкайте, а меня ждут дела. На ужин вас позовут, — и я шагнула к хлипкой двери, не скрывая улыбку.

— Постойте, — остановил меня герцог, схватив за руку. — Мне надо съездить домой за вещами и предупредить слуг. Не могу же я ходить в одном и том же.

— Хорошо, — согласилась я. — Не вернетесь к вечеру, то наша договоренность отменяется, и я вынуждена буду обратиться за помощью куда следует. И еще одно условие: никаких слуг и помощников! Вы должны все делать сами, своими руками.

— А Готфрид? — опешил герцог. — Он может приходить и сообщать мне о делах? Я не могу пустить все на самотек и бросить герцогство на неопределенный срок.

— Как пожелаете, Ваша Светлость, — согласилась я. — С сегодняшнего дня вы не герцог, а работник приюта. Привыкайте к своему новому положению и роли.

Я повернулась и вышла во двор, оставляя герцога одного и чувствуя на спине его взгляд. И где-то в глубине души все же теплилась надежда, что он не виноват. Тогда зачем герцогине наговаривать на внука? Это мне и предстояло выяснить.

Глава 27. Ниже положением

Глава 27. Ниже положением

Аннабель Хэдли

Меня разбудил шум возле окна. Погода стояла теплая, и на ночь я не стала запирать его. Лето только вступало в свои права, но уже радовало нас погожими деньками. Приподнявшись, посмотрела в сторону задернутых штор, но ничего не заметила. Упала обратно на подушки.

— Хозяюшка, Его Светлость ожидает вас в столовой, — сообщил мне Рублик, появившись в моем кабинете как обычно, словно он просачивался сквозь стены.

Это еще зачем?

Видимо, все было написано на моем лице, раз Рублик начал объясняться.

— Все постояльцы приюта приняли решение, что они достаточно “наказали” Его Светлость, — сообщил мне домовой. — Они готовы подтвердить, что герцог сумел доказать свою невиновность. Все в один голос просили передать, что лорд Брайтвуд теперь ваша забота.

Поставив на стол чашку кофе и булочку, Рублик оставил меня одну. Я так и продолжила сидеть, глядя в одну точку. Это что же теперь получается? Мне придется развлекать герцога?

И тут ветер всколыхнул шторы. На подоконнике лежал маленький букетик цветов. Вот отчего я проснулась. Стоило ли гадать, от кого цветы и кто ходил под окнами? Но сейчас меня больше волновало другое. Правда, со стороны старушек я испытывала не самые приятные чувства. Так меня подставить!

— Рублик! — позвала я домового.

Такое положение дел я не намерена была терпеть.

— Чего желаете, хозяюшка?

Желала я многого, но в этот раз узнать, где сейчас находилась леди Марибэль. Нужно было срочно переговорить с ней. Я начинала подозревать, что синяки на ее руках это просто способ добиться своего. Вот что именно она хотела, я так и не выяснила.

— В приюте никого нет, — сообщил мне дух приюта, заставив меня опешить.

Я замерла, ожидая дальнейших объяснений.

— Они отправились на прогулку в лес, — спокойным тоном сообщил мне домовой, словно докладывал мне о том, что ужин подан не в большой столовой, а в малой. — Сказали, что устали от вечного шума и хотят немного отдохнуть. Просили передать, что будут только к вечеру.

Такого я совершенно не ожидала. Подкрадывались сомнения, что они это сделали из лучших побуждений, но я не потерплю никакого сводничества в свою сторону. И сейчас у меня остался только один вариант: поговорить с герцогом и склонить его к тому, чтобы он принял решение вернуться в свой особняк. Раз другие поверили в его невиновность, то ему здесь больше делать нечего.

Две недели назад, вечером, когда герцог вернулся в приют и как ни в чем не бывало появился в столовой на ужин. Словно он делал так каждый день. Тут то я сообщила всем, что теперь им решать, чем именно лорд Брайтвуд будет заслуживать свое прощение. Боялась, что старушки окажутся мстительными, но надеялась на их благоразумность.

Первое задания выдала леди Веро́ника. Она всего-то попросила нарубить дрова. Я тут же посмотрела на руки герцога. В наше время про такие сказали бы, что лорд Брайтвуд ухаживает за ними и раз в две недели ходит на маникюр. Если не чаще. На слова графини Фаттен Эдгар лишь немногословно кивнул. А утром другого дня я проснулась от звука топора. Герцог принялся к выполнению задания чуть ли не спозаранку. Но к обеду все затихло, как и мужчина сам не появился в столовой.

К тому времени я успела показать прибывшему в приют лекарю комнаты, провести по территории и проводить в помещение, где он может организовать себе рабочий кабинет. Заодно познакомила его с постояльцами приюта. Те были рады лекарю. И пока он осматривался и составлял список, что нужно закупить для него и для работы, я решила отнести обед герцогу в его временное жилище.

Я несла в руках поднос с тарелками, а сердце мое выпрыгивало из груди. Зачем я это делаю? Герцог не маленький мальчик, сам со всем справится. И раз не явился в столовую на обед, значит не голоден. Но совесть не позволила мне поступить по другому.