Валентин Русаков – Рухнувшие надежды (страница 66)
– дальний вагончик под охраной…
– бородатый гадить ходил…
– проследить место…
– принял…
– два «кавалериста» с тропы показались, вооружение «ксюха» и дробовик какой-то… остановились у домика за лесовозом… спешились, зашли в домик.
– «сарафан» побежала к домику, корзинку несет… с балабасом…
– 22-й в канале, отходим к точке сбора…
– принял…
– принял…
– Ну что, собак вроде не видно, – шепотом сказал Алексей, когда мы сидели в уже опустившейся на лес темноте, – сейчас перекусим и идем к отхожему месту, надо взять кого-то именно из вооруженных.
– А почему именно из вооруженных? – так же шепотом спросил я.
– Они явно больше осведомлены в ситуации здесь.
– Возможно, а его не спохватятся и не пойдут искать?
– Есть такой вариант, – согласился Алексей.
– Так, может, ту тетку возьмем, ну которая «сарафан», она тоже наверняка в курсе, носится вон, всех кормит, – предложил Вася.
– Эту точно сразу спохватятся, захочет кто добавки харчей и кранты, – не согласился Алексей, – вообще конечно, с «языком» перегиб получается, принимая во внимание современное мироустройство… поговорить бы просто.
– Ну да, – ответил я, – мне бы тоже не понравилось, если бы к нам на остров кто-то тихо заявился и кого-то выкрал бы на поговорить.
– И я про это.
– Да вы рожи их видели? – подал голос из темноты Василий. – Какой нафиг поговорить?
– Вот это пока от просто разговора и отталкивает, мужички явно из определенного контингента… Звезды, купола и прочие художества я тоже в оптику разглядел, – сказал Алексей и запил из маленькой пластиковой бутылки съеденную лепешку с копченой рыбой. – Ну что, поели?
– Угу.
– Вася, ты выползаешь обратно на позицию… наблюдаешь и докладываешь, если что, отсекаешь противника, валить никого не надо, напугать просто до усрачки парой длинных очередей и отходи к точке сбора.
– Понял, – ответил Вася, поднял с земли пулемет и тихо пошел на позицию.
– Иди за мной, Серый, ветки не цепляй… аккуратно, – тихо толкнул меня в плечо Алексей.
Пробирались к отхожему месту долго, минут тридцать. На лесозаготовке еще никто не спал, горели костры у вагончиков и под навесами. Вася периодически в эфир докладывал о перемещениях. Найти нужное нам место труда не составило, ага, по запаху. Вытоптанная полянка у плотного кустарника и четыре жерди, воткнутые в землю, кое-как обитые досками и где-то затянутые каким-то шмотьем.
– Здесь в кустах ждем, – тихо сказал Алексей.
Свет от костров со стороны вагончиков проникал к туалету сквозь кусты и неширокую тропу, и его было достаточно. Просидели в кустах примерно минут сорок, когда в наушнике голос Васи нас оповестил:
– 33-й в канале, дед какой-то к вам направился.
– 22-й принял.
– Может, этот дед самое то? – спросил я у Алексея.
– Может, – задумался Алексей, – 33-й 22-му.
– На связи.
– Откуда дед этот взялся?
– Дальний сарай какой-то, конюшня там, что ли. Точно конюшня, стоят три лошади.
– Хорошо, работаем деда.
– Пусть только дела свои сделает, – предложил я, – а то как-то не знаю даже…
– Ну уважим дедушку, – кивнул Алексей, – на выходе берем, держи автомат. Я его рублю, я его тащу, ты просто прикрываешь наш отход. Никакой самодеятельности, Серег, понял?
– Понял.
– Тогда работаем.
На тропе показался силуэт. Уверенной походкой, как будто днем, дед прошел к туалету. Потом как бы замялся, покрутил головой и, расстегнув ширинку, начал поливать кусты. Алексей, как кот, сгруппировался…
– Вы эта… хто тама в кустах-то? Ежли чего удумали, то не калечьте хотя бы, старый я уже, – вдруг тихо сказал дед, повернув голову в нашу сторону, не переставая при этом мочиться.
– Закончишь, сюда иди, – спокойно сказал Алексей.
– Подойду, только вы не деритесь.
– Не бойся, поговорим просто.
– Это можно, – ответил дед, заправился и подошел ближе к кустам.
– И как ты нас заметил? – спросил Алексей.
– А я и не заметил, я унюхал… копченой рыбы у нас тут нет, а ее запах от дерьма я, хоть и старый, отличу.
– Молодец, – хмыкнул Леха, – что у вас тут? Кто живет, как давно, кто эти с оружием?
– Так лесозаготовка тут, давно уже. Я тут сторожем уже лет пятнадцать как, а до этого лесником был.
– А кто эти с оружием?
– Ясно дело, кто… жулики да убивцы. После землетрясений-то дня через три появились. Сначала двое пришли в форме милицейской, вроде как спросить, как обстановка, а сами все высматривають, какие-то нервейныя прям. А чего высматривать, тута я с бабкой да двое ребят с артели, ну они свистнули и из леса еще шестеро вышли да с автоматами. Ну этих-то, милиционеров они сразу с ног сбили, а потом к трактору их прицепили наручниками. Беглые они с этапа, а эти, что в форме, конвойные были.
– Убили?
– Да… этим же вечером, перепились, и как бес в них вселился. За три дня всю душу вымотали, аспиды. Потом пререругалися, двое и ушли. Вернулся один через неделю, голодный, ободранный, да и рассказал, что не просто было землетрясение, а еще и с наводнением, и что на много километров море в одну сторону, в другую река широкая и по лесу люди попадаются… разные, и хорошие и плохие а то и вовсе лихие, почище этих. А вы из каких будете?
– Наверное, из хороших, – ответил я.
– Ага, ну добре, раз так.
– И давно вы в таком симбиозе живете? – поинтересовался Алексей.
– В чем? Не расслышал.
– Как живется с бандитами-то?
– А вот живем как можем, стерпелися. Они поначалу под автоматами нас держали, а потом вроде обговорили все. Они нам теперь вроде как защита от всякого лихого, вот так и живем. А куда идтить-то? Жулики-то эти иногда выезжают в лес, да обманом приводят людей, кого беда миновала да выжить смог. Далеко до реки ходили, ниже по течению, говорят, есть еще люди.
– И много?
– Не сказали, я только слышал краем уха, как они с Черным говорили за это.
– Черный, это главный у них?
– Ага, – вздохнул дед, – на вид вроде тилигент, а человек шибко лютый. Ну и значит, кого обманом приводят, объявляют им, что тут они главные. Первое время охраняют, а потом люди и сами понимают, что идтить некуда.
– Сколько людей здесь, кроме бандитов? – спросил Алексей.
– Ну так если со мной и с бабкой моей-то, шишнадцать.