Валентин Колесников – Клеопатра и Марк (страница 2)

– Благодарю, мой учитель, я выполню последнюю миссию, как ты мне напророчил! И до встречи в Райской обители, где мы с Антонием в будущем будем зализывать свои раны!

Кшатр на последние слова Клеопатры загадочно улыбнулся, и склонив голову перед царицей, правой рукой прикоснулся к мерцающей звезде на правой стороне груди…

Глава 2

18 марта 44 года до нашей эры, Марк Антоний у себя в доме вел подготовку к похоронам прославленного полководца, раздавая распоряжения ответственным служащим, задействованным в траурной процессии, которая должна пройти завтра 19 марта. Когда дошла очередь до офицера разведки Марк Антоний сказал:

– Тебе Квинт Деллий поручается поджечь погребальный костер, возьмешь себе помощника и прибудете на марсовое поле у театра Помпея Великого в одеждах рыбаков с восковыми факелами к середине церемонии, для причастности к воинскому сословию подвяжетесь боевыми мечами, чтобы все видели, что вы воины из народа, и бились в свое время под божественным командованием прославленного полководца Цезаря.

Квинт Деллий, выслушав Марка, спросил:

– Как быть с Клеопатрой?!

– В тех папирусах, которые я изъял в доме Кальпурнии из соображений безопастности, нашел завещание Цезаря, которое он написал перед нашей военной компанией в Северной Европе. – Антоний, порывшись в кипе бумаг на столе извлек свиток папируса скрепленным сургучовой печатью Гая Юлия, – Вот смотри я не распечатывал завещание! – передавая Квинту Деллию, подумав про себя: “Вовремя избавился от нового свитка, где почти все состояние завещано царице Египта и наследнику Цезариону! Как вовремя, ах как вовремя, а эта красотка, чертовски привлекательна и ей бы одной досталась империя, и что тогда было бы с ней и ее наследником в заложниках в Риме, еще два трупа, да и смуты не миновать, а так будет лучше и для нее, и для меня, невероятно красивая и Египет останется цел и невредим?!” В мыслях оправдывал свое сокрытие последнего завещания Цезаря, Антоний. С мысленных почестей себе, Антония вывел Квинт Деллий:

– А, что Цезарь с тех пор не переписывал завещание на новое?

– Нет, – уверенно соврал Антоний, – среди ценных бумаг, подготовленных для оглашения в сенате нового завещания, не было! – твердо сказал он, – А что касается Клеопатры, то думаю, что в существующем завещании Цезаря, когда он его писал у него никакой Клеопатры еще не было, так что имеет силу быть вот это завещание, которое я вскрою и зачитаю на похоронах! – придерживаясь своего сочиненного на ходу ответа, твердо проговорил Антоний, при этом ни один мускул на его лице не дрогнул от неправды.

– А, можно вскрыть сейчас и посмотреть в него? – не сдавался Квинт Деллий.

– Это противоречит правилам гуманного этикета к усопшему такой величины человеку! – цинично выговорил Антоний, не смущаясь содеянным поступком сокрытия важнейшего для Клеопатры документа. А в прочем, может это и к лучшему, так как Рим косо смотрел в сторону Египта и египетской царицы, не погнушавшись придать смерти столь значимого для будущей Римской Империи прославленного полководца Гая Юлия Цезаря. С этим, окончательно убедившись в обозначенной дате похорон, Квинт Деллий ускакал на своем боевом коне на виллу Цезаря, где с нетерпением дожидалась известий Клеопатра VII. Прибыв к царице Квинт не высказал свои предположения и догадки, а сказал лишь то, что Марк Антоний зачитает завещание на церемонии похорон полководца, которые будут проходить завтра у стен театра Помпея Великого. На следующий день с раннего утра 19 марта, вскочив на своего коня, офицер разведки служивший долгое время у Цезаря, ускакал в сторону порта Остии. Порт находился в месте впадения Тибра и сейчас в это время года река была спокойной и полноводной, поэтому дно у берега пришвартованного корабля Клеопатры сохранялось довольно глубоким и чистым от речных заносов. Квинт Деллий спешился у пирса “Афродиты”, отдал уздцы коня часовому, охраняющему вход на корабельный трап и по трапу, быстро сбежал на корабль. На палубе в это время нес службу Титаник, смешно и непривычно, как-то по-детски сидело на нем военное облачение в котором были рослые легионеры. И щит, и кольчуга были меньше размерами, чем на легионерах, а детский с виду боевой лук за спиной, казался игрушечным, а короткий боевой меч по размерам его роста непомерно казался длинным. Титаник по уставу службы доложил о состоянии корабля, количеству солдат, наличию провианта и зарядов для метательных машин.

– Вижу, что ты отменный воин Титаник, достоин своего имени! – похвалил Квинт Деллий.

– Имя мое никак не сочетается с внешностью, но дух воина требует борьбы, а не дежурств изо дня в день скоро будет два года здесь, как мы толчемся на этом чертовом пирсе.

– Сдай немедленно дежурство, и быстро в мою каюту за новым заданием?! – почти скороговоркой скомандовал командир разведки, и скрылся в трюме корабля. Титаник быстро поднялся на мостик капитана, там доложил распоряжение своего командира капитану корабля, и после этого, появился в каюте Квинта Деллия. Каково было удивление Титаника, когда он увидел своего командира переодетого в коричневую тогу рыбака подпоясанную ремнем боевого короткого меча, который болтался у него на правом боку:

– Вот твоя одежда, – указывая на рыбацкую тогу и боевой меч, сказал командир, – переодевайся! – в крайнем расстройстве, удрученно говорил офицер, сдерживаясь от непонятной для Титаника, обиды, – Мы выдвигаемся в Рим к театру Помпея Великого. – Квинт Деллий умолк, сделав глубокий вздох, затем добавил, – Наш военачальник сегодня будет гореть на погребальном костре, и пока еще это стадо баранов, которое сделало непоправимое в своей никчемной жизни не разбежалось, мы должны его достойно предать погребению, понимаешь Титаник, чтобы никто из них больше не смел прикоснутся к прославленному полководцу и не придал его тело бродячим псам на растерзание! – Квинт Деллий отвернулся к иллюминатору каюты, где у самого круглого окна плескалась спокойная гладь моря.

– Цезарь, наш император, мертв?! – не сдерживая эмоций, всегда хладнокровный и владеющий собой Титаник воскликнул в негодовании.

– Четыре дня, как убит прямо в сенате заговорщиками! – больше Квинт Деллий ничего не ответил. Титаник некоторое время стоял шокированный новостью. Затем, как во сне стал снимать с себя облачение легионера и набрасывать на себя тогу рыбака, когда с этим было покончено, Квинт Деллий сказал:

– Я приказал для тебя приготовить лошадь, вот два факела, мы зажжем их, когда прибудем на место погребения. – Он снова глубоко вздохнул, – Идем! – прихватив с собой древки факелов, они вышли из корабля спустились на пирс порта. Две оседланные лошади ждали уже их у военных складов. Когда Квинт Деллий и Титаник прибыли к месту погребения Цезаря, их взору открылась картина толпившихся у постамента, наспех сколоченного из досок и подручного деревянного материала, на котором возлежал император, названный так простым народом, Император Рима Гай Юлий Цезарь, окруженный толпой знатных горожан, женщин и мужчин, купцов и простых торговцев. Цезарь для них представлял обожествленный образ славы и почета, бога, живущего на земле вместе с ними. Здесь было не мало и сослуживцев Гая Юлия Цезаря, боевых солдат с оружием, пришедших проводить в последний путь своего прославленного военачальника и боевого товарища, и никто из них не решался зажечь прощальное пламя погребального костра. Квинт Деллий и Титаник появились с зажжёнными восковыми факелами толпа угрюмо расступалась, давая проход к лежащему на постаменте Цезарю, укрытому окровавленной красной тогой, кровь на, которой, уже засохла, и превратилась в темные пятна, обозначая места смертельных ран на теле прославленного полководца. Квинт Деллий начал кружить вокруг постамента поджигая хворост факелом с разных сторон. Титаник поддерживал огонь своим факелом, все больше разжигая пламя. Когда костер разгорелся в него полетели магические амулеты со всех сторон и оружие однополчан, служивших вместе с Цезарем, символизируя боевую солидарность и славу отдавая последние почести прославленному полководцу. Квинт Деллий незаметно дал знак Титанику, и они скрылись, бросив догорать факела в пылающий погребальный огонь… После возвращения на “Афродиту” Квинт Деллий приказал Титанику, находится на судне, следить за всем, что происходит на корабле и какие разговоры ведет команда, выявлять провокаторов и вовремя докладывать ему, для принятия мер. Он так же проинформировал Титаника о том, что как только стемнеет царица с Цезарионом и с нянькой, в его сопровождении прибудут на “Афродиту” и корабль в то же время покинет порт Остии и выйдет по направлению Александрии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.