Валентин Денисов – Фронтовой дневник княжны-попаданки (страница 32)

— Не знал? — удивляется девушка. — Но зачем тогда ему сдался этот дневник? Не для того ведь, чтобы изучать рисунки Агриппины Филипповны…

— Не поверишь, но действительно для этого, — говорю и самой становится смешно.

Кадир мог бы заполучить куда большую власть, чем он думал. Достаточно было бы раскрыть секрет княгини Стырской, изучить составленный ею список.

Наверняка нашлись бы люди, заинтересованные в сокрытии этих знаний. Точно, как нашелся бы и тот, кто захотел бы этими знаниями завладеть. И тогда мужчина мог бы договориться, решить все свои проблемы…

Но он не знал истинной ценности дневника. Более того, наравне с интересом к силе Стырских, он утонул в интересе к красоте Анастасии Павловны. К моей красоте.

И именно это его погубило.

— Хочешь сказать, что все, что ему было нужно — это сами травы? — не верит моим словам незнакомка.

— Кадир полагал, что в дневнике содержатся знания, благодаря которым он сможет научиться лечить точно так же, как Агриппина Филипповна и я. Он думал, что именно в знаниях наша сила…

— А в действительности, знания княгини Стырской — всего лишь ее увлечение, любимое занятие, с помощью которого она коротала долгие дни своей жизни, — продолжает девушка за меня.

— И это заблуждение стоило Анастасии Павловне жизни, — вздыхаю я. — И едва не стоило жизни и мне самой…

— И все же, не зря ведь Агриппина Филипповна велела беречь свой дневник, — замечает девушка. — Должно же в нем быть что-то, за что на самом деле можно убить.

— Скорее, он содержит то, из-за чего могут убить очень многих, — поправляю ее я.

Поднимаюсь с пола и направляюсь в сторону комнаты. Иду практически наощупь. Глаза уже успели привыкнуть к темноте, но она по-прежнему остается практически непроглядной.

— Куда ты идешь? — бросает мне вслед девушка.

Похоже, что она не любит лишних движений. Но у меня нет вариантов. Я должна поделиться правдой. Должна избавиться от ответственности быть единственным ее хранителем.

— Мне нужен свет! — отвечаю, не останавливаясь. — Если ты хочешь узнать правду, тогда тебе придется предстать передо мной при свете свечи.

— Почему ты не можешь рассказать мне тайну, не демонстрируя ее? — спрашивает она и я слышу сзади шаги. Она идет за мной.

— Я думаю, что это честно: тайна за тайну. Разве не в этом высшая справедливость?

— Сейчас речь идет не о справедливости, — незнакомка практически догоняет меня. Ее голос звучит совсем рядом.

— Мне не важно, о чем ты сейчас говоришь, — резко поворачиваюсь и смотрю прямо на нее.

Вижу темный силуэт. Знаю, что она тоже смотрит на меня. Но ничего не делает. Сейчас я слишком важна, чтобы что-то против меня предпринимать.

— Удивительно, каким может сильным оказаться человек, если в нем подходящая душа, — заявляет она совершенно не в тему. — Если ты действительно так хочешь… Тащи свою свечу!

Не говорю ни слова. Мне не важно, дает она мне разрешение или не дает. Я сама сделала выбор! Я сама решила, что сегодня, прямо здесь, я узнаю ответы на все свои вопросы.

А вопрос у меня остался только один: кто она?

Пройдя в комнату, нащупываю на столе свечу и поджигаю ее. Пламя тут же выхватывает помещение из темноты. И мне теперь только остается повернуться к девушке и взглянуть на нее.

Но почему-то от необходимости делать такое простое движение, мне становится страшно.

— Ну же! Чего ты ждешь? — шепчет она прямо у меня за спиной.

— Боюсь, что это знание окажется слишком опасным, — осознаю, что именно меня тревожит.

— Если бы я хотела избавиться от тебя, я бы давно уже это сделала…

— Но также ничто не помешает тебе сделать это в любой другой момент, — понимаю, что опасность есть в любом случае. Значит нет надобности бояться последствий.

Оборачиваюсь и поднимаю перед собой свечу. Сердце бьется так сильно, словно хочет выпрыгнуть из груди. Но правда уже совсем рядом.

Поднимаю взгляд. Сперва замечаю черное платье, потом белый передник, крест… И только тогда понимаю, что передо мной стоит сестра Аглая!

Глава 51 Тайное общество

— Сестра Аглая? — поражаюсь личности моей спасительницы. — Это действительно вы?

— Давай не будем возвращаться к официальному общению, — морщится девушка. — По крайней мере пока мы общаемся тет-а-тет.

— Как скажете… как скажешь, — до сих пор не могу поверить, что все это правда.

Удивительно. За последнее время я успела заподозрить сестру Аглаю в покушении на меня, в воровстве, в каком-нибудь заговоре. Но что она — это и есть та самая незнакомка с ножом, я даже предположить не могла.

— Теперь, когда я продемонстрировала себя, настала твоя очередь открывать секрет, — возвращается к сути Аглая. — Что скрывает дневник Агриппины Филипповны?

— Смешно сказать, но, если бы не Кадир, я бы никогда не узнала правду, — хмыкаю я и направляюсь обратно в кухню.

Вспоминаю, как гналась за мужчиной, думая, что это Аглая и мне становится не по себе. Он ведь вполне мог убить меня, если бы только захотел это сделать. Но он не хотел. Почему? Неужели, потому что действительно влюбился?

— Что ты все ходишь вокруг да около? Рассказывай уже всю суть! — требует Аглая, тем не менее послушно идя следом.

— Когда Кадир убегал, по чистой случайности он уронил дневник княгини Стырской в реку, — развязываю шнурки и кладу раскрытый на пустых страницах дневник на стол. — Сперва я решила, что дневник испорчен. Но потом…

Беру кружку и наливаю в нее немного воды из графина. А следом выплескиваю содержимое на страницы.

— Да что же ты делаешь-то?! — бросается к дневнику Аглая, но тут же замирает.

— Я тоже думала, что вода испортит страницы, — признаюсь я. — Но все оказалось куда сложнее…

Подношу к дневнику свечу и прямо у нас на глазах, под тонкой пленкой воды, начинают появляться буквы.

— Что это такое? — сестра Аглая подходит и наклоняется над страницей. — Кто все эти люди?

— Я была уверена, что ты скажешь мне об этом, — удивляюсь ее реакции.

Все это время я думала, что таинственная незнакомка, которой оказалась наша Аглая, знает все о бабушке Анастасии Павловны, ее работе и приближенных. Но выходит, что толком ничего она не знает.

— Неужели это тот самый список? — Аглая внимательно изучает имена и фамилии и качает головой. — Здесь есть все, кто участвовал в собраниях у княгини Стырской, но…

— В каких еще собраниях? — выходит, что здесь дело идет о какой-то группе или даже секте.

— Агриппина Филипповна — первая, кто решился открыто применять свои способности. Не без прикрытия, конечно же, — начинает Аглая. — Обычные люди, не знающие, что такое магия, восхищались ее знанию трав и способности лечит ими разные болезни. Но те, кто был наделен магией, как и княгиня, чувствовали, в чем дело. Сперва это были случайные встречи на сеансах. Затем одаренные стали приходить к ней намеренно. В итоге вокруг княгини Стырской образовалось общество подобных ей. Общество подобных нам с тобой! Но я не знала, что все они записаны в ее дневнике…

— То есть здесь на самом деле перечислены люди, обладающие магическими способностями? — я и ранее предполагала подобное, но узнать, что это правда, невероятно.

— Здесь перечислены все известные княгине магически одаренные люди, проживающие в Российской империи, — Аглая перелистывает несколько страниц и поливает их водой. — Здесь указаны не только имена, но и их адреса. Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Это значит, что секрет Агриппины Филипповны не должен попасть в плохие руки, — киваю ей.

— Кадир даже не представляет, какой информацией мог завладеть, — шепчет девушка, судя по всему, размышляя вслух. — Ты уверена, что он ничего не знал?

— Я уверена лишь в том, что он говорил об этом. Но разве у Кадира был смысл врать? Он ведь намеревался избавиться от меня…

— Не знаю… Жизненный опыт подсказывает мне, что смысл может быть всегда и во всем. Я бы не стала доверять словам турка. Особенно после того, что он намеревался сделать, — Аглая закрывает дневник и протягивает его мне. — Забирай его и береги, как самую главную драгоценность в жизни.

— Но… возможно, было бы лучше, если бы эта ноша досталась тому, кто готов ее нести? — не хочу брать на себя такую ответственность. Но не знаю, как правильно от нее отказаться.

— Знаешь, чему меня научила жизнь? — Аглая буквально тычет в меня дневником. — Если что-то случается, значит так оно и должно быть. Если этот дневник достался тебе, если это тело досталось тебе, значит хранить их — твой долг.

После таких слов что-либо придумать уже сложно. Впрочем, возможно, что девушка права. Возможно, это действительно моя ноша и я должна нести ее до конца своей новой жизни. В конце концов, это не самая большая цена за подаренный шанс начать все с чистого листа.

— Выходит, что ты теперь уйдешь? — предполагаю, что на этом миссия Аглаи окончена и она может заняться своими собственными делами.

— Анастасия Павловна, мы же на войне! — внезапно напоминает она. — Разве с войны просто так можно уйти? Нет, я здесь с тобой, до самого конца.

— А затем в Петербург? В Царское село?