Валентин Красногоров – Комедии для 10 и более актеров. Ч. 2. СОБРАНИЕ КОМЕДИЙ В 7 КНИГАХ. Кн. 7 (страница 13)

ЖЕНЩИНА. Да, конечно.

РОМАН. А раз так, можете смело раздеваться.

Растерянная женщина делает несколько нерешительных движений.

Смелее! Главное – начать. Дальше дело пойдет.

ЖЕНЩИНА. (Помявшись.) А с чего начать? С туфель? Или с браслета?

РОМАН. Начните с того, что определите для себя, по методу Станиславского, в каких предлагаемых обстоятельствах вы раздеваетесь.

ЖЕНЩИНА. Извините, я не понимаю.

РОМАН. Люди раздеваются очень по-разному, в зависимости от обстоятельств. Например, на работе: как натурщицы перед художником, модели перед фотографом, проститутки перед клиентом или артистки перед публикой. Одежду снимают также перед душем, перед купанием в реке, перед сном, перед врачом, перед любимым человеком… Причем, заметьте, в первый раз перед любимым раздеваются не так, как во второй или в сто четырнадцатый. Теперь скажите, перед кем или чем раздеваетесь вы? Перед сном, перед душем, перед врачом или любовником?

ЖЕНЩИНА. Я… я не знаю.

РОМАН. (С досадой.) Хорошо, я вам помогу. Будем раздеваться перед грабителем. А чтобы вам было легче, я подыграю. Итак, ночью на пустынной улице вам преграждает дорогу зверского облика бандит. (С устрашающим видом наступает на Женщину.) Руки вверх!

ЖЕНЩИНА испуганно вскидывает руки.

Раздевайся! Живее! Сымай с себя все!

ЖЕНЩИНА. Как я могу раздеваться, если руки вверх?

РОМАН. Молчать! Шубу, шубу скидывай!

ЖЕНЩИНА. Какую шубу? На мне нет никакой шубы!

РОМАН. Молчать! Шубу, говорю, скидывай! И золотишко с рук и ушей! Быстро! Не то оторву и руки, и уши!

ЖЕНЩИНА. (В страхе отступая от Романа.) Извините, но вы меня пугаете.

РОМАН. (Вздыхая, прекращает игру.) Что мне с вами делать? Ну, хорошо, если не перед грабителем, тогда перед кем же?

ЖЕНЩИНА. Как «перед кем?» Перед вами.

РОМАН. (Безнадежно.) Передо мной, так передо мной

Пауза. ЖЕНЩИНА не раздевается.

РОМАН. Ну? Что же вы сидите?

ЖЕНЩИНА. Я ведь вам уже говорила: я не привыкла снимать одежду перед посторонним мужчиной. Только перед врачом.

РОМАН. Так. Возвращаемся к тому, с чего начали. (Тяжело вздыхает, но после короткого перерыва снова с прежним темпераментом пускает в ход свое красноречие.) А вы представьте, что я не посторонний. Что мы давно знакомы. Что мы вместе росли. Что я ваш старый друг. Муж. Более того – возлюбленный! Тогда ваши руки сами потянутся к пуговицам. Ну!

ЖЕНЩИНА. Да, лучше возлюбленный. (Решительно начинает расстегивать платье.)

РОМАН. Только учтите, что и перед любовником можно раздеваться тысячью способов: нетерпеливо, неохотно, деловито, жеманно, стеснительно, безысходно, вызывающе, застенчиво… Можно так, чтобы пуговицы и крючки разлетались во все стороны, лифчик трещал, а платье рвалось не только по швам. Можно сбросить одежду так, что ее придется потом искать на полу во всех углах комнаты, а можно аккуратно сложить ее в стопочку на стульчике, чтобы ничего не помялось. Вы поняли меня? Все зависит от обстановки, от того, сколько у вас есть времени, от того, где это происходит – в гостинице, на скамейке в парке или на квартире у вашей подруги, от его настроения, от вашего настроения, от степени вашего желания и нетерпения, – короче говоря, от тысячи причин. Представьте все это и действуйте.

Женщина, вместо того чтобы раздеваться, достает платочек и вытирает слезы.

Что с вами?

ЖЕНЩИНА. Вы меня очень расстроили.

РОМАН. Чем?

ЖЕНЩИНА. (Сквозь слезы.) У меня нет и никогда не было любовника. А, оказывается, сколько могло быть возможностей!

РОМАН. Успокойтесь… Выпейте воды… Ну хорошо, бог с вами, раздевайтесь перед врачом, если вам это более привычно. Как вы раздеваетесь перед врачом?

ЖЕНЩИНА. Ну, обыкновенно… Захожу за ширму и раздеваюсь.

РОМАН. Очень хорошо. Начинайте.

ЖЕНЩИНА. (Растерянно.) Но здесь нет ширмы.

РОМАН. А вы ее представьте. Напрягите немножко воображение. Представьте, что между нами ширма. Великолепная ширма китайского шелка, вышитая ирисами и цаплями. Я не вижу вас, вы не видите меня. Представили? Чувствуете, как вам все стало легче и проще? Раздевайтесь!

ЖЕНЩИНА. Но… Ширмы же на самом деле нет, и вы меня видите.

РОМАН. Черт возьми, что значит «на самом деле»? Разве воображение не столь же реально, как презренная действительность? Ведь в театре сцена тоже отделена от зала невидимой ширмой, пресловутой четвертой стеной, и артисты играют так, как будто персонажи не знают, что их видят зрители. Они объясняются в любви, ссорятся, выворачивают свою душу и обнажают тело, как будто они одни, как будто нет любопытной и требовательной публики, которая следит за каждым их жестом и словом. А вы не можете загородиться своим воображением от одного меня. Идите домой и репетируйте. Репетируйте и репетируйте, пока не научитесь раздеваться всеми способами. А сейчас я вас более не задерживаю.

ЖЕНЩИНА. Как – это всё?

РОМАН. Да, всё. Я восхищаюсь вашей стыдливостью и целомудрием. До свидания.

ЖЕНЩИНА. Но я хочу показаться!

РОМАН. Я не заметил у вас этого желания.

ЖЕНЩИНА. Так что – мне идти?

РОМАН. Да.

ЖЕНЩИНА. Нет. Я готова сделать то, что вы просите.

РОМАН. Правда, готовы?

ЖЕНЩИНА. Даю слово.

РОМАН. (Подумав.) Хорошо. Делаем последнюю попытку. Войдем в образ. Мы снова в кабинете врача. Вы – больная. Я – знаменитый доктор. Консультант. Профессор. Престарелый, но очень знаменитый. Дряхлый академик. Очень дряхлый, понимаете? (Изображает дряхлость.) Меня незачем бояться и незачем стесняться. (Указывая на Виктора.) А это мой ассистент, тоже престарелый, но не знаменитый. Моя секретарша уже предупредила вас, что на визит вам отводится не более десяти минут. Вы очень торопитесь, за три минуты успели изложить свои жалобы, и вот, врач говорит вам: «Раздевайтесь!»

ЖЕНЩИНА. А какой вы врач? Я хочу сказать, по какой специальности?

РОМАН. Ну не глазник же! И не ухо, горло, нос.

ЖЕНЩИНА. Кто же тогда?

РОМАН. Не догадались?.. Ну, хорошо. Я – кожник. А у вас все тело с ног до головы покрыто сыпью. И вас это очень беспокоит. Вы торопитесь скинуть одежду, чтобы показать сыпь врачу.

Женщина быстро расстегивает одну или две пуговицы, но останавливается.

Ну?

ЖЕНЩИНА. Нет, мне стыдно.

РОМАН. Опять?

ЖЕНЩИНА. Ведь у меня все тело покрыто язвами. Как я могу показать такое мужчине, даже очень престарелому?

РОМАН. Браво! Наконец-то! Вы поверили в фантазию! (Виктору.) Она поверила! (Женщине.) Спасибо. Не исключено, что я вас возьму.

ЖЕНЩИНА. На какую роль?

РОМАН. Пока не знаю. До свидания. Я вами доволен.

ЖЕНЩИНА. Довольны? Но я же так и не разделась!

РОМАН. Это неважно. Всего доброго.

ЖЕНЩИНА выходит, совершенно сбитая с толку. РОМАН обращается к Виктору.

Ну, как, вы не уснули?

ВИКТОР. Напротив, было очень интересно.