Валентин RakkenOne – ЭХО ЗАБЫТЫХ ЗВЁЗД (страница 2)

– Я думаю, они нашли то, что искали. И это их убило. Или изменило настолько, что они перестали быть собой.

Дэниел несколько секунд молча смотрел на неё, затем кивнул.

– Держи это при себе пока. Команда и так напряжена. Но будь готова ко всему. Когда мы прибудем на станцию, я хочу, чтобы ты первым делом получила доступ к их центральному компьютеру и выгрузила все данные. Всё, что они записали за последние три месяца.

– Понял. А если компьютер повреждён?

– Тогда мы будем искать резервные носители. Чёрные ящики. Личные записи. Что угодно, что поможет нам понять, что произошло.

София кивнула, но тревога не исчезла. Напротив, она усилилась, расползаясь холодной дрожью по телу.

В своей каюте Дэниел не мог уснуть. Он лежал на узкой койке, уставившись в серый потолок, и думал о прошлом, которое предпочёл бы забыть.

Двенадцать лет назад он командовал транспортным судном "Икар", перевозившим колонистов на Новую Терру. В пути случилась авария – взрыв в реакторном отсеке. Дэниел принял решение эвакуировать пассажиров, пожертвовав частью груза и почти всеми резервами топлива. Они выжили, дотянув до ближайшей станции на минимальной тяге.

Расследование признало его действия героическими. Но один факт не давал покоя: за секунду до взрыва все приборы показывали нормальные значения. А потом – будто кто-то щёлкнул выключателем – катастрофа.

Официальная версия говорила о скрытом дефекте в топливных магистралях. Но Дэниел помнил то мгновение с пугающей ясностью. Помнил, как перед взрывом увидел на мониторе странное мерцание – паттерн, который не должен был там быть. Геометрическая фигура, похожая на спираль или символ неизвестного языка.

Тот же символ он увидел в досье станции "Хронос", в одной из схем эхо-сигналов.

Совпадение? Он не верил в совпадения.

Где-то на корабле заскрипела переборка – обычное дело для судна, летящего на околосветовой скорости. Но этот звук показался Дэниелу зловещим. Словно "Прометей" сам предупреждал их, советуя повернуть назад.

– Слишком поздно, – прошептал Дэниел в пустоту своей каюты. – Мы уже почти там.

Часы на стене показывали 03:47 по корабельному времени. До прибытия оставалось десять часов. Дэниел закрыл глаза, пытаясь заставить себя отдохнуть. Но сон не шёл. Вместо него приходили образы – обрывки снов или видений, он не мог понять точно.

Он видел станцию "Хронос", дрейфующую в пустоте. Окна светились тусклым красным светом. Внутри коридоров двигались тени – человекоподобные, но неправильные, будто искажённые невидимой линзой. И звук. Постоянный, монотонный гул, который проникал в кости и заставлял зубы вибрировать.

Дэниел резко открыл глаза. Сердце колотилось. Он был весь в холодном поту.

– Просто нервы, – сказал он себе вслух, словно звук собственного голоса мог развеять страх. – Ты видел и не такое.

Но глубоко внутри он знал правду: то, что ждало их на станции "Хронос", было чем-то новым. Чем-то, с чем человечество ещё не сталкивалось.

И они летели прямо в это неизвестное.

Утро на корабле начиналось с брифинга. Вся команда собралась в ходовой рубке, и Дэниел обрисовал план действий.

– Через девять часов мы выйдем на орбиту Кассандры-7. Станция находится на стационарной орбите вокруг четвёртого спутника газового гиганта. Наша задача – стыковка, обследование станции, эвакуация выживших если таковые есть, и извлечение научных данных. – Он сделал паузу, оглядывая лица своих людей. – Хочу прояснить: мы не знаем, что там произошло. Поэтому соблюдаем максимальную осторожность. Томас, ты вооружаешь всю высадочную команду. Стандартные протоколы первого контакта.

– Принято, – кивнул Блэквелл. – Я уже подготовил комплекты. Импульсное оружие, бронежилеты, сканеры.

– София, как только мы состыкуемся, твой приоритет – центральный компьютер. Нужен полный дамп данных за последние шесть месяцев.

– Есть, капитан.

– Елена, ты идёшь с нами. Проверь медблок станции, возьми образцы биоматериалов если найдёшь что-то необычное. Маркус, ты остаёшься на "Прометее". Держи корабль в режиме быстрого старта. Если что-то пойдёт не так, мы должны иметь возможность немедленно отстыковаться.

– А я? – спросил Олег.

– Ты помогаешь Маркусу. И следишь за теми квантовыми флуктуациями. Любые изменения – немедленно докладывай.

Все кивнули. Профессионализм брал верх над страхом.

Следующие часы прошли в подготовке. Томас проверял оружие с педантичностью хирурга. София обновляла программы взлома и дешифровки. Елена упаковывала медицинское оборудование. Маркус и Олег калибровали навигационные системы и готовили стыковочные механизмы.

Дэниел большую часть времени провёл в капитанской рубке, изучая схемы станции "Хронос". Это была внушительная конструкция – три соединённых модуля общей длиной почти полкилометра. Центральный модуль содержал жилые помещения, медблок, столовую и системы жизнеобеспечения. Западное крыло было лабораторным – именно там размещалось оборудование для изучения эхо-сигналов. Восточное крыло служило энергетической станцией и содержало реактор, системы связи и запасы.

Если что-то пошло не так, логично было бы начать с жилого модуля. Там могли быть выжившие. Или хотя бы ответы.

– Капитан, – голос Олега прозвучал по внутренней связи, – мы выходим из последнего прыжка. Кассандра-7 визуализируется на экранах.

Дэниел поднялся и вернулся на мостик. На главном дисплее разворачивалась панорама системы. Огромный газовый гигант цвета ржавчины занимал половину обзора. Вокруг него вращались двенадцать спутников разных размеров. Четвёртый – серый безжизненный шар – был их целью.

– Сканирую орбиту, – доложила София. – Есть сигнал! Станция "Хронос" на месте. Дрейфует в пределах заданных параметров.

– Признаки жизни?

– Проверяю… – её пальцы забегали по панели. – Температура внутри станции двадцать один градус. Атмосфера присутствует. Давление в норме. Но… странно. Я не регистрирую ни одного биосигнала.

– Ни одного? – переспросил Дэниел. – На станции было восемнадцать человек.

– Я знаю. Но сканеры показывают ноль. Либо все мертвы, либо…

– Либо что-то блокирует сканирование, – закончил Томас, появляясь на мостике в полной боевой экипировке.

– Готовимся к стыковке, – приказал Дэниел. – Олег, веди нас к доковому узлу номер один. Плавно и аккуратно.

– Есть, капитан.

"Прометей" величественно развернулся, ориентируясь носом к станции. Сквозь иллюминаторы теперь были видны детали: панели солнечных батарей, антенны связи, шлюзовые камеры. Огни внутри станции горели, создавая обманчивое ощущение жизни. Но что-то было не так. Дэниел не мог объяснить словами, но чувствовал это нутром.

Освещение было неравномерным. Некоторые секции сияли, другие погружены в полумрак. И окна… В одном из окон жилого модуля он мог поклясться, что увидел силуэт. Человеческий силуэт, который стоял совершенно неподвижно, будто наблюдая за их приближением.

– София, направь камеру на жилой модуль, сектор С, окно номер семь, – скомандовал он.

Изображение на экране изменилось, увеличивая указанную область. Окно было пустым. Только отражение звёзд в стекле.

– Ничего нет, капитан, – сообщила София.

– Я видел кого-то, – настаивал Дэниел, но звучало это неуверенно даже для него самого.

– Возможно, игра света, – предположила Елена, тоже поднявшаяся на мостик. Она была в защитном костюме, медицинская сумка висела через плечо. – Усталость влияет на восприятие.

Может, она и была права. Но Дэниел решил держать ухо востро.

Стыковка прошла безупречно. Механические защёлки вошли в зацепление с характерным лязгом, и "Прометей" прочно соединился со станцией "Хронос". София сразу начала проверять герметичность соединения.

– Шлюз запечатан. Атмосферное давление выравнивается. Воздух на станции… – она нахмурилась, – пригоден для дыхания. Кислорода двадцать процентов, азота семьдесят восемь, остальное инертные газы. Никаких токсинов.

– Значит, системы жизнеобеспечения работают, – пробормотал Маркус. – Но где люди?

Никто не ответил.

Высадочная группа из четырёх человек – Дэниел, Томас, София и Елена – собралась у внутреннего шлюза. Они проверили снаряжение, оружие, связь. Томас активировал видеорегистраторы на их шлемах – всё происходящее будет записываться и транслироваться на "Прометей".

– Маркус, Олег, вы остаётесь на связи, – сказал Дэниел. – Любые проблемы – сразу сообщаете. Если потеряем связь на дольше пяти минут, инициируйте протокол эвакуации.

– Понял, – подтвердил Маркус, хотя в его голосе слышалось беспокойство.

Дэниел ввёл код открытия шлюза. С шипением сжатого воздуха тяжёлая дверь начала подниматься. За ней был переходной тоннель – труба из армированного пластика длиной около десяти метров, соединяющая "Прометей" со станцией.

Они двинулись вперёд. Шаги гулко отдавались в замкнутом пространстве. Ничего необычного. Стандартный доковый тоннель, каких сотни в колонизированных системах.

Но когда они достигли противоположного конца и Дэниел открыл шлюз станции, их встретила тишина.

Не просто отсутствие звуков. Тишина была абсолютной, давящей, словно сама станция затаила дыхание. Коридор, в который они вошли, был освещён тусклыми аварийными лампами. Стены окрашены в стандартный серый цвет, на полу – противоскользящее покрытие. Всё выглядело обычно.

Слишком обычно.