Валентин Искварин – Естественно, магия (страница 111)
— Не знаю, — признался Виктор. — Очень странный союзник…
— Для очень странных союзников есть отличное и ёмкое словечко, — заметил бард. — «Враг»!
— Не знаю… — День заевших фраз продолжается? — Магия по-разному на людей действует. Архимагу вот одним образом башню расклинило, Викки — другим, мне, наверное, — третьим…
— Боюсь, начальник, насчёт себя ты тоже прав. — Танк вздохнул. — Узнал, когда будет «встреча»?
— Через сутки, под Волгоградом.
— Я хочу быть рядом с тобой.
— Я подумаю об этом…
А мысли путались. Наваливалось ощущение, что он окончательно перестал владеть ситуацией. Да, ему нужны помощники! За тем и учил их. Но как обеспечить их безопасность? Спасительное решение выпросталось из-под невразумительного вороха и губы сами собой сказали:
— А пока у меня есть дело.
Как же хорошо, что он по чистой случайности захватил с собой батарейки и колечки! Он видел работу артефактов на электричестве. Наверняка, есть возможность связывать их в сеть. И даже транслировать мысленные образы! Например, как изменение электромагнитных полей. Надо пробовать…
101. Обмен
— Виктор?
— Михаил?
— Всё-таки не перестаю удивляться вашим возможностям и способностям! Для обычных магов создание подобного артефакта — не менее как пятнадцатый уровень силы!
Запаздывание ничтожное: старый маг не в городе, а на борту катера, идущего навстречу «Пегасу»!
— Мы скоро появимся в прямой видимости, — ответил кудесник, ловя вектор передачи. — Двигайтесь мористее, обходите остров справа.
— Фантастика, мой юный друг! — снова восхитился Михаил. И бросил в микрофон: — Право руля.
— У вас на катере есть кран? Простите, что не предупредил.
— Я достаточно предусмотрителен. — На том конце линии раздался щелчок, и маг в ту же секунду быстро сказал: — Увидимся у меня в рубке!
Что за ерунда?
Корабли состыковались. Или… пришвартовались. Вечер загасил ветр
— Девушка ваша хотела приехать, но я отговорил. У меня есть новости. Честно говоря, настораживающие.
— Михаил Геннадиевич, простите, но у меня уже голова кругом идёт…
— Тогда кратко скажу. На юг от города есть база спасателей. Я всегда подозревал, что не всё там чисто, ну да ладно. В общем, два часа назад оттуда ушли на северо-запад три тройки винтокрылов. Причём, я не уверен, что это… мирные машины: крохотные совсем и быстрые, как демоны.
— Серьёзно? А как же Вечный Мир?
— Что-то всегда остаётся, сколь бы ни был он крепок, — маг развёл руками. — Короче, не понравились мне эти винтокрылы. И я проверил: ничего особенного в окрестностях наших не происходит. Только ваша завтрашняя встреча.
— Спасибо, что сказали, — поблагодарил кудесник полушёпотом. — Как же досадно…
— Я живу с этим чувством уже восемьдесят лет, мой мальчик. И больше так жить не хочу, — произнёс старик, смотря вдаль. — Нас травят, как зверей, нами пугают детей в сказках! Представляете? Недавно увидел в книжном красивенькую такую поделочку в твёрдой обложке во-от такого размера… с названием «Добро и магия». Попытался, знаете, почитать. Седина дыбом встаёт! От непроходимой глупости! От неимоверно огульного очернительства! — маг закипал с каждой фразой, а понижаемая громкость голоса производила эффект прямо противоположный. — Даже я, даже Дрейк, и ещё десяток других. Да, у нас незаконная организация. Да, я не всегда особо разборчив в средствах. Но, право же, вспоминая о тех, кем я кормил катранов, я могу указать считанных молодых дурачков, попавших в переплёт по глупости. В остальном же — это звери! Но люди, с прогнившим нутром, с заляпанными сургучом ушами продолжают считать, что вот это зверьё достойно суда и тюрьмы, а я — смерти! Я! Который держит — ладно, держал — свою территорию в порядке долгие годы, избавлял полицию от бессмысленной докуки. От уличного ворья, от жестоких свар молодёжи, жаждущей только денег, власти, сомнительных удовольствий и животного совокупления со всем, что движется!
— Да. Но есть и другие маги…
— Согласен! — с жаром ответил Михаил. — Только большая их часть сейчас носит чёрную форму и гоняется за нами! Я вот вообще сторонник теории «большого розыгрыша». Только был не розыгрыш, а заговор. Группа высших решила сопроводить неизбежные изменения сообщениями, к которым так никто и не прислушался, хотя Гильдии и так трубили тревогу! А потом Гильдии же и обвинили в преступном бездействии, если не в содействии. Изящно, как удар кувалдой. Но — сработало! Самое что поразительное: оно и дальше покатилось. И катится уже почти шестьдесят лет! Может, вам, юноша, кажутся слишком пафосными нечаянные откровения старого дурака?
— Нет, что вы! Я пришёл к похожим выводам. Но они не отменяют несправедливости приговора магам.
— Да, я в чём-то непоследователен. Сам же верю в предзнаменования и в пророчества… — маг усмехнулся. — В судьбу. Наверное, это от усталости, от старости.
— Пророчество, предсказание творит реальность.
— Этак можно сказать, что любое действие или слово творит реальность. Хм! Особенно, если оно случилось или было произнесено оч-чень давно.
— Но ведь так оно и есть, — кудесник приподнял левое плечо. — Только пророчества вырезают из поля возможностей узкий сектор, который и осуществляется.
— А потом следует другое пророчество, которое дополняет действие предыдущего… Интересная мысль. Я предполагал, что далеко не всякий способен овладеть наукой Люция, а теперь это вижу! Вы очень вдумчивый и талантливый молодой человек, Витя!
— Мы стали великими, потому что стояли на плечах титанов, — скромно ответил Виктор. — Там, где я вырос, люди думают об этом, сочиняют книги о магии, о пророчествах, о судьбе. А тут… всё это есть… неизвестно почему.
— И вы попали сюда, и сразу же всё поняли?
— Просто всё наиболее логичное и последовательное, что относилось к магии, нашлось здесь. — Кудесник усмехнулся, задумался и медленно проговорил: — Как пророчество…
— Словно вы созданы для нашего мира? — с воодушевлением поддержал Михаил.
— Нет, — Виктор потёр внезапно заболевшие глаза. — Словно этот мир создан для меня.
— Это всего лишь ваш взгляд, взгляд изнутри!
— А ваш — снаружи, вы наблюдаете это явление, так? И потому мы говорим об одном и том же?
— Разумеется!
— Если это
— Значит, вы опасаетесь, что вы — кузнечик, которому снится, что он — кудесник? — старик посмотрел задорно и лукаво.
— И я не смогу убедиться в обратном…
— Ну, тут вам можно бы с Дрейком пообщаться: он из той же породы. Только ни грамма не склонен к высоким раздумьям, а напротив — всё упрощает.
— А что, если…
— Дрейк — тоже картинка вашего затуманенного разума? И сейчас с вами тоже говорит фантом? — Михаил расхохотался. — Тогда всё просто великолепно! Значит, у вас нет иного выбора, как только победить в сражении с Орденом, раскрепостить магию и снова её узаконить! Потому что здесь и сейчас вы — великий маг! Потому что только вам и части вашего сознания, притворяющейся Люцием, ведомы самые глубинные законы и доступны самые тонкие приёмы! Да будет так! — Маг присел на корточки и придвинулся вплотную к запутавшемуся кудеснику. — Тогда в этом сомнении черпайте силу и бессмертие. Ради нас, ради мимолётных искр, которые горят в разожжённом вами огне. Идите и… — Михаил поднялся, подал руку Виктору, помог встать и закончил фразу: — Победите!
— Вы переворачиваете всё… — снова попытался воспротивиться кудесник.
— И что? Иногда кажется, что живёшь в кошмаре, хочется проснуться, но не получается. И поскольку пробудиться не дано, ты действуешь так, как должен, не заботясь о том, насколько всё реально. Опять же: а если это — всё же реальность? и за раздумьями потеряешь свой шанс выжить, спасти многих, восстановить справедливость?
— Всё так запутано… — Виктор потёр лоб. Викки наложил на него заклятие тупости, или Михаил так удачно постарался ввести слушателя в ступор?
— И вы ещё станете символом этой эпохи перемен. Вам дано всё распутать.
— В Китае жить в эпоху перемен считают проклятием.
— А ещё они едят всё, что не успело убежать из тарелки, — Михаил улыбнулся. — Нам-то что с того? В ситуации, подобной вашей, самое разумное — собирать всё, что может помочь, в том числе и обрести уверенность в себе, возможность управлять событиями, а не плыть по течению!
— Да, это разумно.
— Ваша девушка сказала, что её отец — дипломат с высоким уровнем допуска и высший бард. Я думаю, мы все вместе продолжим разбираться во всём
— Михаил, вы не верите в благополучный исход переговоров?
— Как вам сказать… Ни на секунду. Будь вы уникальны как Победитель, был бы разговор. Но у Чёрных уже есть некто подобный вам, следовательно… — маг покачал головой.
— Жаль.
— И они слишком серьёзно готовятся к битве, чтобы собираться разговаривать. Возможно, вам и сделают предложение, но, — Михаил поморщился, — навряд ли оно окажется достойным.