Валентин Русаков – Потерянный берег - Рухнувшие надежды. Архипелаг. Бремя выбора (страница 160)
– Не то время, не то место, – Максим скептически поморщился, – будут борзеть – будет стрельба, а стрельба никому не нужна.
– Согласен, паритет еще некоторое время будет сохранен, – ответил Макарыч, – в остальном… в море пиратства почти нет, так, кто-то лютует с берега, на катере и наскоком, а вот информация о разбоях на суше поступает с определенной периодичностью. Появились какие-то «лесные братья», и из радиоперехватов выясняется, и торговцы жаловались, что в нашей гостинице в Лесном останавливаются. Аслан организовывал совместно с пограничниками пару рейдов, но обнаружили только брошенную стоянку этих разбойников.
– Ну правильно, торговля активно пошла и по суше, чего теряться-то лихим людям, – вслух подумал Иваныч.
– Да… теперь самое важное. Разведчики на связь вышли из Лунево, их туда наши стратегические партнеры из верховий Новой доставили. Возможности шифровать сообщения у них нет, поэтому условной фразой сталкеры сообщили, что ожидают встречи с кем-то из руководства Сахарного, причем дело срочное.
– Хм… что-то обнаружили? И где их мотобот?
– Не знаю, Сергей Николаевич.
– Пошлите за ними «Мандарин».
– Если дело срочное, то, может, вы, Сергей Николаевич, сами в Лунево?
– Они там где?
– В гостинице на пристанях.
– «Двадцать второй», – сделал я вызов по рации.
– В канале, – практически сразу отозвался Юра, будто ждал.
– К вечерним склянкам тебе и еще двоим прибыть к пирсу, ждать меня у «Мандарина», пойдем в Лунево. Найди Василия, он тоже идет с нами, пусть подготовит станцию на мотоботе для работы по закрытому каналу.
– Принял…
– Иваныч, озадачь Володю, пусть соберет и доставит на «Мандарин» недельный паек на пятерых… Точно не пойдешь со мной в Лунево?
– Ну вот что мне там делать? Здесь дел выше крыши!
– Хорошо, занимайся «Пожарником», это действительно важно.
– А то!
Я пробежался по своим пометкам, которые делал в ежедневнике в процессе планерки, и спросил:
– Еще вопросы?
– Карту с собой возьми, – Иваныч кивнул на сложенную вместе с бортовым журналом «Авроры» нашу «рабочую» карту, – мало ли.
– Да, обязательно, – согласился я, встал и, аккуратно складывая карту, спросил всех: – У меня одного ощущение тревоги?
– Скребут, скребут кошки, Сергей Николаевич, – вздохнул Макарыч, – раз совещание закончено, то предлагаю вам еще по чайку у меня в застенках.
– Идемте, – я кивнул и направился к выходу.
Макарыч быстро развел огонь в вагонном кипятильнике, расставил чашки на столе и, усевшись напротив меня, сказал:
– Сергей, ощущение тревоги не только у тебя, мне тоже как-то неспокойно… Да, вот это с собой обязательно возьми, мало ли, – Макарыч подошел к штабелю оружейных ящиков, открыл один из них и достал несколько тряпичных свертков, которые потом со звоном опустил на стол, – деньги могут пригодиться.
– Согласен. Я вот еще что хотел попросить… Света на время моего отсутствия на хутор переберется к Михалычу, ты присматривай там, а?
– Не волнуйся, Сергей, здесь мы разберемся, а ты там будь осторожен, внимателен… люди переварили трагедию, личную и всеобщую, и теперь строят свою жизнь, как могут и как умеют, а умеют они немного! По иронии судьбы выжило много тех, кто до Волны сидел в офисах, «давил клопов» на клавиатуре компьютера, состояние стабильности, телефоны, машины, да что там, вся жизнь в кредит! Ладно, это я так, по-стариковски ворчу…
– Да правильно все, Макарыч, – я осторожно отхлебнул горячий чай.
– Сергей, я еще вот что хотел сказать, – Макарыч поднял на меня свои стеклянные глаза и посмотрел поверх очков, – может, Антона Васильевича оставить тут за меня, а ты меня с собой возьмешь?
– Думаешь, бывший военный прокурор тут справится?
– Я не думаю, я знаю, что справится, а также знаю, что, в отличие от тебя, у меня есть опыт оперативной работы, ну и прочие навыки, которые могут пригодиться.
– Я не против. Тогда вот что: пусть прокурор присмотрит за индусом. Винод – человек хороший, одна его робинзонада на буровой говорит о многом. Было бы неплохо, если Винода пристроить в нашу лабораторию и школу, даже если не углубляться, то английский он отлично смог бы преподавать, и это минимум, чем он может быть полезен.
– Согласен, Винод мне тоже показался вполне адекватным человеком… Хорошо, озадачу Василича.
– Договорились, а живет он пускай тут, в форту… под присмотром пока.
«Гоняли чаи» мы еще час, пригласили отставного военного прокурора, обговорили графики выхода на связь и прочие важные моменты. Заходил Юра, выписал на борт «Мандарина» спецсредства, как-то: ВСС, ПНВ и средства минирования.
А потом у меня был семейный ужин, после которого я еще раз перепроверил свое снаряжение и оружие и, услышав со стороны пирса вечерние склянки, скрепя сердце попрощался с домочадцами и не оглядываясь пошагал вниз по дороге от дома, Бим был единственным, кто пошел меня провожать, долгие проводы – лишние слезы.
Удобная бухта Лесного отразилась на радаре под утро и еще до момента, когда разросшийся поселок проснулся. А спустя час я заглушил натруженный дизель «Мандарина» у нашего пирса. Встречали нас срочники из форта, что вахтовым методом несут службу в Лесном, охраняя наше имущество и покой тех, кто швартуется к нашему пирсу и живёт в гостинице при нем. Высокий и широкоплечий боец радостно поздоровался с Юрой, который первым спрыгнул на пирс и осмотрелся, а уже потом принял швартовый и привязал его к свае. Сошли на берег всем экипажем, в составе которого были я, Макарыч, Вася, Юра и двое его подчиненных – дюжие хлопцы, косая сажень в плечах, один из которых, по заверению Юры, неплохой снайпер, зовут его Илья и фамилия редкая – Иванов. «Нежно» прижимая «винторез» к разгрузке на груди, Илья цепким взглядом осмотрел пирсы и склоны сопок, задержал взгляд на чем-то за ломбардом и присвистнул:
– Хренасе! «Рапиры»!
– Где?
– Да вон, под масксетью, за контейнером, ствол узнаваемый, да и не спрячешь особо такую дурынду.
Я присмотрелся, и действительно, за контейнером погранцов, на небольшой площадке стояли небрежно накрытые масксетью два противотанковых орудия.
– Очень интересно, – хмыкнул я и добавил, поправляя открытую кобуру с ТТ на ремне: – Отчаливаем в обед.
– Сехгей Николаевич! – в своем неизменном, уже изрядно потертом, но чистом и выглаженном костюме-тройке Фима спешил к нам.
– Ну привет, «Большой Босс», – я улыбнулся и протянул ему руку для рукопожатия.
– Я так гад… кхм… Наконец-то вы приехали! – Фима тряс мою руку так, что еще немного и плечевой сустав вырвет.
– Я тоже рад тебя видеть, чего не спишь-то? Рано ведь еще.
– Так мне гебята из кагаула сразу доложили, что вы лично запгашивали газгешение на швагтовку! Сколько вгемени вас тут не было?
– Месяца три, по новому календарю…
– Пойдемте, пойдемте в нашу столовую пги гостинице, мне столько надо вам гассказать!
– Так вроде доклады от тебя регулярно по радио, раз в неделю.
– Что вы! То гадио, а то вот так, с глазу на глаз.
Фима искренне радовался моему приезду, и мне было по-честному приятно от такого приема. Да и представительство наше, то есть острова Сахарный в Лесном выглядело уже очень даже солидно – крепкий и широкий пирс, пусть и у скалы, но места достаточно; большой склад в тупике у подножия сопки, там же склад ГСМ; двухэтажная щитовая гостиница со столовой; каркасная конструкция офиса и пристроенный к нему навес гаража, в котором стоит «буханка» Алексея и один квадроцикл.
Да и вообще вся бухта в Лесном преобразилась, с одной стороны, было немного грустно смотреть на проплешины на склоне сопки – это вырублен засохший из-за изменения климата кедрач. С другой, и дорога от пристаней к поселку уже освещена, на месте вырубок появились щитовые домишки с террасками. Рынок разросся так, что уже «пополз» вверх по склону, видно еще пару отельчиков с яркими вывесками, нарисованными местными художниками, на разный манер и художественный вкус. Ломбард «семьи» Аслана тоже преобразился – теперь это некая конструкция из нагромождения трех сорокафутовых контейнеров, в одном из которых, судя по двум буквам «ПВ» в круге, расположились погранцы, где они и жили и работали, то есть несли службу, охраняя пристани и патрулируя акваторию на двух резиновых моторных лодках. Двое погранцов уже направились к нашему пирсу. У пристаней прибавилось всевозможных плавсредств, в основном новоделы, но и разных шлюпов, мотоботов и катеров тоже хватало. У пирса рядом с ломбардом стоял морской буксир Аслана, старенький корейский МРС и белоснежная парусная яхта, правда, мачта у нее была поломана и вырвана с корнем вместе с куском палубы.
– Давно вас не было, – высокий парень с коротким рыжим «ежиком» протянул руку для рукопожатия.
– Да, решил вот проведать Лесной, – пожал я ему руку, а потом кивком поздоровался со вторым, с сержантскими погонами, – гляжу, артиллерией разжились?
– Это Аслана, – отмахнулся рыжий, – одну здесь, на мысу поставить хочет, чтобы всю бухту простреливать, а вторую собрался на буксира ставить… Ладно, вы надолго?
– Нет, в обед отходим.
– Ну мы досмотрим судно?
– Да, конечно, – кивнул я и обратился к Юре: – Оставь бойца на борту, пусть покажет всё.
Когда мы вошли в столовую и расселись вокруг большого стола, Фима быстро отдал распоряжение двум подросткам, что суетились на кухне, а сам со словами «я на секундочку» выскочил на улицу. Спустя минуту он вернулся со стопкой журналов и тетрадей, а также с ноутбуком подмышкой.