Валентин Русаков – В гости к мертвым (страница 24)

Остановились только через километр после брода.

– Вылезаем, – сказал я и понял, что приглушило меня конкретно, судя по тому, как звучит мой голос, да и остальные выглядели ошалелыми.

Мужик на четвереньках выбрался из машины, и, сгребая в ладони снег, начал растирать им заросшее лицо и причитать:

– Господи… Спасибо тебе, Господи… – и так минуты три, пока Виктор не присел рядом с ним и не похлопал по спине.

– Мужик… эй… Все, успокойся! – прикрикнул на него Виктор.

На что тот развернулся к нему, обнял, словно родного, и начал рыдать, переходя на истерику. Виктор только развел руками, тоже чуть приобнял ненадолго его, а потом с силой оторвав от себя, громко сказал:

– Все, мля! Все закончилось!

До ворот Форта ехали молча, я посигналил, Пашка – молодой совсем парень из дежурной смены – открыл ворота, и мы подъехали к КПП.

– В караулку его, пусть раздевается и покажется… Не дай бог, укушен, – сказал я, выходя из машины, – и ствол заберите пока, а то он явно не в себе… Паша, полей…

Я подошел к низкой лавке у входа в КПП, на которой стояло ведро с водой и ковшик, скинул на лавку разгрузку, и разделся по пояс, чувствуя, как ко мне липнет одежда. Сполоснувшись, вытерся свитером, оделся, и прошел в караулку.

– Нормально все, не укушен, – сказал Виктор и кивнул на мужика, который одевался.

А мужик оказался вовсе не мужиком, а студентом сельхозакадемии, который умудрился 21 марта прорваться из Оренбурга в родную деревню, к тетке, которая была при смерти и тем самым, будучи инфицированным, заразил всех близких и тетку в том числе… А там пошло поехало, тетка умерла 22-го марта ночью, собрались родственники… Что произошло дальше, думаю, объяснять не надо. Деревня была съедена чуть больше, чем за сутки.

Выслушав Кирилла, как представился похожий на бомжа студент, я не стал объяснять ему, что, по большому счету, он виновен в гибели деревни. Потом сам поймет, сейчас ему это ни к чему, хотя неизвестно, с какой скоростью этот вирус вообще распространяется по воздуху, может, он и не виновен вовсе, а просто все так совпало.

– Григорий Иваныч, – сделал я вызов в рацию.

– Да, Влад…

– У нас «общий» дом готов принять человека?

– Откуда?

– Да вот… Подобрали, так скажем, потом расскажу.

– Ну, не совсем готов, но спать есть где, пусть приводят… Он нормальный? Не укушен?

– Не укушен, а вот… э-м-м… Присмотреть, короче, за ним надо.

– Ну, Галим присмотрит, это его теперь хозяйство.

– Хорошо, отправляю…

Попросил Вадима отвести Кирилла в «общий» дом, который запланировали для таких вот случаев. Как только они ушли, я спросил у Виктора:

– Выпить есть?

– Нет, Влад, ты же сам вчера сказал, что пристрелишь пьяниц на смене.

– Это я сказал?

– Ага, – ответил Виктор.

– Ну, раз сказал, то да… Нехрен! А закурить есть?

– Вот, – Паша протянул мне пачку «Кэмела».

Выйдя на улицу, я присел на лавку, взял сигарету в рот, так и сидел минут тридцать, прислонившись к стене и не подкуривая.

– Влад, нр-мн-м… – что-то говорил подошедший Виктор.

– Что?

– Нормально, говорю, все? – он наклонился и повысил голос.

– А, да… Что-то перетрухал я конкретно, Вить…

– Еще бы! Я тоже чуть в штаны не наделал, – Виктор присел рядом и чиркнул зажигалкой.

Я наклонился, подкурил, затянулся и сразу закашлялся, дыхание перехвалило, но справился и вторая затяжка пошла куда надо, никотин «побежал» по телу, пощипывая сосуды, и голова слегка закружилась.

– Вот, так лучше, – сказал я, еще пару раз кашлянув, – крепкие какие, зараза. Ну что, второй щит ставить поедем?

– Э-м-м… Ну, поехали, – с подозрением посмотрел на меня Виктор.

– Да ладно… Чего уж поделаешь, мертвяки теперь преобладающая популяция, так что надо смириться и воспринимать эту реальность без желания наделать в штаны… Хотя очень хочется, если честно. Ты это, сходи, цинк возьми в оружейке, заряжаемся и едем.

Сгребая в горсти стреляные гильзы, валяющиеся по салону, слегка прибрались, сели в машину прежним составом и поехали. Теперь на юг… До трассы Уфа-Оренбург было чуть больше полутора километров, и мы закрепили щит прямо на знаке «уступи дорогу». Выехали на трассу и встали.

– Тут их тоже прилично, и без бинокля видно, – сказал Виктор, глядя на Марьевку, еще одну деревню в полукилометре от трассы.

– Ага, и там, похоже, уже всех сожрали, – ответил я, – ну что, постоим полчасика… Может, проедет кто.

– Давай, только машину разверни и убери с трассы, – ответил Виктор.

Машину оставил на съезде с трассы, Вадима с двумя бойцами оставил возле нее, а мы с Виктором уселись на леер на обочине, поглядывая и на Марьевку, крыши которой виднелись из-за растущих на берегу Янгиза деревьев, и в обе стороны дороги смотрели.

– Там вон заправка, что в сторону Каргалы, – кивнул Виктор направо, – километр, не больше до нее.

– Это хорошо… За зданием столовой видел целую кучу канистр из под растительного масла, они литров на двадцать. Отмыть, и можно в них набрать.

– Хорошо бы бочек найти или емкость какую под топливо.

– Хорошо…

– Слышишь?

– Что?

– Стреляют.

– Нет, не слышу, в какой стороне?

– Со стороны Каргалы.

– Нет, Вить, не слышу… Часто?

– Было пару раз… Уже стихло.

Посидели еще полчаса… А потом выстрелы услышал даже я.

– Машины! – дернул меня за рукав Виктор.

Мы перемахнули через леер ограждения кювета и присели за ним. По трассе на достаточно большой скорости несся микроавтобус, белый с синей полосой и с «люстрой», а за ним два черных джипа, из которых стреляли по микроавтобусу.

– Вадим! Отгоните к посадке машину, быстро! И сами там сидите, – крикнул я, а сам посмотрел в бинокль на приближающуюся погоню, – что-то не пойму, вроде ментовская газель… Ее преследуют.

– Ну, или это хорошие бандосы преследуют плохих ментов, или одно из двух, – нервно ухмыльнулся Виктор, – что делаем?

– Наблюдаем… Пока наблюдаем, – ответил я и нажал тангенту, – Вадим, приготовиться к бою, огонь по команде.

– Принял, – прошипела рация.

Тем временем погоня приближалась. Прижимаясь к грязному снегу за леером, я пытался разглядеть пассажиров, сначала «газели», у которой не было почти ни одного стекла, потом пригляделся к новеньким джипам-крузерам без номеров. В люке переднего торчал какой-то лысый мордоворот и по два-три патрона отстреливал по преследуемым, причем создавалось впечатление, что он даже не целится.

– Они их что, просто куда-то загнать хотят? – тоже обратил внимание на эту странность Виктор.

– Ну, если в Марьевку свернут, то все… Там мертвяков немеряно, а машина без стекол.