Валентин Русаков – Я вас не звал! (страница 23)

Мы вышли на поверхность, опять спустились к поляне, сквозь деревья было видно, как постепенно гриб уходит на юго-восток.

– Вот опять не повезло япошкам, всё к ним сейчас пойдет, – сказал Санек.

– В первую очередь, судя по всему, не повезло Владивостоку и окрестностям, а нас спасли сопки, побережье всё «грязное» будет, – вставил Димка.

– Ну, и что теперь? – как бы сам себя спросил я.

– А теперь всё по-другому будет, вообще всё. Здравствуй, мля, средневековье. А пойду я на хребет поднимусь, смотрите, вон на севере свечение, – сказал Димка. – Борис, а ты, наверное, приготовь комплекты каждому, и для дачников наших.

– Хорошо, – согласился Борис и пошел в сарай.

– Пойдем, Сашка, чего-нибудь на завтрак сварганим, чувствую, денек будет тот еще, – сказал я и толкнул Сашку в плечо.

На куриных кубиках заварили лапши с тушенкой, поставили воду на чай. Борис копошился в сарайчике и через полчаса выволок два набитых резиновых мешка.

– Это на дачи отвезем, – сказал он.

– А нам? – спросил я.

– А вам – идите мерить противогазы и химкостюмы.

Мы подобрали себе по размерам защитное снаряжение, уложили по паре фильтров про запас. Однако, рейдовый рюкзак получается увесистый!

– Завтрак остынет, садитесь уже, – сказал Санек.

– Борис, ты бы фон померил, может, нам и есть уже нельзя это, – сказал спускающийся к нам Димка.

– Уже. Четверть миллирентген, жить можно, позже еще померяю, если будет спадать, то можно относительно расслабиться. Я ни разу не видел взрывов ЯО, но судя по расстоянию, времени, за которое до нас докатилась волна и прочим факторам, это, наверное, была крылатка примерно в тридцать килотонн. В условиях приморского рельефа это терпимо.

– Хотелось бы надеяться, – ответил Димка. – На севере красное зарево тоже есть, где-то далеко.

– Интересно, что это вообще, и кто это жахнул? Может, китайцы? – вслух подумал я, садясь за стол.

– Может, а может, это и ответка от американцев. Что-то вспомнился анекдот с фразой: «Кто бросил валенок на пульт?» Надо бы языка нам добыть для информации.

– И где мы его добудем? – поинтересовался Санек.

– На федералке засаду устроим, какую-нибудь машину остановим, покумекать надо, – ответил Димка.

– Ну, тут кумекай не кумекай, тяжеловато будет. Просчитать надо всё сто раз, да и РПГ парочку не помешало б.

– РПГ не обещаю, но есть у меня кое-что, – сказал я и направился в землянку, где лежала моя «мурка» и причиндалы к ней.

Вернулся я с коробкой медных болванок в форме катушки. Выложив несколько на стол, сказал:

– Пуля «Блондо», мне их на заказ выточили пару лет назад.

– Леха, ты маньяк, я давно говорил, – сказал Санек, беря в руки одну из пуль. – Я как-то читал, что во время Второй мировой французы этими пулями движки на технике «кололи», колонны фашистов расстреливали.

– Отлично! – сказал Димка. – А снарядить есть чем?

– Обижаешь, мы с Сашкой всё это барахло в первый день заварухи сюда вытащили.

– Тогда делай самокруты с этими пулями, проверяем снаряжение и выезжаем. Думаю, доедем на машине в район Полка, оттуда пешком. Борис, подгоняй КАМАЗ, заправим с бочки. И пустую бочку в кузов, да и всю тару свободную надо бы собрать и топливом разжиться.

Борис ушел к КАМАЗу, а я достал весы, порох, гильзы, УПСку и закрутку и принялся колдовать с патронами. Навеску пороха сделал 2,3 грамма. Сурово, конечно, ну ничего, перетерплю. Снарядил полтора десятка, дослал один патрон и выстрелил в березу, стоящую недалеко. Да, «Гринписа» на меня нет – навылет не прошло, но выемка образовалась глубокая, сантиметров десять примерно. Подошел Димка, поковырял отверстие ножом, так и не достал до пули.

– Покатит, – вынес он свой вердикт.

– Плечо бы пережило, – ответил я, заворачивая «мурку» в чехол и прикрепляя к рюкзаку.

– Ничего, потерпишь, – похлопывая меня по спине, ответил Димка.

Мужики управились с заправкой, мы еще раз проверили снаряжение и боекомплект.

– Ну что, в путь? Все готовы? – спросил Димка.

– Все, – ответил я за всех.

– Док, Кац, в кузов, и поехали.

До Полка добрались без приключений. Выгрузились и прокрались к заброшенным домам, стоявшим метрах в двадцати от трассы.

– Док, давай на чердак этого дома, оттуда стрелять удобней будет, я в соседний дом. Второй и Кац, в кювет на ту сторону дороги, работаете только по команде, до этого сидеть тихо.

Мы разбежались по позициям. Забравшись на чердак, я осмотрелся: в нескольких местах был сорван и проломлен шифер. Нашел удобную позицию, скинул рюкзак и приготовил гладкоствол. Зарядил, в патронташ на прикладе сунул еще шесть пулевых и отложил ружье в сторону. Рядом положил АКМ, выложив две спарки магазинов перед собой. Еще раз осмотрелся – лежать удобно. Но если начнут работать в ответку, из меня сделают решето. Решил поискать, чем укрепиться. Печная труба наполовину разрушенная, она еле держалась на остатках кровли. Пнул ее несколько раз.

– Это Первый. Док, ты там что буянишь?

– Да бруствер себе оборудовать небольшой решил, а то нашпигуют меня тут сквозь шифер.

– Давай уже шустрее и тишину обеспечь, пара минут тебе на обжить позицию.

– Понял.

Я быстро перекатил куски трубы на свою позицию. Получилось, что я расположился в середине чердака, и со стороны улицы меня практически не видно в зияющие дыры крыши. В моем секторе было метров двадцать дороги – нормально, если что – спрыгну вниз и буду палить из-за угла дома.

– Это Док. Я на позиции, готов.

– Это Первый. Принял. Всем наблюдать, огонь только по моей команде.

Наблюдение наше затянулось примерно на час, и только спустя это время на трассе показались три бронетранспортера и два грузовика, они на большой скорости пронеслись в сторону города.

– Это Кац, мы вроде этот грузовик на ЗКП видели, что скажешь, Док?

– Вроде похож, они что, свою связь с ЗКП, что ли, сняли?

– Это Первый. Тишина в эфире!

Еще через полчаса послышался шум приближающихся машин.

– Это Второй. Вижу «Хаммер» и грузовик.

– Это Первый. Принял. Приготовились, я снимаю водителя с «Хаммера»; Док, работай по грузовику; Кац и Второй, работаете только по команде.

– Принял.

– Понял.

Когда водитель «Хаммера» клюнул носом вперед и машина остановилась, чуть было не слетев в кювет, ехавший сзади грузовик притормозил, тем самым дав мне время прицелиться под капот.

– Док, работай.

Я выстрелил два раза в район двигателя, третий раз в дверь, предположительно по водителю. Появившееся марево над нагретым стволом не давало хорошо прицелиться, и я выпустил куда-то по кабине оставшиеся два патрона. Откинул «мурку» и схватился за АКМ. Из кузова начали высыпаться бойцы – один, второй, четвертый, восьмой… «Твою ж мать, где же вас хоронить-то», – подумал я, отстреливая по два-три патрона по целям. Несколько натовцев успели сигануть в кювет, остальные спрятались за машиной и открыли беспорядочную стрельбу. Я заметил, как в ткани кунга изнутри кто-то ножом сделал дыру и высунул ствол пулемета. Я перекатился, схватил «мурку» и быстро дослал пять патронов. Пулемет уже гулко ухал по первому этажу дома, когда я прокрался к соседней дыре в кровле и выстрелил пять раз подряд в район вспыхивающего пламегасителя. Бросил ружье, перебежал на прежнюю позицию и уже оттуда увидел безвольно висевший пулемет стволом верх.

– Кац, Второй, зачищайте кювет и поднимайтесь к машинам. Док, спускайся и помогай, я прикрываю, – услышал я в рации.

Я схватил АКМ, «мурку» за спину, спустился и начал потихоньку обходить дом. Получалось, что я выхожу в тыл машинам. Прокрался в кювет и, чуть приподнявшись на дорогой, увидел троих бойцов, укрывшихся под грузовиком, которые уже активно обстреливали мою позицию на чердаке. Хорошо прицелившись, я выпустил несколько коротких очередей по противнику, стараясь попасть по ногам. Со стороны кювета, где были Сашка и Борис, услышал несколько длинных очередей. Я присел и, меняя магазин, заорал:

– Do not move, stop shooting!

Раздались еще пара выстрелов, и я услышал:

– Please do not shoot!

– On the ground with hands behind head, – ответил я, так же продолжая орать.

– Please do not shoot, – повторил стонущий голос.