Валентин Колесников – Фаетон. Научно-фантастический роман. Часть 2 (страница 10)

Глава пятнадцатая

Леонид не спешил увеличивать скорость полета. Ему хотелось определить, куда его будут вести чужаки. Рискнут ли они двигаться в атмосфере Земли или нет? А дисколеты селенитов демонстративно двигались следом, но не так, как при захвате аппарата Леонида. Леонид управлял дисколетом как хотел и мог лететь куда угодно ему самому. Неожиданно для самого себя пришла шальная мысль, ему вдруг захотелось испытать решимость чужаков, последуют они за ним или нет? Кразимов остановил движение, зависнув на расстоянии, половина пути между Землей и Луной. Чужаки замерли в ожидании действий Кразимова. Леонид, улыбнувшись, рванул свой аппарат в сторону Марса. Красная планета возникла внезапно, закрыв собой пол звездного неба. Остановив движение, он осмотрел окрестности. Чужаки были рядом. ″Уберетесь вы, наконец, или нет? ″, – с раздражением послал он мысленный запрос селенитам. Ответа не последовало. Леонид понял, что от чужаков, этих назойливых прилипал никак не отделаться. Вздохнув, он направил свой дисколет к Земле. И лишь только в верхних слоях атмосферы Земли селениты оставили дисколет Кразимова. Он вновь вздохнул, но теперь уже с великим облегчением и направил аппарат к космодрому Байконур. Убавив обороты электронного винта до минимальных оборотов, он увидел внизу ангар для дисколетов. Но аппарата Собинова возле ангара уже не было. ″Наверное, в ангаре?″, – подумал Кразимову. Он взглянул на часы. Прикинул время его отсутствия, получалось, что его не было около двух часов. Наверное, Коперник принял решение увезти аппарат во внутрь. Пока он так рассуждал, дисколет приземлился возле строения. У ангара никого не было, кроме вооруженного солдата на своем посту. Складывалось впечатление, что Кразимова никто не ждал. Ангар закрыт и опечатан. Технический персонал отсутствует. Солдат некоторое время застыл, нерешительно наблюдая за приземлившейся неоткуда тарелкой. Затем неожиданно снял с плеча автомат и передернул затвор, приготовившись стрелять. Затем дрожащим от испуга и волнения голосом закричал: – Пароль? Буду стрелять? – когда Кразимов ступил по выдвижной лестнице на землю. Кразимов с добродушной улыбкой слушал как музыку этот окрик человека. Он улавливал всеми клетками своего тела этот родной голос землянина и был вне себя от радости и ощущения земной тверди под ногами. Он медленно и неуклюже повернулся лицом к солдату, державшему автомат готовый в любую минуту выстрелить и поднял отяжелевшие от скафандра руки к верху. Солдат продолжал кричать, –Стой! Не двигайся! – он дрожащей левой рукой пытался поймать ускользавшую от левой руки рацию. Наконец это ему удалось, и он снял ее с нагрудного ремня и громко, так, чтобы Леонид слышал, заорал в микрофон, –Лазутчик задержан на секретном объекте! – он перевел срывающее дыхание, – Как кто говорит? А, сержант Исымбаев! – солдат еще не успел договорить, как послышался вой сирены и со стороны служебных построек с мигалками на крышах показались вереницей двигающиеся на большой скорости служебные машины постовой службы охраны. Они быстро оцепили ангар и два спецназовца в камуфляже и с короткими автоматами на перевес грубо стали толкать Леонида в спину, – Ану, пошел! Вперед!

Возле дисколета столпилась охрана. Майор давал какие–то распоряжения подчиненным ему солдатам. Они притащили из подсобного помещения, прилегающего к ангару, серебристый чехол и укрыли прозрачный колпак кабины дисколета, взобравшись наверх корпуса. Тем временем Кразимова втолкнули в уазик. Машина сразу же рванулась с места. Его привезли в караульное помещение. Вытолкнули из машины. В тяжелом скафандре в перевалку он зашел в помещение. В комнате за столом сидел дежурный майор караульной службы.

– Ну, снимай шлем? Будем вести допрос!

Леонид снял шлем. В нос сразу же врезался резкий затхлый запах сгустившегося годами настоя из сигаретного дыма, плевков прямо на пол этой комнаты и человеческого пота, и запаха солдатчины, который не поддается описанию и который невозможно вывести никакими моющими и чистящими средствами. Майор достал новую сигарету из пачки ″Прима″ и снова начал чадить. Леонид брезгливо поморщился.

– Ты что морщишься? Отвечай на поставленный вопрос?

– Я еще не слышал вопроса? – ответил ему Кразимов.

– Я тебя спрашиваю, ты кто такой?

– Можно снять одежду? – спросил Леонид, изобразив страдание на лице. Майор внимательно осмотрел Леонида. Ничего подозрительного не заподозрив, сказал, –Ладно, давай снимай!

– Мне нужна помощь! Скафандр громоздкий и его мне одному не осилить.

– Исымбаев! – крикнул майор. Дверь скрипнула и в дверях показалась узкоглазая физиономия солдата.

– Слушаю, товарищ майор?

– Помоги снять распашонку с младенца.

– Это скафандр, а не распашонка. Вы его вдвоем с трудом сможете снять. – Сказал Леонид.

– У меня один солдат. – Ответил майор.

– А что, майор, корона упадет, если будешь солдату помогать?

– Задержанный, не умничайте? – майор нехотя приблизился.

– Исымбаев, становись слева я справа. Что делать дальше?

– Сейчас сниму замки. – Сказал Леонид, манипулируя на левой руке кнопками встроенного в рукав пульта. Когда нужные кнопки были включены, он внезапно ухватил солдата и майора за шеи перчатками скафандра. Сильнейший электрический импульс парализовал движения военных. Они мягко осели на пол без чувств. Леонид снял с пояса майора наручники и пристегнул ими солдата и майора за ноги друг к другу. Захватив свой шлем, он вышел из караульного помещения на свежий воздух. У караулки стоял один солдат.

– Ну что там разобрались? – спросил он вышедшего Кразимова.

– Разобрались. Вот надо к командиру срочно!

– Ну, так я сейчас вас на джипе довезу!

– Я сам. – Леонид подошел поближе и свалил наивного солдата. Теперь можно спокойно сесть в уазик и доехать до командного пункта руководителя полетами и разобраться, наконец, что тут происходит? Он мчался по бетонке космодрома к строениям пункта управления, к которому было Километров с пять. Но вдруг что–то его остановило. Как же так, почему его так встретили? Да что тут стряслось и что в конце то концов происходит? Нет, нельзя ему туда ехать. Надо ехать в резиденцию Гаринова. Там уж точно он прольет свет на все происходящее. С каждым километром пути он убеждался в правоте своего решения. Он стал анализировать происшедшее событие. Почему его никто не ждал? Этот вопрос сверлил его как назойливая мысль мозг. Он попытался восстановить в памяти все этапы полета. Минута за минутой от самого начала и до конца, до встречи с селенитами, и до его возвращения на Землю. И вдруг как сверкание молнии до сознания Кразимова дошло то обстоятельство, что его полет был самостоятельным и не согласованным. И то, что до Марса обычный полет длится целых восемь месяцев туда и восемь месяцев обратно.

″Боже мой! Ведь двигаясь со сверх световой скорости, а я побывал в окрестностях Марса целых два раза? ″, – Леонид схватился за голову. Ему стало понятно, что, казалось бы, невинный полет к марсианским окрестностям стоил ему трех лет? Трех Земных лет? Так, получается, по теории относительности, так получилось и в его жизни. Значит, произошли изменения. Когда Леонид исчез бесследно неизвестно куда. Естественно Гаринова спросили об этом. И он не смог ответить. Тревожные мысли стали преследовать Леонида. Возник сам собой вопрос, а что в этой ситуации делать? И как быть? В России за это время уже прошли выборы и возможно избран новый глава государства. А как отреагировало правительство на исчезновение дисколета, было видно налицо. Нет, надо что–то предпринимать. Он не может вот так запросто показаться даже Гаринову. Его внешний вид, несомненно, привлечет внимание. Нужно было где–то быстро переодеться. Но где? Здесь, в Казахстанских степях нет лесной местности, нет даже небольших рощиц, где можно было бы спрятаться от постороннего глаза. Парк реабилитационного центра сейчас недоступен. Единственное укрытие этот уазик. Благо он был с закрытым кузовом. Леонид съехал на обочину дороги. Стал снимать скафандр. В условиях ограниченного пространства, когда любое неосторожное движения намертво клинило, то руку, то ногу, то тяжелый ящик с напичканной регенерационной аппаратурой укрепленной на спине скафандра, все это делало освобождение от скафандра практически невыполнимой задачей. Но выход этот был единственным и Леонид, порой прилагая нечеловеческие усилия, все же освободился от его цепких объятий. Провозившись, битый час он остался в одном легком комбинезоне, который одевают перед облачением в скафандр. В этом одеянии его могли легко заметить. Зато как было легко и удобно после жесткого панциря, каким был до сего времени скафандр на нем. Леонида конечно уже начали искать поисковые службы спецназа. Необходимо было немедленно искать убежище и избавится от уазика. И он решил ехать к дому Эльзы Эдуардовны. В городке Н–ск он решил оставить свой УАЗ на самом видном месте, чтобы привлечь внимание поисковиков и таким образом отвлечь их внимание, указывая на то, что раз УАЗ здесь значит, оставлен умышленно. И того, кого они ищут, здесь в городе уже нет. Так рассуждал Леонид, выскакивая из машины. Осмотревшись по сторонам, он увидел на стоянке такси и быстро устремился туда. Пересекая площадь перед Центральным рынком, увидел отремонтированную гостиницу рядом с рестораном ″Алтын Ашак″. Названия он не видел, но гостиница великолепно смотрелась на этой площади и привлекала внимание своим помпезным видом. Возле машины одиноко стоял уже знакомый водитель. Тот самый, который доставлял с ним пьяного американского космонавта в центр.