Валентин Огудин – Шаман и знахарь. Русская и хакасская народная медицина (страница 3)

Травник, травница – тот, кто занимается сбором лечебных трав и знает способы их применения.

Рудомет – знахарь, лечащий кровопусканием.

Костоправ – знахарь, умеющий править переломы и вывихи.

Прижигатель – тот, кто занимался жежением, т. е. прижигал участки кожи больного металлическим предметом или трутом.

Заволочник – тот, кто с лечебной целью заволакивал (протягивал) с помощью специальной иглы под кожей больного тесемку или шнурок.

Очных дел мастер – знахарь, лечащий глаза.

Кильных дел мастер – знахарь, вправляющий грыжи (килы).

Правильщик – тот, кто правит, т. е. ставит на место опущенные (сорванные) внутренние органы посредством горшка, играющего роль медицинской банки, или специального массажа.

Трихи – те, кто трет, т. е. массажистки в банях или печах.

Предположение о том, что славянские колдуны являлись по своей сути шаманами, неоднократно высказывалось отечественными учеными. В частности Н. А. Никитина (1927) в статье «К вопросу о русских колдунах» провела параллель между колдовством и шаманством:

…колдун действует при помощи высшей нечистой силы – дьявола, который дает ему помощников. Помощники эти могут быть и в образе животных. Аналогию этому представляют, с моей точки зрения, дух-покровитель и духи-помощники шамана. … Силу свою как колдун, так и шаман получают или наследственно, или преемственно. Колдуны, как и шаманы, исполняют функции гадателя, заклинателя и лекаря. Характерным действием обоих является порча. Есть сведения, что колдун действует в состоянии исступления, которое можно сопоставить с экстазом шамана. Оба употребляют приемы, основанные на принципе первобытной магии.[13]

С. А. Токарев (1957) тоже отметил:

Есть указания на шаманские обряды, устраивавшиеся волхвами: ранние христианские поучения говорят о «вертимом плясании»; преподобный Никон упоминает о «кудеснике», который «лежаше оцеп» (в оцепенении).[14]

Нельзя утверждать, что нервно-психическое состояние, именуемое «шаманской болезнью», было присуще только азиатским народам. Наследственная склонность некоторых людей к спонтанному вхождению в измененные состояния сознания (ИСС), редко проявляющаяся с детства, по мере гормонального развития в возрасте 20–25 лет приводит к изменениям в их психике и к психосоматическим заболеваниям, плохо объяснимым с позиций современной медицины. Единственным избавлением от «шаманской болезни» является сознательное, целенаправленное вхождение в ИСС. В далеком прошлом повсеместно существовали социальные институты, основанные на традиционном шаманском (мистическом) мировосприятии, куда попадали страдающие люди, проходили обучение динамической медитации и использовали свои экстраординарные качества на благо общества (целительство), спасая тем самым себя от самих себя. Шаман не волен избавиться от своих «духов», поскольку это равносильно разрушению структуры личности. Ему пожизненно приходится быть «оседланным», хотя с возрастом влияние «духов» ослабевает. Можно предположить, что проявление скрытых генетических способностей потенциальных шаманов сильно провоцирует неблагоприятная социальная среда. Поэтому в неблагоприятные времена появляется много экстрасенсорно одаренных молодых людей.

Христианская среда была крайне неблагоприятна для колдунов – людей, постоянно находившихся в пограничном состоянии между духами (объявленными нечистыми) и людьми. Тем самым объясняется их асоциальное поведение – попирание креста при посвящении, пугающее поведение, неопрятный вид и подчеркнуто вредоносные магические действия, получение выгоды за их устранение. В народе сохранилось немало представлений о колдунах, зафиксированных этнографами, позволяющих написать их внешний портрет, хотя последний может не отражать их внутреннее содержание.

Мужчину, обладающего колдовской силой, называют колдуном, а женщину – колдуньей или ведьмой. Считается, что она гораздо слабее и не так опасна, как колдун мужчина. Этнографы отмечали, что в селах колдунов было больше, чем колдуний.

Природные, или прирожденные, колдуны, по разным взглядам, рождались от колдуна, либо от союза женщины с дьяволом, либо это ребенок, проклятый матерью в утробе, либо это внебрачный ребенок в третьем поколении внебрачных девок, который сразу появляется на свет с хвостом. Ребенка, родившегося колдуном, местами называли «рожак» – т. е. «уроженец».

Невольные колдуны становятся такими из-за того, что тяжело умирающий колдун передал им свою силу. Для того чтобы это произошло, колдун должен прикоснуться к ничего не подозревающему человеку, или дать ему какой-либо свой предмет, или поймать его на неосторожно сказанное слово. Считается, что для невольного колдуна возможно покаяние и спасение, их отчитывают священники и отмаливают в монастырях. Нередко невольные колдуны становились знахарями-зелейниками.

Добровольные колдуны, или колдуны по убеждению – это люди, которые по собственной воле стремились обрести колдовскую силу по договору с нечистой силой.

Случайные колдуны считались таковыми из-за странностей: физических увечий, или недостатков, или от принятого образа жизни.

Природные (родимые) и ученые ведьмы и колдуньи. Первые получали свои способности чаще всего по материнской линии и отличались наличием небольшого хвоста. Они считались менее вредными, чем ведьмы «ученые», которые развили свои способности от учителей через посвящение или путем самообразования.

Двоедушники (оборотни) – это колдуны или ведьмы, имеющие в своем теле два сердца и совмещающие две души – одну человеческую, а другую демоническую. Таковыми считались зачатые во время месячных или рожденные женщиной, которая во время беременности позволила себе посмотреть на священника во время великого выхода с чашей для причащения. В некоторых местах полагали, что если в семье подряд рождаются одни девочки, то седьмая обязательно станет двоедушником. Ведьмы-двоедушницы способны оборачиваться свиньей, летучей мышью, собакой, мышью, кошкой или предметом – кочергой, колесом и пр. Колдун-двоедушник перекидывался в пса, коня, зайца, летучую мышь, кота и т. п.

Для того чтобы стать колдуном и обрести необыкновенные способности, требовались обучение у старого опытного колдуна и договор с нечистой силой. Необходимо было пройти обряд отречения от Бога и Царства Небесного и продать свою душу нечистому. Для этого снимали крест и попирали его пяткой, или переворачивали икону ликом вниз и наступали на нее ногами, или плевали на причастие, иногда стреляли в него. Обряд проводился глубокой ночью в бане или на перекрестке дорог. Грамотные подписывали договор с чертом кровью, а неграмотные клялись или кувыркались через воткнутые в землю ножи. После этого колдун получал в услужение чертенят, которыми распоряжался по собственному усмотрению, но для недобрых дел. Черти постоянно требовали работы и, если ее не находилось, мучили своего хозяина, заставляя совершать неблаговидные поступки. В момент колдования колдун впадал в исступленное состояние.

Жилье колдунов представляло собой маленькие, скособочившиеся, всегда запертые избенки на самом краю деревни. Внешний вид колдунов описывали по-разному. В одном случае они не отличались от обычных людей, только, так же как и ведьмы, отбрасывали две тени. В другом случае колдуны были все безродными холостыми неуживчивыми стариками, с длинными седыми волосами, с неопрятными нечесаными бородами и с длинными никогда не стриженными грязными ногтями. Днем они спали, а по ночам бродили, вооружившись длинными палками с железным крюком на конце. И зимой и летом надевали овчинный полушубок, подпоясанный кушаком. Были строги, угрюмы и неразговорчивы, смотрели исподлобья недобрым «волчьим взглядом». Плату вымогали. Охотно и помногу пили водку. Свою деятельность колдуны скрывали от людей и окутывали ее непроницаемой тайной, самоутверждаясь и подавляя окружающих. Чтобы произвести наибольшее впечатление, они творчески подходили к выбору приемов и средств, а также наилучшего времени для реализации действия. В церковь колдуны почти никогда не ходили и если и делали это, то только из страха перед высшими силами, да и то по большим праздникам.

Вред от колдуна и ведьмы, по поверьям, направлен на людей, животных и урожай. Порча, насылаемая на людей, приводит к грыжам, нарывам, женским и детским болезням, нервным и психическим срывам, эпилепсии, а также к разрушению супружеского счастья, семейным ссорам, алкоголизму и пр. Чтобы испортить человека насмерть, колдун добывал его волосы, или часть одежды, или землю со следа, смешивал с воском или глиной, лепил человеческую фигурку, которую укладывал в гробик, закапывал и придавливал камнем. Иногда фигурку лепили без добавок, нарекая ее именем человека, которого чаровали на смерть. Производили колдуны также присуху, или приворот. Для этого наговор произносился над пищей, которую должен был съесть приворачиваемый человек, или над предметом его одежды. Использовались и специально изготавливаемые приворотные снадобья, в состав которых входили особые травы, мясо лягушки, кровь, а также пот и другие выделения привораживающего.

От колдунов была и некоторая польза, поскольку они могли изгонять и унимать нечистую силу – разгулявшихся домовых или кикимор, поселившихся в какой-либо избе. Они могли быть полезны при поиске пропажи, указав на похитителя или на место, где пропажа находится. За хорошие подношения сильные колдуны могли прервать беременность, или убрать причиненную ими же порчу или болезни, или исправить порчу, наведенную другим колдуном, вернув ее наславшему. В результате между колдунами могла возникнуть борьба, иногда завершающаяся смертельным исходом одного из них. Но действовали колдуны с помощью злого духа, заставляя своего пациента во время творимого колдовства снимать крест.