Валентин Искварин – Естественно, магия (страница 69)

Виктор посмотрел на девушку. Женечка сидела бледная, опираясь на стол. Навряд ли она готова к расспросам. Ну да он ненадолго отлучается.

Снаружи маг увидел немую сцену: бойцы застыли по бокам от лекаря, ожидая развязки конфликта в доме. Пётр, кажется, понимал, что следует стоять смирно и не раскрывая рта, в отличие от селяночки, которая, вне себя от волнения, замерла в трёх метрах от места молчаливого противостояния.

— Отбой, бойцы! — крикнул Виктор. — Лекарь — ко мне!

Перепуганный Пётр подбежал и сразу зашептал:

— Я хочу сказать, что… — заряд бодрости кончился.

Ждать здесь, пока несчастный предатель что-нибудь скажет? Тваюмагию! было бы очень странно раскаиваться в содеянном на следующий день, но кому ведома загадочная лекарская душонка?

Виктор ждал. Пётр же силился что-то сказать, но никак не мог справиться с комком в горле: даже хрипа не выходило. А время утекало. Женечка сидит в чужом доме с психованной лекаршей. Маг не выдержал и спокойным, скучным голосом сообщил:

— Мы знаем. Надеюсь, ты хотел сказать, что сожалеешь.

Лицо несчастного вытянулось, рот открылся в удивлении, закапали слёзы. Хотелось отвернуться от неприятного зрелища. И вообще, гордеца как подменили! Влюбился в селяночку и решил исправиться? или старушка мозги промыла? Так или иначе, но Пётр явно сожалел.

— Зачтём как согласие. А теперь быстро к Лидии Ивановне — объяснять, что мы друзья и никого здесь убивать не собираемся!

59. Плод прощения

Нежданные гости расселись. Селяночка Настя — какая-то младшая родственница Лидии — подала сластей к чаю и весело заболталась о своём девчоночьем с Женей. Саша колупался в блюдце Петра. Танк уселся рядом с компьютерщиком, лишь бы не видеть ненавистного лекаря. Прощеный предатель неловко отсиживался сбоку от Насти.

Лидия поманила мага и указала на дверь. Да не вопрос: весьма любопытно, зачем так рьяно защищать лекаришку, два дня как ученика.

Лекарша взглянула на разбитую дверь, поморщилась и отвела её остатки, висевшие на покорёженных петлях, в сторону. Скрывшись от солнца под каким-то жалким навесом, женщина посмотрела вдаль.

— Ты тут недавно, маг, но уж заметил, что место это тихое.

— Да, весьма, — Виктор тоже поглядел на степь за символическими заборами трёх участков, из которых и состоял хутор. — Медвежий угол, я бы сказал.

— Не стесняйся, — женщина ухмыльнулась. — Я его называю медвежьей задницей. И у девушки, даже обыкновенной, появляется проблема…

«Даже обыкновенной»? Кажется, действительно непростая ситуация.

— Парни из местных… — лекарша скривилась, — подпорченные. А отпускать девчонку в город тоже не след. Был опыт…

Помолчав немного, Лидия рассказала. Коротенько. Виктор вспомнил другой рассказ: о каком-то виде тропических рыбок, у которых нет самцов, а оплодотворяет их некий родственный вид.

Загадочная история, мистическая и странная. Кто и как наложил на женщин в этом роду такое кривое и бессмысленное проклятие?

— В общем, дело сделано: Настеньке понравился Пётр. И этого уже не изменить, — лекарша вздохнула. — Так что кроме как от него она свою единственную дочку родить ни от кого не сможет. Знала б я, что он на такие гнусные фокусы способен, на пушечный выстрел к дому не подпустила б. А теперь придётся ваять из того, что есть. Надеюсь, ты не будешь мешать, маг?

— Нет, разумеется! — удивился Виктор. И тут же сообразил, что Лидия имела в виду. — Он всего лишь оказался слаб, ввязался в то, что выше его сил…

— Умеешь прощать. Редкое свойство для мага. Спасибо.

Способ, каким Чёрные проявили себя в кибер-атаке, говорил о многом. Во-первых, они знают, что Драконы готовятся к бою; грубость этой волны спама как бы намекает: Ордену без разницы, заметят ли его — важно лишь скрыть контакт и, возможно, посеять в группе взаимное недоверие. Во-вторых, Чёрные не собираются выманивать магов оттуда, где они засели; им нужно лишь знать, как обстоят дела в лагере противника, что и поручено выведать их агенту-предателю. Отличный повод скармливать дезинформацию.

Общение предполагалось вести через открытый ресурс на блюдце Петра. Шифр снова личный, и лекарь, конечно же, его сообщил. И ещё повезло, что в этой глуши ближайшие ноды не чувствуют ни деревню, ни хутор: Петру нет смысла выходить из дому, поскольку его местоположение нельзя отследить триангуляцией. И команде необязательно терпеть его раздражающее присутствие.

Поразмыслив, Виктор решил, что Чёрным надо знать следующее: главный маг — конечно же, Дракон, а его ученик едва дотягивает до седьмого уровня. Остальные тренируются интенсивно, но особых успехов не достигли. Маги занимаются в роще с пятнадцати до девятнадцати. Никаких видимых укреплений ни в роще, ни в коттедже нет.

— Да, именно так! — подытожил довольный Виктор, закончив диктовать. — Тут достаточно вранья, чтобы они начали потирать руки, и хватает правды, чтобы тебя не обвинили в двурушничестве.

— Виктор, — осторожно обратился лекарь. — А какой у тебя уровень, по-настоящему?

— Не знаю! — весело и честно ответил маг. И наклонившись к Петру, прошептал на ухо: — Но я подозреваю, что всё-таки одиннадцатый, — и подмигнул.

Сбитый с толку лекарь не сразу догадался, что его водят за нос. А когда сообразил, то обиделся, хотя и понимал, что недоверие — это наименьшая возможная расплата за предательство.

— Будут новости, не стесняйся сообщать Лидии, — распорядился улыбчивый Виктор.

— Ты мне совсем не доверяешь…

— А смысл? — маг стал серьёзен. — У нас осталось несколько дней, после чего ты можешь быть полностью свободен, говорить всё, что угодно, кому пожелаешь. А от того, насколько хорошо ты будешь выполнять указания, зависит, смогу ли я удержать некоторых от мести — у меня за спиной.

Пётр повесил голову.

— Знаешь, убери пока слова о моём уровне: пусть Чёрные спросят тебя, а уж тогда ты дашь «приблизительный» ответ.

— А зачем?

— Лишний день на подготовку, — Виктор гротескно улыбнулся.

— Ясно. Готовитесь неожиданно сбежать, — Пётр кивнул и вздохнул: они-то сбегут, а ему оставаться здесь и объяснять Ордену, как же Драконам удалось улизнуть.

— Кстати, неплохая идея! — согласился маг. — В следующем письме скажи, что мы собираемся бежать… в Ставрополь, например.

— А на самом деле!? — Пётр вдруг понял насколько то, что от него скрывают, больше того, что ему говорят!

— А на самом деле… Ты задаёшь много вопросов, прости уж за резкость. Но я тебе отвечу: думаю, мы будем не сбегать, а уходить.

Обратно шли неторопливо. Виктора из задумчивости вырвал Танк:

— Вить, а покажи какую-нибудь полезную магию, красивую!

— Хм, интересная просьба…

— Точно! — вскрикнула Женечка. — Что-нибудь большое!

Действительно: он поднаторел в разрушении и в созидании разной степени мрачности, а с чем-то веселым — пробел. В конце концов, то, за что следовало бы выступать — польза и радость, которой лишаются люди, запрещая магию!

— Хорошо. Выстраивайтесь вокруг меня.

Заинтригованная троица приблизилась.

— На счет «три» — подпрыгиваем!

Маг сосчитал, и когда компания оказалась в воздухе, подостлал под ноги кусок щита. Девушка пискнула от неожиданности, а парни промолчали, ожидая продолжения.

— Теперь садимся на щит — так экономней.

Завернув всех четверых в воздушное яйцо, Виктор вызвал смерчи. Слабенькие, но всё же пугающие. Странно: щит непросто пробивать заклинаниями на воздушной основе, но формировать воздушную силу на расстоянии вроде бы ничто не мешает. Или дело только в опыте, в стремительно прогрессирующем мастерстве?

Вихри подошли ближе и нежненько толкнули магическое транспортное средство. Бард и бойцы отшатнулись.

— Все в порядке: мы под защитой, — успокоил маг. — А теперь добавим скорости… Держитесь!

— За воздух!? — возмутился Танк.

— Так точно.

Однако шесть-семь метров в секунду оказались пределом скорости для смерчей такого скромного размера. Виктор увеличил их мощность. Транспортное средство получило знатного пинка и помчалось. Захваченные полётом на высоте полуметра, соратники восхищённо молчали. Маг же чувствовал, что щит сзади разрушается под воздействием стихии своего же рода. Пришлось его усилить, отчего шум за спиной приобрёл металлические обертоны.

Двадцать метров в секунду. Какое-то новое безошибочное чувство поставляло информацию о скорости с отменной точностью. Двадцать шесть. Тридцать. И довольно! Вот колечко на руке сообщило о пролёте через контролируемую зону свихнувшегося транспортного средства — пора тормозить: скоро деревня. Виктор отшвырнул вихри и лишил их контроля, чувствуя значительную усталость. Стихия магов — всё-таки блицкриг, а не осада. А если уж сидеть в осаде, то…

Воздушная капля ткнулась носом в набегающие струи. Кувыркаясь с остальными внутри защитного кокона, маг ощущал себя настоящим… придурком. Хорошо, что удалось сохранить контроль над формой, иначе всё вышло бы куда печальней!

Женя вскрикнула; Танк выразился адекватно, а потому неприлично; Саша тоже выругался. Поддерживая вместе с Танком Женечку, Виктор попытался сказать максимально спокойно:

— Первый блин комом, уважаемые. Не обессудьте.

— Именно комом! — согласился Саша. — Но веселым!

Шагая к коттеджу, троица спутников переглядывалась, пытаясь молча поделиться мнением о поездке. Маг тоже ничего не добавлял к уже сказанному.