Валентин Сарафанов – Талисман для героя (страница 51)
– Ракета нейтрализована, – докладывает координатор, и в тот же миг прямо перед самолетом проносится истребитель, резко уходя вверх.
– Свиделись, – ухмыляюсь я, вспоминая картинку, которую рисовал на учебном поле.
– Уничтожить его!
– Есть, уничтожить!
Самолет немного встряхивает. Вижу ракету. Она уходит в небо. Далекая вспышка.
– Цель ликвидирована, – докладывает координатор.
– Поворачивайте немедленно! – прорывается в кабину вопль. – Иначе мы уничтожим вас!
– Заткни его, – приказываю координатору.
– Есть заткнуть.
В кабине на короткое время становится тихо.
– Командир, вы должны это слышать, – нарушает тишину координатор. – Включаю точный перевод двусторонних переговоров.
– Послушайте! Остановитесь! Это не наш самолет! Это советский самолет! Он не подчиняется нам! – врывается голос в кабину.
– Мне все равно, чей это самолет! Если он не будет уничтожен вами в течение минуты, мы активируем запуск ядерных зарядов на Вашингтон и Нью Йорк.
– Все будет сделано! Самолет будет сбит нашей новейшей ракетой Патриот Стар!
– Вот же сволочи! – возмущенно восклицает Роман. – Они ведут переговоры с террористами и идут у них на поводу!
– Заткни их! – приказываю я координатору. – Собака лает – ветер носит.
– Есть заткнуть! Докладываю обстановку. На базе противник. Средства ПВО в полной готовности. Семь истребителей в полной готовности. При упреждении их атаки вероятность победного исхода семь к одному. Прикажите уничтожить немедленно?
– Стой! Мне нужны их ядерные точки. Сможешь обнаружить?
– Я уже запеленговал их. Пять шахт с ракетами. Две ракеты приведены в полную боевую готовность. Командир! Атака с нового азимута!
Экран передо мною заливает багровый свет.
Самолет заваливается на левый борт.
– Американцы по нам бьют! – вопит Роман.
– Хрясь! – прямо перед кабиной вспышка.
Удар.
Самолет встряхивает.
– Попытка проникновения через активную защиту. Нейтрализована. Повреждений – ноль, – сообщает координатор.
– Отлично! – похвалил я. – Теперь приказываю атаковать шахты. Надо заблокировать вылет ракет.
– При атаке на шахты в комплексе с атакой на средства ПВО и самолеты вероятность победного исхода один к одному. Прикажете атаковать?
– Да!
Самолет встряхивается. Вижу веер ракет, уходящих вперед потом еще один и еще.
– Встречная множественная атака! – сообщает координатор. – Маневр невозможен. Включаю гиперактивную защиту.
Впереди самолета словно молнии засверкали.
– Атака нейтрализована. Цели противника уничтожены. Иду на посадку.
Самолет пробивает облака.
Впереди взлетная полоса среди дыма и моря огня.
Шасси касаются земли. Слегка трясет. Слышен рев двигателей на реверсе. Самолет сворачивает на рулевую дорожку и останавливается.
– Прибытие, – докладывает координатор. – Какие будут дальнейшие приказания?
Я не отвечаю. Предо мною разрушения, пожары и дым. Горят какие-то здания, покореженный металл, разбитые самолеты. Здесь нет места живым.
Это все сделано по моему приказу. И куда теперь? Кто спасет американку? Мы летели зря?
– Товарищ командир. Полковник Блэкмор просит связи с вами, – сообщает координатор.
– Соединяй.
– Рядовой Назаров! Рядовой Назаров! – вновь прорывается в кабину голос. – Это полковник Блэкмор. Вы приземлились? Прошу доложить обстановку.
– Да пошел ты на хер полковник! Ты пытался сбить нас! Ты хочешь третьей мировой войны? Ты её получишь, тварь!
– Прошу принять искренние извинения! Искренне прошу! Нервы ни к черту! Сами понимаете! Стоял вопрос жизни и смерти нации. Террористы нас держали за яйца. Выражаю искреннее восхищение вашей техникой, отразившей атаку нашего лучшего ракетного комплекса. Слава богу! Выражаю бесконечное восхищение! Ваш удар был молниеносен! Наши технические средства показывают, что террористы нейтрализованы. Это так? Это действительно так? Умоляю вас принять наши извинения и доложить обстановку.
– Извинения принимаются, – снизошел я. – Здесь война в Крыму, все в дыму, ничего не видно. По нашим данным противник полностью уничтожен. Пусковые шахты ядерных ракет нейтрализованы. Нам срочно нужен врач для вашего бойца.
– К вам направляюсь я лично с вертолетной группой спецназа и бригадой медиков. Уже через пять минут мы будет там.
– Ну, вот и славно! – говорю я.
Связь с полковником завершается.
– Координатор!
– Слушаю вас и готов выполнить любой приказ, товарищ командир!
– Слушаю и повинуюсь. Так говорил джинн из сказки, – усмехаюсь я. – Ты круче джинна. Благодарю за службу!
– Служу Советскому Союзу!
– Мы выходим. Держи периметр. При малейшей опасности – огонь на поражение.
– Есть держать периметр!
Встаю с кресла и выхожу в салон. За мной следует Роман.
– Жива еще! – радостно сообщает Кожура. – Она крепкий орешек!
Шейла без сознания. Пульс слабый, но ровный.
– На выход! – командую я.
Подбираю автомат, открываю бортовую дверь, выхожу на трап, ступаю на землю. Настороженно вглядываюсь в дымы по сторонам.
Следом за мной выходит Роман. Он тоже при оружии.
Слышен рокот. В дымном мареве проступают темные точки. Они увеличиваются.
Семь вертолетов закладывают вираж над аэродромом и приземляются. Это американские десантные вертолеты «Анаконда». В тот же миг из них выскакивают бойцы, рассыпаются в разные стороны и пропадают в дымах, а в воздухе на подлете видны еще вертолеты.
Один из них приземляется рядом с самолетом. Борт открывается. Оттуда выскакивает группа людей с носилками.
Показываю рукой на трап.
Двое из них забегают в самолет и вскоре выносят оттуда Шейлу. Кладут на носилки и загружают в вертолет. Тот взмывает и пропадает в небе.