Валентин Мзареулов – Красная капелла. Страшный сон гестапо (страница 42)
В доме устраивается засада. Первый посетитель – владелец особняка. Он хочет получить арендную плату. После проверки его отпускают. Второй – небритый, давно не мывшийся оборванец. У него в руках корзина с кроликами. Мужчина объясняет, что давно поставляет кроликов проживающим в доме. Его прогоняют пинками. Позже выяснится, что это был… Большой шеф. У третьего визитера документы на имя Карлоса Аламо. При обыске у него обнаружены несколько шифровок. Щелкают наручники.
Центр разведывательной сети в Брюсселе прекратил существование. В жаргоне сотрудников фашистских контрразведывательных служб появляется термин «Красная капелла».
После облавы на улице Атребат Кент запаниковал. Треппер отправляет его в Марсель и держит в резерве. Большому шефу необходимо знать, что немцам удалось выведать у арестованных. Он формирует специальную группу. Ее задача – собрать сведения о поведении арестованных. От подкупленных охранников тюрьмы становится известно о молчании Аламы, Камилла и Софи Познанской, о показаниях Риты Арну. На повестку дня становится вопрос о реорганизации бельгийской сети. Кто возглавит работу в Брюсселе? Кент и Аламо вне игры; место Треппера – Париж. Москва назначает руководителем в Брюсселе Константина Ефремова (оперативный псевдоним Эрик Хорнстрем). Ко времени провала на улице Атребат он уже два года проживает в Бельгии под видом студента политехнического института, выходца из Финляндии. Ефремов и Треппер знакомы. Бельгийская сеть законсервирована. Берлинская организация также парализована. У Большого шефа нет радиостанции – генерал Суслопаров вместе с советским посольством отозван в Москву. Единственный выход – обратиться к французским коммунистам. Леопольд Треппер на свой страх и риск вступает в контакт с представителями Коммунистической партии Франции. Это происходит в феврале 1942 года, через два месяца после провала на улице Атребат.
В мае 1942 года прошедшие усиленную подготовку в советской разведшколе Эрна Эйфлер и Вильгельм Феллендорф десантированы над Восточной Пруссией. Оба – опытные подпольщики. Эрна работала рабкором в Германии и состояла в организации, подобной той, которой во Франции руководил Фантомас. Затем она выполняла различные миссии в Вене, Шанхае, Голландии и Англии. Феллендорф, бывший офицер интербригад, работал в Чехословакии, Бельгии и Голландии. Им необходимо добраться к надежным друзьям в Гамбург.
При десантировании Эрна и Вильгельм потеряли передатчик. Хотя им и удалось беспрепятственно добраться до своих друзей, наладить связь с Берлином долгое время не получается. В июле 1942 года они все еще находятся в Гамбурге. К этому времени активируется французская сеть Красной капеллы. Ее передатчик подолгу работает в эфире. 3 июня 1942 года сотрудники гестапо вламываются в дверь дома в Сен-Жермене. Прямо у передатчика схвачены радист Херш Сокол и его супруга Мира. На допросах она назовет один из псевдонимов Леопольда Треппера – Жильбер.
После этого провала Большой шеф приказывает Ефремову начать работу с одним из двух уцелевших в Брюсселе передатчиков. Шесть месяцев прошло со дня облавы на улице Атребат, и Треппер полагает, что в Брюсселе уже не так опасно. Передатчик работает ночами по нескольку часов подряд, и немцы устанавливают его местоположение. 30 июня 1942 года прямо за работой арестован Иоган Венцель. В руки гестапо попадают документы, содержащие разведывательные сведения о производстве немецких самолетов и танков, о потерях вермахта и его резервах, о подробностях немецкого плана наступления на Кавказ. Настоящая катастрофа! Немецкий генеральный штаб впервые после начала войны сталкивается с тем, что все его хитроумные операции оказываются разгаданными одна за другой.
Но настоящая катастрофа ждет Красную капеллу 14 июля 1942 года. В этот день немцы расшифруют содержание радиограммы, отправленной из берлинской резидентуры. В ней – дата и место экстренной встречи Хорнстрема с представителем Центра. 30 июля Ефремов арестован. На допросах он покажет, что сменил Кента на посту руководителя брюссельской разведывательной организации, выдаст радиста и своего связного с голландской разведсетью. Оба будут немедленно схвачены гестапо. Радист согласится участвовать в радиоигре с Москвой. Связной выдаст руководителя группы в Амстердаме Антона Винтеринка. В результате вся амстердамская группа будет арестована, а Винтеринк примет предложение о сотрудничестве с немцами.
По наводке Ефремова гестапо арестовывает Кройта, бывшего протестантского пастора в Голландии, сотрудника советской разведки, направленного Москвой в помощь Ефремову. Кройт знает Эрну Эйфель и Вильгельма Феллендорфа, а также об их миссии и месте нахождения.
Итак, лето 1942 года – время разгрома значительной части «Красной капеллы». Провалены брюссельская и амстердамская сети. Парижская уцелела и продолжает активно функционировать. Большой шеф проникает в высшие эшелоны немецкой военной иерархии. Но по-прежнему остро стоит проблема радиосвязи с Москвой – схвачены супруги Соколы и Фортнер; Кент паникует и отказывается выходить в эфир; передатчик есть у ветерана Коминтерна Робинсона, но он перепуган немецкими пеленгаторами и не хочет работать на передачу. Рассчитывать можно лишь на Пьера и Люсьен Жиро, связных с коммунистами Франции. Треппер отдает приказ супругам Жиро установить радиосвязь с Москвой. Попытка чуть не заканчивается провалом – в дом, где обосновались Пьер и Люсьен, нагрянуло гестапо. Чудом супругам удается спастись бегством.
Проблема вторая – Москва не верит сообщениям Большого шефа. У Треппера возникает мысль: либо в Центре находится вражеский агент, либо там считают, что он работает под контролем гестапо и именно он выдал Ефремова, Венцеля и Винтеринка.
В июле 1942 года гестапо берет след берлинской сети. Немцы устанавливают, что на советскую разведку работают офицер люфтваффе Харро Шульце-Бойзен, советник министерства экономики Арвид Харнак, литератор и директор киностудии «Прага филмз» Адам Кукхоф, сотрудница информационного отдела министерства иностранных дел Ильзе Штёбе, дипломат Рудольф фон Шелия и многие другие. Расправиться с сетью особого труда не представляет. Всего через неделю после начала облавы 118 человек брошены в тюремные застенки штаб-квартиры гестапо на Принц-Альбрехт-штрассе.
Так к исходу лета 1942 года после Брюсселя и Амстердама пришла очередь Берлина. Гестапо и абвер имеют приказ: любой ценой в кратчайший срок найти руководителя Красной капеллы. Специально созданную для этого зондеркоманду возглавляет мастер сыска Карл Гиринг. Арестованный Ефремов утверждает, что Большой шеф пребывает в Париже. Туда и направляется Гиринг. Но ни одной ниточки, ведущей к Большому шефу, у него нет. И тогда главе зондеркоманды приходит мысль поискать удачу в «Симексе». На предъявленной фотографии сотрудник фирмы Николаи опознает бизнесмена Жильбера, сотрудничающего с «Симекс». На известный ему почтовый адрес Николаи направляет Жильберу извещение о необходимости прибыть в фирму для продления якобы истекающего срока действия его аусвайса. Большой шеф на эту «удочку» не попадается. Доподлинно неизвестно, как Гиринг вышел на зубного врача, которого напоследок посещает Большой шеф. Но именно в кабинете дантиста Маленлату на запястьях Леопольда Треппера щелкнули наручники.
С арестом Большого шефа гестапо и абвер связывают надежду на непременный успех затеянной ими большой радиоигры с Москвой. Леопольд Треппер это хорошо понимает и дает согласие на сотрудничество. Кто он? Предатель или герой?
В документах гестапо и абвера (сфабрикованных?) в актив Треппера зачислены сдача им леонской группы, Лео Гроссфогеля, Кента, Робинсона, Каца и многих других советских разведчиков, рассказы о подробностях работы брюссельской сети… Но как объяснить неоспоримый факт: Леопольд Треппер под носом у своих новых хозяев находит уникальную возможность известить Центр о провалах в руководимой им сети, об арестах и предательствах некоторых членов его команды, о том, что сам он работает под контролем нацистов? С какой целью, совершив побег, Треппер возвращается в Москву, где, он знает, его ждут презрение руководства, длительное тюремное заключение и долгие годы забвения?
Итак, большая игра Берлина с Москвой вступает в апогей. Главная цель – развалить коалицию антифашистских государств, рассорив Сталина с союзниками. Для этого используются захваченные передатчики Красной капеллы. Первыми «солистами» становятся Ефремов, Венцель и Винтеринк, но во главе этой «новой» капеллы для убедительности необходимо поставить главного «дирижера» – Большого шефа. Его первым в радиоигре донесением станет составленный сотрудниками министерства пропаганды Геббельса доклад об итогах социологического исследования об отношении немецкого народа к войне. В докладе говорится о том, что большая часть населения Германии по-прежнему верит в победу над Советским Союзом, хотя и считает, что для этого необходимо вступить в переговоры с Западом. Доклад, разумеется, «совершенно секретный». Нацисты рассчитывают на то, что, получив это донесение, Сталин узнает о «действительной позиции союзников по отношению к СССР», ведь он уже подозревает Черчилля и Рузвельта в темных делах с фашистскими руководителями.