Валентин Колесников – Фаетон. Научно-фантастический роман. Часть 3 (страница 4)

– Послушай, брат, ваша банда похитила наших детей, а теперь хотите нас выманить куда-то к вокзалу и, что дальше. Зачем это вам?

– Какого черта, ты мне все это болтаешь!? Я, что похож на ненормального!?

– Ну ладно, ладно. Хельга собирайся, поедем знакомится с нашим папой. Только не удивляйся его молодости, он будет такой же по возрасту, как и мы с тобой.

– Я, как в каком-то приключенческом и фантастическом сне?! – воскликнула жена.

– Ваш отец просил вам обоим передать, что если вы оба согласитесь, то он устроит вам экскурсию по идентичным планетам галактики, где живут такие же люди, как и мы с вами, отличия только незначительные, а все функции такие же и еда точно такая же, как и у нас.

Дмитрий привел чету Кразимовых к условному месту на вокзальную площадь Риги. Стоял прекрасный воскресный осенний день. Такие теплые дни в это время года в Риге бывают редко. Вокзальная площадь бурлила толпой латышских националистов в черных спортивных костюмах с соответствующей символикой на рукаве, вперемешку с гражданскими молодыми людьми, в большинстве своем состоявшие из студентов латвийских ВУЗов. Националисты выкрикивали свои лозунги: «Русский убирайся в Россию!», «Русские оккупанты – вон из нашей страны!» и так далее. Гражданские несли транспаранты, типа: «Русский вон! Чемодан! Вокзал Россия!», и тому подобное. Хельга испуганно спросила у Кразимова младшего:

– Дима, как мы будем идти дальше вдоль этих зверей с эсесовскими лозунгами?!

Мимо их компании проходили два парня в черных рубашках с нашивками на предплечье с нацистской символикой в виде двух молний. Один из них услышал русскую речь Хельги и сказал своему напарнику:

– Стой! Вон смотри туда, это русские!

В руках у парней были резиновые палки, размахивая ими спортивные верзилы бросились в сторону удаляющихся братьев с Хельгой. Кразимов младший вынужден был достать пульт управления временным континуумом и нажал одну из кнопок волнового частотного перехода в невидимое пространство. В одно мгновение толпа замерла на месте. Два националиста превратились в скульптуры, с зависшими над головами дубинками.

– Что происходит? – испугалась не на шутку Хельга.

– Мы в другом измерении. Мы должны пройти еще немного, почти в центр толпящихся застывших истуканов, там наш транспорт, я введу нас в более глубокое пространство до проявления аппарата, поджидающего нас. – Ответил Кразимов младший, – Идем!

Протискиваясь мимо живых скульптур, друзья прошли к нужному месту. Кразимов младший нажал еще одну кнопку на пульте. Все мгновенно погрузилось в предрассветный синеватый сумрак, глаза медленно привыкали к сумрачному пространству, в котором проявлялась все ярче огромная тарелка на треножном шасси. По периметру аппарата мигали редкие навигационные огоньки.

– Господа, прошу вас за мной идем по этой лесенке внутрь аппарата. – Командовал Кразимов и первый бодро ступил на металлическую ступеньку лесенки. За ним в освещенный салон летательного аппарата поднялись Хельга и Дмитрий Гаринов. Хельга, с каким-то по-детски, юношеским любопытством стала осматривать в зеленоватом освещении пространство салона. А Гаринов с нескрываемом интересом искал глазами пульт управления летательным диском. Сидевший в кресле пилота за плоской панелью управления робот МБ20, помог Гаринову:

– Традиционных рычагов и рулей, вы не увидите здесь, все делается искусственным интеллектом корабля, пилот лишь набирает программу, вот на этой плоской панели, зашифрованной в определенных символах, высвечивающихся на плоскости вот здесь. – МБ20 провел ладонью над плоской поверхностью управления, и в одно мгновение возникли подсвеченные ряды незнакомых иероглифе подобных символов. Робот-пилот подождал, когда все расселись в креслах. Гаринов и Хельга приготовились к ощущениям перегрузок и к звукам полета, которые обычно слышны в пассажирских салонах воздушных судов. А робот, прикасаясь к символам кончиками пальцев быстро набирал программу полета. После того, как он перестал касаться пальцами пульта, повернулся к пассажирам и приветливо улыбаясь пригласил всех к выходу:

– Мы прибыли в порт Дипломатического Корпуса, прошу к выходу.

– Простите, как вас? – спросила Хельга.

– МБ Двадцать, меня зовут. – Бесстрастно ответил робот.

– МБ Двадцать, а сколько километров мы уже пролетели? – продолжила Хельга.

– Два миллиона с небольшим, в сторону центра галактики, но это весьма крошечное расстояние в колоссальных масштабах галактики Млечный Путь.

– Да вы, что? Почему мы не ощущали движения полета? – не умолкала любопытная жена Гаринова младшего.

– Когда вы переносите свое воображение далеко к звездам, вы ощущаете полет? – спросил МБ20, – Боюсь, что нет, вот и наш корабль преодолевает огромные расстояния в пространстве Вселенной со скоростью мысли, или по человеческим понятиям, мгновенно.

– Хельгочка! – окликнул жену Гаринов, – Нас заждался мой брат, пошли уже! – Дмитрий стоял на лестнице в открывшимся люке с нетерпением ожидая, когда она закончит допытывать робота.

– О, моя ласточка, уже летит к тебе твоя Хельгочка! – весело смеясь жена сбежала по лестнице следом за мужем в помещение приемного бокса порта космического города, дрейфующего в одном из рукавов огромного звездного скопления, под названием Млечный Путь. Хельга увидела красивую девушку с голубыми глазами в желтой пилотке стюардессы и голубом строгом костюме, шедшем под ее цвет глаз.

– Приветствую вас капитан! – отдав по-военному честь под козырек, приветствовала жена, – Я уполномочена генералом Гариновым встретить вас с прибывшими.

Дмитрий Кразимов подошел к ней, улыбаясь, сказал:

– Здравствуй Алеся, познакомься, Дмитрий Гаринов, сын генерала Гаринова, с женой.

– Хельга! – подала руку Алесе жена Гаринова, – А ваше имя Алеся, я слышала.

– Алеся, – жена пожала руку Хельге, – что, правда ваш муж сын самого генерала?

– Так точно! – подошел к жене Гаринов, – Дмитрий, будем знакомы с вами Алеся.

– О, мне очень приятно. – Мило улыбаясь ответила жена…

Глава 3

Алеся привела чету Гариновых и Дмитрия Кразимова к кабинету генерала, на двери висела соответствующая табличка «Генерал полковник Гаринов Алексей Алексеевич», табличка была написана на трех языках, русском, английском и меж галактическом диалекте, на котором велись переговоры в Галактической Коалиции галактики Млечный Путь. Генерал Гаринов уже знал, что сын, наконец-то признал его своим отцом и прибыл уде с невесткой и Кразимовым младшим в космический город Галактической Коалиции.

– Товарищ генерал! – только и успела, что сказать по внутренней связи майор Маша Зарудная, как Алексей Алексеевич, в глубоком волнении произнес:

– Маша, пропусти, это ко мне!

Гаринов сидел на своем кресле, стараясь сдерживать волнение, теребил в подставке карандаши, шариковые ручки, перекладывая с места на место бумаги, что лежали на столе, но унять нахлынувшие волны волнения, никак не унять. И когда в кабинет вошла секретарь с прибывшими гостями, не смог выговорить ни одного слова. Вскочил с кресла, и быстро подбежал к сыну. Схватил его сильными руками за плечи и прижал к себе. Все, кто при этом наблюдал сцену встречи сына с отцом, в трогательном смущении молча застыли не шевелясь. Алеся, которая обрела уже давно свое человеческое тело, с полным набором чувствительной человеческой сентиментальности надушенным платочком утерла заплаканные глаза. Более сдержанная Маша, тихонько вышла из кабинета и осторожно уселась в приемной за свой секретарский стол, она была на седьмом месяце беременности.

Притихшие посетители молча наблюдали за трогательной сценой, боясь неосторожным движением нарушить таинство происходившего на их глазах события, как на полотне известного мастера «Возвращения блудного сына» – картина Рембрандта на сюжет новозаветной притчи о блудном сыне, экспонирующаяся в Эрмитаже.

– Ты, вот что, сын, давай ко мне в отряд, как ты согласен? – первым взял себя в руки генерал. Дмитрий, теперь уже Гаринов, прикидывая в мыслях, что, как-то уж до чертиков ладно все складывается с его увольнением из должности авиационной корпорации и предложением отца работать в самой передовой отрасли для человечества Земли. Он для солидности выдержал паузу и с радостью выговорил:

– Да, конечно же, папа! – и приник к груди отца, снова обняв самого дорогого своего папу.

Присутствующие, к которым присоединились уже Собинов Петр, Коперник Афанасий Петрович, Дмитрий Кразимов с Анной, Елена Грацис и Евгения Кразимова, и все дружными аплодисментами встретили и согласие Дмитрия Гаринова служить в их команде и признание «Блудным сыном» своего родного отца.

– И так друзья мои сослуживцы, сегодня вечером ровно в девятнадцать ноль, ноль, приглашаю всех в наш бар-ресторан Колибри, на банкет в честь моего сына Дмитрия Гаринова. На этом банкете я сделаю важное объявление. Всем присутствие обязательное. А сейчас расходитесь по рабочим местам до вечера, – генерал подождал, когда все начали уходить, окликнул сына. Дмитрий подошел к отцу.

– Я вот, что хотел тебе сказать, сейчас следуйте с Хельгой за Алесей она покажет вам ваши апартаменты, а ты Кразимов Младший, задержись у меня для тебя есть вопросы.

Генерал подождал, когда за сыном, Хельгой и Алесей закрылись двери кабинета, указывая Дмитрию на стул за столом для совещаний, сказал: