Валентин Русаков – Бремя выбора (страница 45)
– Да хозяин… Нам сегодня здесь ночевать?
– Да, дорогой, видишь какой неразбериха кругом… эх, – Араик, вставив последний патрон в магазин, дослал его затвором, – вот что людям не живется спокойно?
– Суки потому что! – Валентин поправил ремень дробовика, что висел у него на плече, – пока вокруг них условия для жизни есть, они и сидят, не рыпаются, а как только возникают непонятки, так сразу барагозить!
– Ты маладой еще, не понимаещ, ладно… ты и Толик сэгодня в ночь дэжурите, как кто полэзэт, так сразу стреляй.
– Понятное дело.
– И вот еще что… попробуй кого послать на пристани, пусть разузнают у погранцов про телеграф, работает или нэт.
– Хорошо хозяин, сделаю… хотя, если нет Аслана и такая буза кругом, то может и не работает.
– Ты мертвый Аслан видел?
– Нет.
– Во-от, нэт тэла, нет дэла… Аккуратно, пусть мальчищки сбэгают, узнают…
– Сдэлаем, Араик-джан, – пытаясь изобразить армянский акцент, ответил подсобник.
Последние пару дней в Лесном, как говорится, не задались. То обоз из Лунево пришел изрядно потрепанный и потерявший половину товара, то очередной налет пиратов, то разборки начались между местными семьями со стрельбой, а потом еще эти разговоры про то, что Аслана вроде как взорвали… Нет, бабахнуло-то знатно, на весь поселок шума было, но известно лишь, что только столярку разнесло, а про семью Аслана – тишина.
Мелкий дождь еще с сиесты начал накрапывать, а теперь, в ночной темноте и вовсе не понятны посторонние звуки из-за монотонного шума тропического дождя. Немного погромыхав у сарая, подросток, оседлав велосипед, скрылся в темноте улиц поселка.
– А ну выходи на свет! – сдавлено прозвучал в темноте голос.
– Это я, Аслан… Хозяина позови.
– Выходи, чтобы я видел!
От забора покосившегося домишки отошел человек с АКСУ в руке, за ним, торопясь, дорогу перебежали еще несколько теней.
– Вот я, со мной женщины.
– Вижу… подожди, хозяина позову, и калашмат за спину закинь.
– Хорошо, отозвался силуэт и закинул автомат за спину…
– Кущай, кущай нэ торопись, – погладив по косынке на голове девочку десяти лет, Араик покачал головой, рассматривая жену и дочерей Аслана. На соседней улице раздался одиночный выстрел, залаяли собаки и девочка вздрогнула, – нэ бойся, ко мне не сунутся.
Вздохнув и покачав головой, Араик отошел от стола в центре маленькой, но уютной комнаты и присел у окна на лавку, на которой смоля уже неизвестно какую по счету сигарету и выдыхая дым в окно сидел Аслан. Его лицо было в мелких царапинах, под рубахой можно было разглядеть грязную и окровавленную повязку.
– Сильно зацепило, может перевязать?
– Грязные собаки, выродки шайтана! – глядя в одну точку и ответил Аслан.
Его лицо, всегда чисто выбритое, теперь заросло трехдневной щетиной почти до ввалившихся глаз, но взгляд оставался цепким, сосредоточенным, Аслан сейчас походил на до упора взведённую пружину, готовую распрямиться в любой момент.
– Так перевязать?
– Потом, да и там просто порез глубокий, упал и на арматуру наткнулся, когда подвалом уходил.
– Поедят, – Араик кивнул на «бабский батальон» Аслана, – жена отведет их на масадру, пусть выспятся.
– Мансарду, – Аслан поправил Араика, – спасибо тебе уважаемый, да продлит Аллах твои дни, я знал, что тебе можно доверять.
– Дэлат что хочешь?
– Всевышний не дал мне сыновей…
– Зато дэвочки красивые, Аслан-джан.
– Да… так вот, мне нужно поговорить с хозяином гостиницы, что на пристанях, я знаю, что это человек полковника с Сахарного, мне нужно связаться с ними. Присмотришь пока за моей семьей, я в долгу не останусь.
– Вай зачем идти, какой гостиница-шминица… Ты тоже ложись, отдыхай, а я пошлю человека и он приведет ко мне Толика, который гостиницей заведует, но это уже утром.
– Сюда приведет?
– Да…
– Я догадывался, что ты с Сергеем больше чем просто шашлыком накормить, а после того как некие умелые ребята тебе помогли наезд Васи Кривого и Мусы стряхнуть, то еще больше убедился в этом.
– А как так получилось, что рядом с тобой этот Муса оказался? Плохой ведь человек, ну и шел бы в лес на большую дорогу, зачем себе взял его?
– Брат он мне по вере… был.
– Во-от, в том-то и дело, что был. У всех этот вера был, давно был, до Волны, – Араик похлопал по спине Аслана, – тэперь одна вера осталась, в людей, ты им или вэрищ или нэ верищ, вот и вэсь рэлигия. Хотел тебя расспросить про все, что тут происходит, но вижу, устал ты, завтра поговорим. Иди Аслан-джан, ложись спать, в соседней комнате кровать сторожа, он до утра все равно не ляжет. У меня нэплохая тут охрана, сейчас еще собак отпустим…
На рассвете всех разбудили звуки перестрелки, что разгорелась на южной дороге из Лесного, но перестрелка также внезапно стихла, как и началась. Не сказать, что люди привыкли к стрельбе, однако и переполоха эта перестрелка не наделала.
А в заведении Араика посетителей поубавилось – не хочет народ показывать, что есть свободные средства на роскошный обед или ужин, однако и Араик быстро сообразил что к чему, и немного изменил меню, добавив туда простые блюда на «быстрый перекус».
– Валик-джан, мангал и печь разжигай, – умывшись и вытираясь полотенцем, на узкую веранду вышел Араик, – и собак посади на цэп.
– Хорошо! – ответил подсобник, что посматривая в сторону дороги, прохаживался у низкого забора заросшего вьюном.
– Что, война войной, а обед по расписанию? – на веранде показался Аслан с молитвенным ковриком в руке.
– Да дорогой, чтобы не происходило, а человек всегда хочет кушать, я всю жизнь кормлю людей, уже нэ могу па другому. Ты ведь тоже, молишься, чтобы не происходило.
– Утренний намаз ценнее, чем весь этот мир, – Аслан вздохнул и добавил, – посланник Аллаха (салаллаху алейхи ва саллям) сказал: «Не отказывайтесь от совершения сунны утреннего намаза, даже если вас будет преследовать кавалерия».
– Интересный ты человек, Аслан-джан, – покачав головой, сказал Араик, – давай позавтракаем, и я за Толиком пошлю.
День 482
о. Сахарный
Рано утром, поблагодарив Полину Андреевну за завтрак, я отправился в форт. Мое семейство еще не проснулось, только Михалыч, чуть свет, испарился в сторону новой конюшни. Выехали на велосипедах вдвоем с Юрой, двое морпехов остались охранять дом Михалыча, точнее мою семью. Погано все-таки быть дома, и ожидать удара в спину – такие новые реалии, чтоб их…
Доехав до перекрестка у поселка, остановились. Я проводил взглядом «Аврору», что в сопровождении мотобота возвращалась с патрулирования акватории Сахарного.
– Все тихо было ночью, – прокомментировал Юра, тоже глядя в сторону пролива, – и на острове без происшествий.
– Хорошо… Ты спал вообще?
– Да перехватил пару часов, ничего, в форту покемарю после завтрака, пока ты с Макарычем будешь чаи гонять и совещаться.
Когда проезжали мимо школы и учебного центра, встретили Винода, он сидел на большом камне на обочине и, увидев нас, встал и пошел навстречу.
– Я жду вас, – индус немного поклонился, сложив ладони, на что Юра, чуть улыбнувшись, хмыкнул.
– Давно ждете? – я, не слезая с велосипеда, оперся ногой о землю и протянул Виноду руку.
– Второй день… эм… то есть, пытаюсь второй день вот так вас застать.
– Что-то срочное?
– Не то чтобы срочное, но очень необходимое.
– Слушаю вас, – я все же слез с велосипеда и жестом, предложив Виноду пройтись, покатил свой транспорт рядом с собой.
Винод старался говорить быстро, чтобы успеть выговориться, пока мы дойдем до ворот форта, он ошибался в падежах, склонениях, но я его понял. Винод просил разрешения покопаться на складах на предмет изучения номенклатуры всяких приборов и возможного оборудования, которое можно приспособить под метеостанцию. Еще просил инструменты, а также выделить какого-нибудь специалиста с техническим образованием, который умеет держать в руках паяльник.
– Со специалистами туго, Винод, в смысле мало очень у нас специалистов, – ответил я, наконец выслушав весь поток информации, когда мы остановились у ворот форта, – но по возможности постараюсь помочь.
– Спасибо, – Винод снова сложил ладони и потряс ими, – возможно, вы подумаете, над еще одним вопросом.
– Ему палец в рот не клади, – рассмеялся Юра.