Валентин Мзареулов – От СМЕРШа не уйти. Розыск агентуры противника в советском тылу (страница 25)

Анализом показаний разоблаченной вражеской агентуры устанавливается активная деятельность германских разведывательных органов по заброске в тылы наших войск их агентуры.

На участке Южного фронта эта деятельность проводилась главным образом в заброске массовой квалифицированной агентуры с разведывательными целями, с диверсионными заданиями и с заданиями проведения разложенческой работы среди военнослужащих и гражданского населения.

Деятельность немецкой разведки на участке Южного фронта характеризуется двумя периодами: наступлением немцев (август – ноябрь) и их отступлением (декабрь – март).

В период наступления немцы свою разведывательную деятельность подчиняли общим наступательным планам германского командования. Поэтому в августе – ноябре вся задержанная нами вражеская агентура направлялась противником с заданием проведения главным образом диверсий, создания паники, сбора сведений, характеризующих состояние воинских частей, ведущих боевые действия против немцев, и для разложенческой работы среди военнослужащих.

В период отступления немецких войск германская разведка развернула большую деятельность по оставлению на оседание на освобожденной Красной Армией территории своей агентуры. Арестованные и разоблаченные нами в декабре – марте агенты показали, что они были оставлены немцами с заданием проведения подрывной фашистской пропаганды. Часть же агентуры получила задание пробраться в глубь страны и собирать сведения о вновь формируемых частях Красной Армии, о людских, промышленных и продовольственных резервах страны, о том, как быстро и где восстанавливаются промышленные объекты и коммуникации.

Для разведывательной работы немцы привлекали в основном бывших военнослужащих Красной Армии, попавших в плен, а также гражданских лиц, скомпрометировавших себя перед Советской властью или оказавшихся в трудных материальных условиях.

Из общего числа арестованных: 25 агентов – бывший командно-начальствующий состав, 223 – бывшие бойцы и младшие командиры Красной Армии.

Наиболее квалифицированная агентура противника прошла специальную подготовку в разведывательных и диверсионных школах. За август-март нами задержано 14 человек такой агентуры.

В целях поимки вражеской агентуры непосредственно на линии фронта нами было уделено большое внимание службе заграждения. За это время на линии фронта поймано 63 агента, переброшенные немцами.

Учитывая то обстоятельство, что немцы в качестве канала для заброски своей агентуры используют сборно-пересыльные пункты, госпитали и эвакопункты, нами были приняты контрмеры, в результате чего на сборно-пересыльных пунктах и в тылу было разоблачено 162 шпиона.

Агентурным путем арестовано 76 человек, причастных к органам германской разведки. Характерно, что все обученные агенты явились в наши органы с повинной. Таких нами было задержано 16 человек.

Среди агентуры противника, явившейся с повинной, 5 человек были диверсантами, прошедшими специальную подготовку в Полтавской диверсионной школе.

В конце августа 1942 г. в Особый отдел НКВД фронта были доставлены явившиеся с повинной немецкие диверсанты Еремин, Митрофанов и разведчик Сухомлинов[40].

Все трое были выброшены на парашютах с самолета в районе с. Никольское Сталинградской области.

Еремин и Митрофанов получили задание взорвать Каменно-Ярскую переправу через Волгу и ж.д. полотно, проходящее по восточному берегу реки. Для выполнения заданий немецкой разведки они получили взрыввещества, приборы для производства взрывов, пистолеты, ножи, а для свободного продвижения по тылу Красной Армии – фиктивные документы.

Сухомлинов имел задание – собрать данные о пропускной способности ст. Баскунчак и установить количество войск и вооружения, направляемого на фронт, в Сталинград. Сухомлинов был снабжен картой района наблюдения, пистолетом и фиктивными документами.

Показаниями Еремина и Митрофанова было вскрыто наличие двух школ немецкой разведки в г. Полтаве, а показаниями Сухомлинова получены новые данные о Варшавской школе германской разведки.

Накануне наступления немцев на Сталинград германская разведка усиленно начала забрасывать к нам свою агентуру с задачей проведения разложенческой работы среди военнослужащих и агитации среди населения – не эвакуироваться в тыл страны и препятствовать вывозу промышленного оборудования. Об этом свидетельствуют показания арестованных нами немецких агентов.

21 августа 1942 г. на участке 64‑й армии были задержаны следовавшие в тыл под видом вышедших из окружения Гудков, Щербаков, Морозов, Худов, Коробкин и Косенков. В процессе следствия было установлено, что перечисленные лица, попав в окружение, а затем в плен, 18 августа 1942 г. были завербованы германской разведкой в лагере военнопленных на хуторе Дубовский и 20 августа переброшены в расположение частей Красной Армии. Все 6 агентов получили от немцев задание: перейдя линию фронта, среди военнослужащих и гражданского населения проводить профашистскую пропаганду (восхвалять немецкую армию и установленный немцами порядок на временно оккупированной территории), а также склонять менее устойчивую прослойку населения не эвакуироваться из города и предупреждать уничтожение военных объектов частями Красной Армии при оставлении города.

Наше наступление, начавшееся 19 ноября, явилось для немцев неожиданным, и поэтому германская разведка в этот период через свою агентуру пыталась установить планы советского командования, численность вооружения и количество соединений, находившихся на фронте и в оперативном резерве.

Арестованные 10 декабря прошлого года германские агенты Борисов и Марков, обучавшиеся в Варшавской школе немецкой разведки, показали, что они были направлены из с. Тормосино немецким штабом в район ст. Генеральское с целью разведать численность и вооружение наступавших частей Красной Армии.

Период декабрь – март характерен оставлением германской разведкой своей агентуры на оседание в местах, освобожденных частями Красной Армии. При освобождении частями Красной Армии с. Дубовское в январе сего года Особым отделом НКВД 2‑й гвардейской армии была задержана в лагере военнопленных большая группа бывших военнослужащих Красной Армии.

После фильтрации этой группы на сборно-пересыльном пункте среди задержанных было арестовано 12 человек, служивших у немцев в качестве переводчиков, полицейских и т. д. В числе арестованных были: Гельфанд Иосиф Хаймович, Воропаев Василий Константинович, Колупаев Федор Васильевич[41] и др.

Следствием было установлено, что вышеуказанные лица, состоя на службе у немцев, по мере передвижения германских частей на восток следовали долгое время с «дулагом-124»[42], зверски относились к военнопленным, пользовались большим авторитетом у офицеров гестапо и полевой жандармерии.

[…]

…Все они под тяжестью неопровержимых улик сознались в принадлежности к немецким разведорганам, по заданию которых остались в лагере с целью проникновения затем в части Красной Армии.

Немецкая разведка оставляла на оседание также и наиболее ценную, обученную агентуру. Так, 5 февраля сего года на участке 44‑й армии были задержаны явившиеся с повинной 5 немецких агентов-радистов – Чихалин (кличка «Черевин»), Клячин (кличка «Кузьмин»), Савичев (кличка «Соколов»), Заверенко (кличка «Зверенко») [43] и Давыдов (кличка «Портнов»).

Как было установлено по их показаниям, все они, закончив Варшавскую школу агентов-радистов, 3 февраля были доставлены на самолете из г. Варшавы в г. Ростов. Из Ростова их доставили в г. Таганрог, где передали в распоряжение обер-лейтенанта немецкой разведки, работавшего под псевдонимом «Пушкин»[44] и представлявшего на Южном фронте разведорган, условно именуемый «Валли». «Пушкин» доставил всех их в с. Кубей и предложил после оставления немцами этого села проникнуть в заданные города, а именно: «Черевин» – в Майкоп, «Соколов» – в Пятигорск и «Кузьмин» – в Сальск, и приступить к выполнению задания. «Портнов» и «Зверенко» использовались как напарники «Черевина» и «Соколова».

Трое агентов были снабжены рациями, имели ключи, позывные и обусловленное время работы станции. Каждый из своего пункта должен был передавать сведения о вновь формирующихся частях Красной Армии, о вооружении, национальном и возрастном составе, о передвижениях войск и их маршрутах. Последующие задания они должны были получать по радио.

Каждому агенту немцы выдали по 10 тыс. рублей, 10‑дневный запас продуктов, оружие. Для движения по тылу Красной Армии – свидетельство об освобождении от воинской службы, паспорт и трудовую книжку.

В последнее время немецкая разведка, направляя агентуру в наш тыл, тщательно ее легендирует, перебрасывает под видом партизан или их связных. Об этом свидетельствуют показания разоблаченного нами агента Шулепова.

На допросе он сознался, что 6 февраля сего года был послан немецким офицером по кличке «Дон» в Азовский район, где должен был явиться к представителю советского командования и дать ему дезинформационные данные о численности и вооружении немецких войск, находившихся в г. Таганроге. Отведя от себя этим подозрение, он должен собрать данные разведывательного характера о частях Красной Армии. Согласно полученной легенде Шулепов должен был заявить представителю советского командования, что его послал сообщить данные о численности немецких войск в г. Таганроге командир партизанского отряда Авдашев. Для подтверждения этой легенды разведкой противника Шулепову была выдана фиктивная справка о его причастности к советским партизанам.