Валентин Постников – Веселый двоечник (страница 2)

– Эх вы, трусишки, – засмеялась Настя. – Вот мне, например, нисколечко не страшно.

– Все мальчишки – трусы, – добавила Оля. – Только на словах смелые.

– А вот он заколдует вас, будете знать, – слабым голосом ответил Вадик.

А гипнотизёр тем временем стал рассказывать нам со сцены разные увлекательные истории про гипноз. Оказывается, с помощью гипноза можно вылечить от заикания, а труса сделать смелым. Дяденька гипнотизёр даже рассказал, как он однажды так загипнотизировал одного мальчика, что тот перестал бояться змей и пауков. А раньше начинал плакать, даже если видел их только на картинке. А после сеанса гипноза этот мальчик даже попросил маму с папой купить ему большого африканского паука-птицееда и поселил его в своей комнате, в аквариуме. Мальчик сам кормил паука и ухаживал за ним. Вот что с людьми гипноз делает!

Было довольно интересно. Я даже забыл на какое-то время, что гипнотизёр из меня отличника делать будет.

– Ну, а теперь мне нужен доброволец! – неожиданно сказал гипнотизёр. – Желательно двоечник.

Ребята почему-то сразу посмотрели на меня, словно я был единственный двоечник во всей школе.

– Ну, что же вы, ребята? – выкрикивал гипнотизёр со сцены. – Не бойтесь. Есть доброволец?

– Что вы на меня уставились? – зашипел я на ребят. – Я не доброволец.

– Иди, Сенька, не бойся, – сказал Вадик. – Если станешь отличником, отец тебе новый велосипед купит.

«А ведь верно, – подумал я. – За пятёрки папа мне не только велосипед, а всё, что захочу, купит. И мячик, и боксёрские перчатки… и велосипед».

– Я доброволец! – выкрикнул я и побежал на сцену.

– Садись на стул, – предложил гипнотизёр. – Вот сюда, прямо напротив меня. И смотри мне прямо в глаза. А вы, ребята, не шумите. Сейчас я его усыплять буду. Я начинаю считать. Раз! Два! Три!.. Твои веки тяжелеют…

Мне и в самом деле вдруг страшно захотелось спать.

– Четыре! Пять! Ты засыпаешь…

Всё, дальше ничего не помню. Ребята мне потом сказали, что я уснул и даже тихонечко стал похрапывать. А гипнотизёр в это время ходил вокруг меня кругами, махал руками и всё время повторял:

– Ты отличник! Отличник! Ты – круглый отличник!

А потом сказал:

– Раз! Два! Три! Проснись!

На следующий день я получил по разным предметам сразу три пятёрки. Такого со мной ещё никогда в жизни не случалось. Просто чудо какое-то!

– Значит, гипноз действительно существует, – сказал нам Вадик по дороге домой. – Раньше я не верил, но теперь верю. Чудеса, да и только.

– Интересно, как это у него получилось? – спросил Димка. – Он что, волшебник?

– Это не волшебство, а наука, – сказал Никита. – Эх вы, темнота!

– Сенька, а ты помнишь, что с тобой было на сцене? – спросил Димка.

– Помню, что заснул, и мне тут же новенький красивый велосипед приснился, – ответил я. – И ролики, и настольный хоккей, и футбольный мяч. И так мне захотелось всё это иметь, что я пришёл домой и впервые в жизни выучил все уроки. Теперь буду каждый день готовить домашнее задание и получу всё, о чём мечтаю. Вот вам и весь гипноз!

Раньше я был весёлым двоечником, а теперь стану самым весёлым отличником! Это я твёрдо решил!

Жених из 3 «Б»

Вчера днём, на уроке математики, я твёрдо решил, что мне пора жениться. А что? Уже в третий класс хожу, а невесты у меня до сих пор нет. Когда же, если не сейчас? Ещё пара лет – и поезд уйдёт. Вот папа мне часто говорит: «В твои годы, Семён, некоторые уже полком командовали». И это правда.

Но сначала я всё-таки должен жениться. Об этом я и сообщил своему лучшему другу Петьке. Он со мной за одной партой сидит.

– Ты абсолютно прав, – решительно сказал Петька Кукушкин. – На большой перемене будем тебе невесту выбирать из нашего класса.

На перемене мы с ним первым делом составили список невест и стали вместе выбирать, на ком же из них мне лучше жениться.

– Ты, Сём, женись на Светке Федуловой, – посоветовал Петька Кукушкин.

– Почему на Светке? – удивился я.

– Чудак! Она же отличница! – воскликнул Петька Кукушкин. – Будешь у неё всю жизнь списывать.

– Нет, – говорю. – На Светке неохота. Она же зубрила. Заставит и меня всё время уроки учить. Будет шнырять по квартире, как заводная, и ныть противным голосом: «Учи уроки, учи уроки…»

– Вычёркиваем! – сразу согласился Петька Кукушкин.

– А может, мне на Соболевой жениться? – спрашиваю я.

– На Насте?

– Ну да. Она ведь живёт рядом со школой. Мне провожать её будет удобно, – говорю. – Не то что Катька Меркулова – за железной дорогой живёт. Если я на ней женюсь, что же, мне всю жизнь за ней в такую даль таскаться? Мне мама вообще не разрешает в том районе гулять.

– Верно, – покачал головой Петька Кукушкин. – Но у Настиного папы машины нет. А вот у родителей Машки Кругловой есть, самый настоящий «Мерседес»! Будете на нём в кино ездить.

– Но ведь Машка толстая.

– Ты видел когда-нибудь «Мерседес»? – спросил Петька Кукушкин. – Туда три Машки влезут.

– Да дело не только в этом, – говорю. – Машка мне просто не нравится.

– Тогда давай на Ольге Бубликовой тебя женим. Знаешь, как у неё бабушка готовит? Пальчики оближешь! Помнишь, Бубликова нас бабушкиными пирожками угощала? Ох, и вкусные. С такой бабушкой не пропадёшь. Даже в старости.

– Не в пирожках счастье, – говорю.

– А в чём же? – удивился Кукушкин.

– Мне бы на Варьке Королёвой жениться. Вот это да!

– А что у Варьки есть? – снова удивился Петька. – Ни пятёрок, ни «Мерседеса», ни бабушки. Что это за жена такая?

– Зато у неё глаза красивые!

– Ну, ты даёшь! – засмеялся Петька Кукушкин. – В жене самое главное – приданое. Это ещё великий русский писатель Гоголь сказал, я сам слышал. А что это за приданое такое – глаза? Смех, да и только.

– Ничего ты не понимаешь, – улыбнулся я. – Глаза – это и есть приданое. Самое лучшее!

Тем дело и кончилось. Но жениться я не передумал. Так и знайте!

Прививка от страха

Больше всего на свете я боюсь уколов. Просто кошмар какой-то. Как представлю шприц с длинной тонкой иголкой, мне сразу дурно становится.

Надо мной даже папа смеётся:

– Из тебя, Семён, ни за что космонавт не получится. Потому что в космические полёты берут только самых смелых и отважных, а ты уколов боишься. Трусы в космосе не нужны! Трусишек не берут в космонавты!

А я папе отвечаю:

– Я совсем не трус, просто боюсь уколов!

Как назло, вчера у нас в школе как раз делали прививки от гриппа. Сказали: всех детей будут прививать в обязательном порядке. Я как услышал про это, чуть со стула не упал. Мне ещё никогда в жизни не делали прививок.

– Говорят, это очень больно, – поправив очки, сообщил Толик. – Я знаю точно!

– Некоторые прямо во время укола сознание от боли теряют, – внимательно посмотрев на меня, сказала Светка Пятёркина. – Особенно такие трусы, как ты, Рыжиков!

– Подумаешь, сознание! – стал запугивать всех Федька. – У некоторых от страха ноги отнимаются. Они потом две недели ходить не могут.

– А ещё бывает, от боли так кричат, что потом целый год говорить не могут, – поддакнул Андрей.

– Слушайте, может, нам сбежать из школы? – предложил я. – А что? Вылезем в окно – и дёру.

– Ты что, Семён, забыл, что наш класс на втором этаже? – покрутил пальцем у виска Толик. – Расшибёмся.