Валентин Сарафанов – След Анубиса (страница 8)

Он отхлебнул воды из фляги, поправил автомат на плече и решительно зашагал вдоль обрыва мимо каменных выступов, напоминающих остатки древних стен, но уже вскоре остановился и по-звериному втянул ноздрями прохладный воздух. Пахло рекой с ее рыбой и водорослями.

Не раздумывая, Василий нырнул в чащу леса. Путь шел под уклон. Вскоре меж деревьев блеснула широкая вода. Он прибавил шаг, спрыгнул с невысокого обрыва, и под его ногами захрустел речной галечник.

Река была примерно с полкилометра шириною. Вода в ней хрустально чистая. Течет себе спокойно справа налево среди лесов. Но куда течет? В океан, наверное. На реках обычно люди живут.

Хорошо бы встретить их. Разъяснили бы, что за место. Василий решил идти вдоль берега, надеясь рано или поздно встретить какое-нибудь поселение, но свое намерение не успел осуществить. Из глубины леса до него донесся человеческий крик. Вскоре крик повторился, а затем к нему примешалось злобное рычание.

Василий ринулся в сторону от реки. За треском сучьев под ногами и шумом веток по ушам он не слышал более человека, но яростный рык какого-то зверя доносился отчетливо. После недолгого бега он выскочил на поляну. Посреди нее высилась сосна с раскидистой кроной. На ее ветке в десятке метров от земли сидел человек. Чуть ниже него шевелилось что-то большое и темное. Это был здоровущий медведь. Рычит злобно. Пасть оскалил. Тремя лапами в дерево вцепился, а передней с длинными когтями пытается зацепить человека. А тот в ответ лягается, да материться отчаянно.

Да это же Степан!

— Степка! — заорал Василий. — Я сейчас!

Сорвал с плеча автомат, затвор передернул, хотел было снять медведя очередью с дерева, но побоялся зацепить Степана. Выстрелил в воздух. Мишка кубарем свалился с дерева и всей тушей кинулся в лесную чащу. Только ветви затрещали.

— Давно сидишь? — спросил Василий, подойдя к дереву

— Не помню, — пропыхтел Степан. Сполз вниз и похлопал ладонями гладкий ствол сосны. — Сам не понимаю, как залез. Ни одного сучка ведь. Кажись, просто запрыгнул.

— Да уж, — многозначительно промолвил Василий. — Мировой рекорд по прыжкам в высоту побит.

— Это точно. Рекордсмены отдыхают, — закивал Степан. — Понимаешь. Иду, блин, никого не трогаю, а тут из кустов такая туша вываливает и без предупреждения на меня кидается. Зубы во! Морда во!

Степан развел руки в стороны.

— В штаны не наложил?

— Обижаешь. Да если б у меня такой шмайсер, как у тебя был, я бы от этого зверя мокрое место оставил. Спасибо, Васек. Век буду помнить. Спас ты мою шкуру, а с этого живодера, — Степан грозно потряс кулаком в сторону лесной чащи, — надо было семь шкур с него содрать, а мясо зажарить и съесть! А это у тебя откуда?

— Это? — Василий подбросил в руке автомат и закинул его за плечо. — Нашел пока ходил тут. Странно здесь все. Как думаешь, куда нас закинуло? Места не узнаешь?

— Не узнаю, — Степан втянул голову в плечи и повел по сторонам глазами. — Тайгу я ангарскую и енисейскую исходил вдоль и поперек. Охотился на зверя разного. Но такого леса не видал. Тут что-то нечисто. Глаз даю. Чертовщина творится. Вроде, как идешь, идешь и назад снова возвращаешься, а то и вовсе попадаешь, невесть, куда. Я уже давно так блуждаю. А сам-то ты как?

Степан начал допытываться у Василия, что стряслось, и кто похитил сына. На что тот только рукой отмахнулся.

— Не спрашивай. Сам ничего не пойму. Вовку моего неизвестно кто прямо из дома выхватил. Остальное ты сам все видел. И вообще мне не до объяснений этого бреда. Мне сына надо найти. Если нас сюда забросило вместе с мертвыми солдатиками, значит и сын мой где-то здесь. Я так думаю.

— С мертвыми солдатиками, говоришь? — Взгляд Степана стал недоверчивым.

— Во всяком случае, одного я видел. Думаешь откуда у меня это? — Василий указал пальцем на автомат за плечом. — У того солдатика дыра через бронежилет с кулак. Вся спина разворочена.

— Как думаешь, может инопланетяне развлекаются? — хмыкнул Степан.

— Не знаю. Может и они.

— Они самые, — убежденно произнес Степан, — Гадом буду. Больше некому. Это они свет с неба на нас спустили и того черта, что на нас буром пёр, тоже они. Кто ж ещё? Кроме них некому. Ты ж сам видел — его пуля не брала. А тот корень, что я в него запустил? Помнишь? По дуге пошел, будто, помеху встретил на своем пути. На силовое поле похоже наткнулся. Я так думаю.

— А ты видел поле силовое когда-нибудь? — усмехнулся Василий.

— Не видел. Но предполагаю.

— Предполагает он. Ты зачем на скалу полез тогда на острове? Кто тебя звал?

— А чо! Я выстрелы услышал, помочь решил. Да я и не жалею ничуть. Будет, что вспомнить и рассказать. Слушай, а может, нас на другую планету закинуло?

— Ага, — кивнул головой Василий. — И медведь инопланетный тут бегает.

— Да уж, — Степан с сожалением покачал головой. — Жаль. Не похоже это все на другую планету. Я-то уж знаю. По тайге много ходил. Тайга это. Но всё же заколдованная тайга мать ее так.

— Ага, заколдованная. И океан заколдованный, — заметил Василий.

— Какой океан? — не понял Степан.

— Ты, что? Не видел океан?

— Океан? — Степан тупо уставился на Василия. — Я лично у реки очухался. По берегу ходил вдоль и поперек, тебя кричал. Потом в лес углубился, а меня опять к реке возвращало что-то. Нет. Океана я не видел. Это точно. А ты, выходит, видел? И где он?

— Далеко, — Василий только рукой махнул. Ему было не до объяснений. Мысль о Вовке не давала ему покоя. Где он? Что с ним? Жив ли?

— Да найдешь ты сына, — словно, прочитав, мысли Василия, успокоил его Степан. — Нутром чую — найдешь. Здесь он где-то. Поверь старому таёжнику. У меня чутьё, что у волка. По тайге с мое походишь, не только волком завоешь, сам волком станешь. Шестое чувство появится.

— Уже, — произнес задумчиво Василий.

— Что уже? — переспросил Степан.

— Появилось уже. Я чувствую, что он жив.

— Ну и лады, — вдохновился Степан. — Пошли искать!

— Пошли, — охотно согласился Василий и добавил, — А то уже вечер скоро. Да и запастись на ужин надо.

— Это точно, — согласился Степан. — Зря Топтыгина отпустил. Как бы нам лапу не пришлось самим сосать теперь. А так, глядишь, наелись бы от души.

— От пуза, — поправил Василий.

— Да какая разница — от души или от пуза? Она, что для души, что для пуза полезная медвежатина-то.

— А не много на нас двоих-то медвежатины? Природу беречь надо. Куда пойдем? Что тебе твое чутье подсказывает?

— Туда, — не задумываясь, махнул рукой Степан. — По течению реки пойдем.

— Хорошо, давай веди, таёжник, — промолвил Василий, а сам на небо взглянул. Его мутная пелена темнела. Серые сумерки уже прокрадывались в глубину леса. Где-то в глубине чащи что-то зацокало часто, застучало.

— Глухарь токует, — пояснил Степан прислушиваясь. — Странно. Они обычно на рассвете песни поют. Слушай, а давай попробуем его из автомата снять. Мясо глухаря вкусное. Давай за мной. Только тихо.

— Давай, — согласился Василий.

Осторожно ступая по мшанику, он последовал за Степаном. Тот крадучись, стараясь не задевать ветви, медленно пробирался меж деревьев, предостерегающе поднимая руку в момент, когда глухарь прерывал свое пение. Наступала настороженная тишина на десяток-другой секунд, а затем снова из глубины чащи доносилось бойкое цоканье. Ближе, ещё ближе.

— Вон, он, — прошептал Степан, вытягивая руку вверх. Василий посмотрел в направлении руки, но ничего не увидел кроме густоты елового лапника.

— Не видишь? Давай ствол. Я его сам сниму, — прошептал Степан.

Василий начал стягивать автомат с плеча.

— Давай, — Степан протянул руку. Подавая оружие, Василий шагнул вперед. Только один шаг. Под ногой треснул сучок. Словно выстрел прозвучал. Послышалось хлопанье крыльев.

— Черт! — Степан сплюнул. — Осторожный, тварь! Ладно, пошли назад к реке.

Они повернули обратно. Вроде, как прежним путём назад пошли. Лес должен был вот-вот закончиться. Но нет. Лес не только не закончился, он шаг от шагу всё гуще становился, всё плотнее.

— Где река-то? — Степан остановился, озираясь по сторонам. Потом взглянул на Василия.

— Заколдованный лес, — хрипло произнёс он. — Нету реки и всё тут. Видишь, что делается?

— Вижу, — хмуро ответил Василий.

— Смотри, гриб! — радостно воскликнул Степан. — А вон ещё! Да их тут много! И рядом с тобой тоже! Маслята это. Собирай, давай! Чего сидишь-то?

Василий посмотрел по сторонам. Из-под сухой хвои на него выглядывали коричневые шляпки грибов. Он вытащил нож и аккуратно срезал один из них. Убедился, что не гнилой. Срез ножки был чистый, белый. Посмотрел на Степана. Тот, не разгибаясь, собирал подножный корм.

Давненько Василий грибы не собирал. Сколько лет-то прошло уже? Вовка еще в проекте был. Они бродили по лесу. Просто так. Гуляли и по ходу собирали редкие грибы. Ранняя осень позолотила верхушки березняка. Она рассмеялась.

— Ты чего? — спросил он.

— На тебя похож, — она протянула ему большой белый гриб.

— Почему?