Валентин Холмогоров – Чужие миражи (страница 15)

– Пока ты болтаешься в виртуальности, твое тело совершенно беззащитно здесь, перед компьютером. Тебе могли взломать дверь, войти в комнату, и ты ни черта бы не услышал. После чего с тобой можно было бы делать все, что угодно. Все. Что. Угодно. Ясно, нет?

– Но ведь все же обошлось…

– Сейчас обошлось. В следующий раз не обойдется. Сколько тебе пообещали?

– Пятьсот тысяч долларов.

Названная мною сумма не произвела на Денисова ни малейшего впечатления.

– Запомни, парень: в этом мире легких денег не бывает. – Говорит он. – За все надо платить. Никто и никогда ничего не дает просто так. И если тебе сулят крупное вознаграждение, самое время задуматься: а, собственно, за что? Пуля иногда стоит много дешевле. Скорее всего, ты уже заранее покойник.

Денис Вениаминович допивает из стакана кофе и тяжело поднимается на ноги.

– Ладно, поехали.

– Куда?

– Узнаешь. Еще один вопрос – и получишь по морде. Собирайся быстрее, через десять минут жду в машине.

Белая «Волга» Дениса Вениаминовича неторопливо катится по дневному Питеру. Я, успокаивая нервы, курю в окно уже третью сигарету подряд, он, насупившись, молчит на переднем сидении. Водитель тоже неразговорчив. «Волга» Проезжает по Средней линии Васильевского острова и сворачивает в ничем не приметный дворик. Пыль, примятый истоптанный газон, жухлый кустарник. Высокий металлический зеленый забор, по периметру которого натянута в четыре ряда на изогнутых штангах колючая проволока, мрачное, неухоженное, медленно разрушающееся кирпичное здание заводского типа с другой стороны. На воротах дешевая вывеска: «ОАО Электромашэнергострой».

Ворота медленно ползут в сторону, из невысокой будки с металлическим трапом появляется человек в сером камуфляже, на груди которого красуется небольшая черная нашивка с лаконичным словом «охрана». Вроде бы все вполне традиционно, однако на плече охранника виднеется короткий автомат с обрезанным стволом, а его неповоротливая, угловатая фигура однозначно говорит о том, что под нейлоновым комбинезоном скрывается прочный бронежилет. Чуть в стороне, подняв уши, за автомобилем внимательно следит умными желтыми глазами здоровенная немецкая овчарка.

Водитель протягивает охраннику какую-то бумажку, тот мгновение внимательно изучает ее, заглядывает в салон, после чего, сделав разрешающий жест рукой, поднимается по трапу в свою кабинку, закрыв за спиной дверь. Ворота с гудением и скрежетом ползут на место.

Машина проезжает по узкому, асфальтированному, но плотно заваленному какой-то арматурой, старыми силовыми шкафами и прочим металлическим хламом дворику, и останавливается возле облупленного крыльца с проржавевшей крышей и прочной железной дверью. Денисов молча выходит из машины и несколько секунд возится с кодовым замком.

– Пошли. – Говорит он не оборачиваясь.

Мы входим в прохладный, просторный коридор.

Кабинет небольшой, но аккуратный, окна завешены белыми жалюзи, на стене висит позапрошлогодний календарь с какой-то полуобнаженной звездой. Тихо работает кондиционер. Под календарем, за покрытым лаком простым письменным столом, заставшим, наверное, еще хрущевскую эпоху, сидит, перекладывая какие-то бумаги, коренастый лысеющий мужчина в сером вязаном свитере, из-под которого выглядывает наружу расстегнутый воротник рубашки.

– Привел? – Он поднимает глаза. Взгляд хмурый, внимательный, оценивающий.

– Привел, – отвечает Денисов.

– Это хорошо. Тебя, Денис Вениаминович, Курашов искал.

– Спасибо. Где он?

– В тридцать третьей, у Глицевича.

– Если что – буду там.

С этими словами Денисов выходит, плотно закрыв за собой дверь. Человек за столом, не обращая на меня ни малейшего внимания, продолжает ворошить документы. Я, как дурак, стою посреди комнаты, не решаясь сесть без приглашения на стоящий у соседнего пустого стола свободный стул. В тишине помещения раздается дребезжащий звонок телефона, человек за столом угрюмо снимает трубку.

– Да? Да. Хорошо. Сейчас поднимусь.

Он собирает бумаги в аккуратную стопку, утрамбовывает ее о столешницу, после чего прячет их в ящик стола, который с хрустом закрывает на ключ. Стол остается девственно чистым.

– Подожди пять минут, – говорит он мне и уходит.

Потоптавшись в центре кабинета, я все-таки усаживаюсь за свободный столик. Заняться совершенно нечем и я начинаю разглядывать стены, однако вскоре это занятие мне надоедает. Вновь звонит телефон: на столе, за которым я сижу, их два – один самый обыкновенный, если не считать небольшой черной кнопки на лицевой стороне, второй – уродливый и угловатый, на нем диска нет вообще. Оттрезвонив раз десять, телефон умолкает.

Проходит пять минут. Пятнадцать. Двадцать. Я начинаю нервничать. Когда мое состояние доходит до верхней точки кипения, дверь кабинета открывается и его хозяин, проскрипев каблуками по древнему паркету, усаживается обратно за свой стол.

– Акимов Владислав Сергеевич? – Задает он полувопрос-полуутверждение, неприветливо припечатывая меня взглядом к стулу и расположив сцепленные замком руки перед собой.

– Я.

– Алексей Анатольевич. – Представляется в ответ он. – Образование?

– Высшее техническое.

– Что заканчивал?

– Бонч-Бруевича. Институт связи… – Зачем-то добавляю я после непродолжительной паузы.

– Я в курсе. Компьютерами увлекаешься?

В течение четверти часа он задает вопросы о моей семье, работе, вкусах, привычках, хаотично перескакивая с темы на тему и периодически интересуясь то установленным на моей домашней машине программным обеспечением, то успехами в давно минувшей учебе. Спустя двадцать минут, когда некоторые, ничего не значащие на мой взгляд вопросы начали повторяться по второму кругу в различных формулировках, этот своеобразный допрос стал меня понемногу утомлять.

– Ладно, – неожиданно останавливается он, хлопнув ладонью по столу, – теперь постарайся ответить серьезно и хорошо подумав: кто поручил тебе залезть в офис «Нетлана»?

– Понятия не имею.

– А подробнее?

Тяжело вздохнув, начинаю пересказывать всю историю с самого начала, успокаивая себя тем, что у меня не остается иного выбора. Второй раз попасть под пули очень не хочется. Алексей Анатольевич, так же как и Денисов несколькими днями ранее, слушает внимательно, время от времени уточняя различные детали. Сцену со свиданием в «Заоблачном» он мусолит особенно тщательно. Больше всего меня огорчило то, что мой собеседник не терпящим возражений тоном потребовал сдать ему во всех подробностях тщательно выверенную мною схему получения заказа. Возражать не было смысла.

– Отлично. – Произносит наконец он, когда я, выдохшись окончательно, замолкаю. – Во-первых, мне хотелось бы извиниться перед тобой за недавний инцидент.

– Какой инцидент? – Непонимающе хлопая глазами, переспрашиваю я.

– Тот самый.

– Так это…

– Я стреляла не в вас, я стреляла в лошадь. – Пародируя интонации экранной леди Винтер из старых «Трех Мушкетеров» с Боярским в главной роли, перебивает меня он. – Сильно напугался?

Я молча открываю и закрываю рот, словно вытащенная за леску из воды рыба. Подыши, рыбка, свежим воздухом. Тебе полезно. Противное ощущение того, что меня, выражаясь современным языком, немного «подставили», наполняет мой мозг изнутри нехорошим липким чувством.

– А вы напугались бы, если бы вам пальнули в спину из автомата? – Выдавливаю из себя я.

– Сомневаюсь. – Алексей Анатольевич улыбается.

– И зачем? – В моем голосе звучит плохо скрываемая злость.

– В силу необходимости. Слишком интересная пошла игра. Нехорошая. – Отвечает мой собеседник. – Если кратко, мне хотелось проверить твою реакцию, посмотреть куда ты дернешься, к кому побежишь за помощью. Любой человек на твоем месте начал бы суетиться. Это нормально. Сознаюсь, мера крайняя, экстремальная, но вынужденная. Более того: поначалу у меня было подозрение, что в исчезновении этой злосчастной улицы каким-то боком замешан ты. И я получил гарантию, что спасая свою жизнь, ты будешь со мной предельно откровенен.

Вот так-то. Получай, дайвер, по физиономии. Заслужил.

– Так значит, «Нетлан» был вашей конторой?

Алексей Анатольевич неторопливо кивает.

– Наши операторы следили за тобой с самого начала, с момента, когда ты заговорил с охранником. И решили тебя пропустить. Посмотреть, что ты будешь делать.

Любопытно. Выходит, я с такой легкостью проник в помещения «Нетлана» только потому, что мне решили не мешать. И «Витязь» у входа, был, скорее всего, не просто «Витязем». Наверняка имелось у него в арсенале что-нибудь покрепче резиновой дубинки.

– Надеюсь, я не нанес вам значительного ущерба? – Осторожно спросил я.

– Ни малейшего. Вся информация, хранившаяся в сейфе, была предварительно скопирована на внешние носители. Да и не представляла она никакой ценности. Твой клиент это отлично знал.

– Тогда зачем… – Начал было я, но смолк, окончательно запутавшись.

– Не догадался еще, юный гений? – Улыбается Алексей Анатольевич. – Ну же? Все просто. Твой заказчик, то есть наш конкурент, всего-навсего хотел прощупать нашу реакцию на такое вот не слишком аккуратное и не очень профессиональное вторжение. Посмотреть на наши ответные действия. Использовав тебя в качестве пешки.

Я смачно выругался про себя. Алексей Анатольевич, улыбаясь, с интересом наблюдает за изменяющимся на моем лице выражением.