Валентин Леженда – Время прибытия (страница 40)
— Но вот главный тюремный корпус я вам разнести разрешаю, — благосклонно добавил Убийвовк, — на атомы.
— Ура, — взревели примусы, — а куда мы полетим после этого?
— Конечно же, на Землю, — ухмыльнулся Борис Богданович, — в город Хрючевск, у меня там остались кое-какие старые дела…
Когда Сан Саныч наконец проснулся, Крючков не было.
Дверь его камеры оказалась открытой, а в камере братьев Воротилов обнаружил порванный серый носок Семы. Да и вообще с первого взгляда было ясно, что Крючки яростно сопротивлялись и камеру покидать наотрез отказывались.
— Боже, — прошептал Сан Саныч, — я остался без охраны, теперь меня может замочить любой сопливый отморозок.
В рубке на полу Воротилов обнаружил в дрезину пьяного Леонардо, лежащего на груде обнаженных женских тел, тоже кстати пьяных и спящих.
— Какая гнусь, — сказал Сан Саныч, — я единственный на этом корабле, кто еще трезв.
— Ы-ы-ы, — промычал главарь пиратов, — кукареку-у-у-у…
— Допился, гад, — Воротилов с ненавистью пихнул пирата ногой в живот, — отвечай, мудило, куда ты дел моих телохранителей?
— Я их продал, — икнул на полу Леонардо, стаскивая с себя чью-то длинную ногу в изящной туфельке на шпильке.
— Кому продал, — авторитет чувствительно тряхнул пирата за отворот камзола.
— Да этому извращенцу, — заплетающимся языком ответил флибустьер, — Титу, он накачанных мальчиков очень любит.
— Чего? — ужаснулся Сан Саныч.
— Да нет, — возразил Леонардо, — не в этом смысле. Он часто устраивает боксерские поединки без правил, сшибая со зрителей колоссальные бабки, плюс букмекерские ставки, короче, не пропадут твои громилы, бабки заработают и себя из рабства выкупят.
Судя по более-менее становящейся связной речи, пират трезвел на глазах и Сан Саныч решил приступить к осуществлению своего очередного придуманного во сне плана.
— Скажи, Лео, ты человек азартный? — спросил он главаря корсаров, безуспешно пытающегося отыскать свой отстегнувшийся железный протез в груде спящих женских тел.
— Ну, а ты как думал, — усмехнулся пират, — русская рулетка — моя любимая игра. Вот подзову боцмана, приставлю к его голове бластер, да как нажму на курок…
— Но ведь в бластере нет ни патронов, ни барабана, — удивился Воротилов, — какая же это рулетка?
— А не важно, — махнул рукой Леонардо, — главное, что это очень азартно.
— В таком случае, — сказал Сан Саныч, — предлагаю тебе сыграть в карты.
И авторитет ловким движением руки извлек из-за пояса колоду порнографических игральных карт.
— Ух ты, круто, — восхитился пират, уставившись на картинки бесстыжих красоток, — а на что играть-то будем?
— На твои пиастры, — невозмутимо ответил Воротилов, понимая, что мышка уже в ловушке и никуда от него не убежит.
— Ну а ты что поставишь? — лукаво прищурился Леонардо. — У тебя ведь ничего, кроме одежды, нет.
— Свою жизнь, — легко бросил авторитет, скрестив за спиной на левой руке два пальца.
— Долго еще лететь? — спросил Фуха капитан Синицын. — Сколько еще часов?
Медвежонок забавно пожал плечами.
— Точно сказать не могу, возможно, около получаса. Гильдия торгового космофлота снова бастует, все космические трассы грузовыми танкерами забиты.
— А что случилось, — поинтересовался Белочкин, — почему они бастуют?
— Да зарплату им не платят, — ответил Фух, — уже второй год. Перебиваются бедняги контрабандой и торговлей налево, но в полиции, сами понимаете, тоже не дураки, работу выполняют добросовестно. Так что бастуй или умирай с голоду.
— Проклятые бюрократы, — проревел со спальной полки Рональд, — каленым железом… — и, не договорив, свалился на пол.
— А можно повторить падение на бис? — попросил Белочкин, сладко зевая. — С замедлением. Синицын сокрушенно покачал головой:
— А я думал, что только у нас на Земле мужики до белой горячки допиваются.
— Да что вы, — махнул лапкой Фух, — у нас вот такие экземпляры практически на каждом частном космическом корабле есть. Если пилот не пьет, то обязательно штурман за воротник закладывает, если не штурман, то бортовой механик.
— В общем, как в сказке про репку, — кивнул Синицын, — дед пил-пил не допил, бабка пила-пила не допила…
— А пока они бухали, — добавил Белочкин, — Змей Горыныч слопал репку и похитил внучку.
— М-да, — согласился Фух, — поучительно, но хуже всего, когда на корабле кок пьет, тогда уж всем точно крышка. Однажды случай один был. Пьяный кок с военного крейсера “Ильф и Петров” команду носками своими потравил, уронив их случайно в кастрюлю с супом…
— Не плюй в котел, — философски изрек с пола Рональд, — там повар тапки варит.
— Вот видите, — сказал Фух, — указывая на второго пилота, — он тоже знает эту историю.
— Я служил на том корабле, — глухо пробурчал Рональд, — и я единственный, кто выжил. Кока того потом под трибунал отдали, дело-то на маневрах было.
Еще немного повалявшись на полу, Рональд встал на ноги и побрел, придерживаясь за стены, к выходу из кают-компании.
— Господа, я на минутку отлучусь, мне надо туда, куда ходят маленькие мальчики.
— В зоопарк, что ли? — удивился Белочкин.
— Нет, хуже, — ответил Рональд, — в туалет. Слушай, Фух, что-то корабль сильно качает, а не попали ли мы случайно в метеоритный поток?
Выйдя из кают-компании, Рональд, воровато оглянувшись, прокрался в самогонную лабораторию в предвкушении стаканчика своего фирменного пойла…
Когда он вернулся к пассажирам, то был абсолютно трезв и зубы у него при этом стучали.
— Что такое, — испугался Фух, — у нас в туалете гигантская пробоина, через которую выходит воздух?
— Нет, — ответил Рональд, садясь в кресло, — в моей лаборатории на полу спит какая-то толстая баба.
— Вот до чего допился, — покачал головой Фух, — у него уже эротические галлюцинации, а вы говорите, что у инопланетян белой горячки не бывает.
Белочкин с Синицыным переглянулись.
— Надеюсь, — сказал Иннокентий Петрович, — посадка у вас тоже осуществляется автоматически…
А бедняга капитан Румбель все парил в открытом пространстве, облаченный в космический скафандр “Спиридоныч” и безуспешно пытался докричаться до проходящих мимо космических кораблей, поскольку все думали, что это один из бастующих космоторговцев выражает таким образом протест, выбросив себя в открытый космос.
Капитаны звездолетов радостно сигналили ему, проявляя свою солидарность, после чего уносились прочь.
На сотовый телефон Воротилова также надежды было мало, поскольку он был очень слаб и на местных частотах не работал.
Один лишь Убийвовк, пролетая в космическом “Киндер-сюрпризе” мимо, недоуменно пожал плечами, увидев в иллюминаторе странного мужика в треухе, валенках, телогрейке и с сотовым телефоном в правой руке.
— Глядите, бомж мобилку у какого-то барыги спер, — сказал Борис Богданович также удивленным зрелищем примусам, — далеко, однако, шельмец забрался…
ГЛАВА 5,
В КОТОРОЙ ДЕЙСТВИЕ НАБИРАЕТ СТРЕМИТЕЛЬНЫЕ ОБОРОТЫ
Без сомнения, нашего пристального внимания требует еще один звездолет, бороздящий просторы вселенной со скоростью света.
За штурвалом этого достаточно небольшого космического корабля сидел маленький мальчик лет двенадцати в синей пионерской форме и красным галстуком на шее.
Рулил он не менее яростно, чем ругался.
— Если эти мудозвоны с Земли думают, что им удалось избавиться от Ликвидатора, то они сильно заблуждаются, — зло твердил пионер, грызя карамельного петушка на палочке.
— Вход в звездную систему затруднителен, — безразлично сообщил бортовой компьютер, — бастуют космические торговцы.
— Черт, — пионер резко крутанул штурвал вправо, — проклятые недоноски!
Рядом с ним на приборной доске лежал открытый маленький блокнот с длинным списком фамилий, где некоторые были аккуратно вычеркнуты.