Валентин Русаков – Падение терратоса (страница 38)

— Мы с тобой поговорим, позавтракаем, но знай, в следующий раз любого кто сунется — пристрелю и имени спрашивать не стану, и приятелям своим передай, которые тебя бросили и убежали. Уяснил?

— Угу…

— Ешь, — Кинт отбросил льняную салфетку с большой деревянной миски на столе и подвинул ее Сарту.

Схватив грязными руками кусок лепешки и кусок сыра, Сарт набил рот и теперь, как хомяк, сидел и пережевывал, вращая глазами и продолжая осматривать комнату.

— Да не торопись, отбирать–то не буду, — улыбнулся Кинт.

Из носика чайника начал вырываться пар, Кинт снял его с огня, поставил на подставку на столе, и насыпал в него смеси трав из деревянной коробки.

— А ты из жандармов, что ли? — наконец прожевал Сарт и хапнул с миски еще кусок лепешки и сыр.

— Ага, из них, только служба закончилась.

— Не старый же вроде…

— Из дорожных жандармов.

— Аааа, — протянул Сарт, — этих уважаю… а городовых не того, не очень.

— Еще бы ты городовых уважал, — рассмеялся Кинт и разлил по кружкам чай, — работать не пробовал?

— Неа, я не умею ничего.

— Совсем?

— Ну, вот в окошко могу залезть и дверь изнутри потом открыть…

— Ага, кошелек срезать у растяпы на рынке…

— Точно, — улыбнулся Сарт.

— И долго так собираешься жить?

— Не знаю, — снова крутя головой и осматриваясь, ответил Сарт.

— А я знаю, недолго.

— Это почему?

— А либо пристрелят вот так, как сегодня могло случиться, либо поймают, осудят и на угольных шахтах, на каторге, харкая кровью, сдохнешь, за пару лет… ну или со своими приятелями чего не поделишь, и прирежут тебя в подворотне.

Сарт перестал жевать, замер ненадолго, потом хмыкнул:

— Скажешь тоже… а ты это, меня городовым сдать не удумал?

— Сам попадешься рано или поздно.

— Лучше поздно, конечно.

Неизвестно, достучался ли Кинт до сознания парня, но он попытался, есть ли только в этом смысл… Позавтракав, Сарт вернул на место стекло, аккуратно заколотил штапики и спросил разрешения уйти.

— Держи, — Кинт бросил Сарту золотой, — на пару недель вашей банде питаться хватит, хотя судя по твоему аппетиту, все же на неделю… И завязывай в окошки лазить, я не шутил насчет того, что в следующий раз пристрелю.

— А тебя, тебя как звать? — с горящими глазами Сарт разглядывал золотой кест.

— Кинт.

— Так это, могу я идти?

— Иди.

Схватив сбитые почти в лохмотья ботинки, что он снял снаружи, прежде чем лезть в окно, Сарт побежал по балкону в сторону лестницы, потом остановился и крикнул:

— Спасибо!

Отразившись от стен его крик, вспугнул стаю голубей, облюбовавших конек флигеля в доме напротив. Уже взошло солнце и двор начал просыпаться.

Отчего–то вспомнив упражнения, которые ему в северном форте показывал лекарь, Кинт принялся делать зарядку, периодически громко заходясь кашлем из–за интенсивной вентиляции легких. А потом Кинт отправился в кабачок у депо завтракать, так как запасы сыра и лепешек поглотил прожорливый незваный гость.

Прошли две недели ничегонеделания, в конце первой недели, вечером в выходной, приходила Тана, приносила кусок рыбного пирога, да и осталась до утра. Все свободное время Кинт провел в прогулках по городу, в основном ходил пешком, и экономия, и город лучше так запоминать. А еще написал два письма, Дукэ и мадам Поль, с пометкой «для Мореса», так, всего пару строчек в стиле «доехал, живу, здравствую», ну, и обратный адрес для связи. Через день Кинт посещал кабачок в депо, либо завтракал, либо ужинал. И вот по прошествии двух недель самостоятельной жизни как–то вечером он зашел поужинать. Однорукий Тилл — хозяин заведения, радостно кивнул новому постоянному клиенту, принял заказ и указал на свободный столик. Кинту сразу подали высокую кружку пива и вяленой рыбешки, а через десять минут принесли тарелку с ароматным куском жареной телятины с зеленью и овощами.

— Так вот ты где! — кто–то громогласно объявил, подойдя к столику.

Рука Кинта на инстинктах рванулась к кобуре, и он поднял глаза…

Перед Кинтом стоял и радостно улыбался машинист, тот самый, что управлял паровозом до Тека.

— Я даже не успел тебя поблагодарить, а ты раз и исчез в этом бандитском Теке!

— Можете купить мне еще кружку пива, — ответил Кинт и аккуратно снял курок со взвода, — этой благодарности будет достаточно.

— Я сейчас, — машинист удалился к стойке, перекинулся парой фраз с Одноруким Тиллом.

Тилл выслушал, быстро закивал, позвал мальчишку, что работал в кабачке подсобником, что–то ему сказал и мальчишка выбежал из зала, а машинист вернулся с двумя кружками пива.

— Меня Бойл звать, — пододвинул он кружку Кинту.

— Кинт.

— Ну, за тебя, Кинт, спас ты нас там.

— Не всех и там было еще пару хороших стрелков кроме меня, так что не только моя заслуга.

— А кто додумался меня выручить, мы смогли уехать из ловушки? То–то!

Машинист и Кинт громко стукнулись кружками, сразу отпив до половины…

— Так куда ты исчез в Теке?

— Просто сообразил, что начнутся всевозможные опросы, многочасовые беседы с инспекторами жандармерии, а у меня в Теке было важное дело.

— Это да, состав на сутки задержался из–за этого происшествия.

— Там ведь не кочевники были.

— Да, на севере появилось много банд… а что им? Торговые тракты теперь не контролируются, рейды вдоль дорог никто не устраивает, вот им и раздолье. Осенью прошлой армейский корпус как–то лагерем вставал на месяц, вроде изловили одну банду, да вторую пощипали хорошенько, но казна не выдерживает, видать, — Бойл оглянулся на дверь.

— Вы кого–то ждете?

— Эм… да, управляющего станцией, он же совладелец северо–восточного треста железных дорог, господин Тьетэ. Это нападение было последней каплей, и трестом принято решение создать свою службу, которая будет заниматься сопровождением составов и патрулированием путей.

— Хм… интересно.

— Вот, и я про что! Ты же, я так понимаю, эм… бездельничаешь?

— Именно.

— А вот и господин Тьетэ…

В дверь вошел высокий мужчина, в клетчатом плаще и в высоком цилиндре, он оперся на трость и стал искать глазами нужного ему человека, увидев Бойла, он кивнул и широким шагом подошел к столику.

— Бойл, что за спешка, этот сорванец наговорил каких–то глупостей…

— А как бы вы иначе пришли? Присаживайтесь, господин Тьетэ, я вам кое–кого представлю…

— Заинтриговали, — Тьетэ присел за столик и позвал официанта, — мне тоже пива.