Вахтанг Глурджидзе – Лалиса и её друзья. (страница 102)
- Правда, что ли? – Удивляются русские.
- Ну, не совсем, это просто самолёт моего отца. У меня есть только кот. Его Лего зовут. Он в комнате общаги остался.
- Что здесь за собрание? – Появляется Екатерина Фёдоровна.
- Ведём разъяснительную беседу среди местного населения! - Вытягиваюсь я перед учительницей.
- Идите, пока вас Илона Андреевна искать не стала. – Обращается в стайке русских девчонок Екатерина Фёдоровна, и они исчезают из зала. Мы занимаемся до восьми вечера, а потом идём обедать. Уре местная еда кажется пресной и она добавляет соли, а потом ещё и перца. Со Ын и я спокойно едим, а Ёна увидала горчицу, и начала добавлять в первое и второе. Уже находясь у себя в комнате, через окно видим приезд остальных корейцев. Из-за разницы во времени, ложимся спать рано. Ничего, пара дней, и всё нормализуется.
Место действия
Время действия
- Так, Анатолий Борисович, что у нас там с корейцами?
- Всё нормально. Александр Яковлевич! Они накормлены, и уложены спать. Всё-таки, разница во времени… Завтра пройдут медицинский осмотр, и будут направлений в корейскую школу «Банан».
- Хорошо! Екатерина Фёдоровна, а что у нас по этой четвёрке?
- У них всё в порядке, девчонки способные. Только одна из них нуждается в проверке у нашего Степана Викторовича. Сейчас, да, Ким Со Ын, или Соня, как она себя назвала.
- Да, да! обязательно поведите её! Это гениальная девочка! Она композитор, пишет классическую музыку. У неё кроме балета будут и уроки у вас, Дмитрий Васильевич. – Директор училища смотрит на дирижёра новосибирского оркестра театра оперетты и балета.
- А что, она действительно такая талантливая? – Удивляются другие педагоги.
- Да, я сам был в Сеуле пятнадцатого августа. И видел и слышал, как эта Соня Ким исполнила своё новое произведение вместе с Национальным оркестром Корее. Их дирижёр, Им То Юн, мой хороший знакомый. Эта девочка, его племянница. Я с ним говорил на следующий день талант у школьницы открылся после автомобильной аварии и двух недельной комы. До этого Соня посредственно играла на синтезаторе, гитаре и фортепиано, и музыку не писала. Но после больницы она начала и шикарно играть на всех этих инструментах, и писать классические произведения мирового уровня! Вот! – Дирижёр достал пухлую папку с нотами. –Здесь семь её произведений! И это, только за полгода! Уже поговаривают о возможности награждения Ким Со Ын премиями «Авард Мюсик» от австралийско-азиатского региона, и «Грэмми» от США. Но кроме этого она вместе с дочерью нашего спонсора, Лалисой Манобан, пробует писать и современную музыку. А вот это ещё один проявившийся талан девушки. – Дмитрий Васильевич достаёт рисунок. – Она стала великолепно рисовать. Это портрет её дяди Им То Юна.
Все учителя с восхищением рассматривают лист с рисунком.
- Извините. Екатерина Фёдоровна, что пришлось прервать вас. Продолжайте рассказ об остальной тройке. – Директор смотрит на учительницу.
- Значит, Чон Ён А, или Ёна. Она танцует неплохо. Но не для балета. Можно её потренировать в гибкости и растяжке, но на балерину она точно не вытянет. Для эстрады она подойдёт. Кстати, Дмитрий Васильевич, её надо будет проверить и у вас, ведь она может играть на ударных инструментах и гитаре.
- Проверим, оценим. – Отвечает дирижёр.
- Дальше. Чон У Рам, или Ура.
- Они не родственники с Ёной? – Спрашивает кто-то из педагогов.
- Нет, однофамилица. Танцует она в современном стиле. И её трудно подогнать под наши требования. Но можно сделать то же самое, что и для Ёны. Наконец, дочь нашего уважаемого спонсора, господина Кима. Ей до балерины недалеко. Она великолепно двигается и танцует хорошо. Но вот прыжки и вращение ей пока недоступны. Хотя, как тут написано, она танцует с четырёх лет…
- Дополню, у вас этого нет, пришло только сегодня. – Директор училища читает текст с экрана компьютера.:
- Мда, задачка! Подсунули нам корейцы будущих мировых звёзд… Ничего, научим всему, что умеем! – Закруглил совещание директор училища.
Место действия: Российская Федерация, город Новосибирск, корейская частная школа «Банан».
Время действия: второе сентября, две тысячи десятого года, утро-день.
Проснулся ночью, и больше спать не хотел. Девчонки тоже стали просыпаться. Потом все вместе стали смотреть по ноутбуку новости в К-поп. Я с удивлением смотрел на группы, названия которых никогда не слышал на старой Земле, хотя уверен, что они там тоже существовали. Мне запомнились несколько таких коллективов:
«Браун Айд гёлз» (реально существует на нашей Земле уже десять лет) выпустил двадцатого августа две тысячи десятого года песню «Абракадабра».
https://www.youtube.com/watch?v=ofwFr8o8p0Y (Абракадабра)
«Шинхва» (существует в нашей реальности восемнадцать лет) выпустил в апреле две тысячи десятого года песню «Перфект Мэн» (на нашей Земле этот сингл 2010 года, переделали в клип в 2016 году).
https://www.youtube.com/watch?v=ZrazjRx-wPE (Перфект мэн 2010 год)
- Это обычные середняки. Они долго протянут. У них есть свои фанаты, которые растут вместе с айдолами, и будут их долго поддерживать. – Ура сделала прогноз, как самая старшая из нас трейни, знающая о всяких подводных течениях в К-попе.
- Во всяком случае, с такими конкурентами не считаться глупо. Они уже айдолы. А мы, если нас допустят к дебюту, вынуждены будем продираться к своему месту в рейтинге через толпу таких же дебютантов, как и мы сами. – Озвучиваю я свои мысли.
Ёна смотрит на меня удивлёнными глазами, наверное, не ожидала от онни таких «мудрых» слов.
- Но у нас есть преимущество. – Ура обводит нас взглядом. – Со Ын и Лиса могут сами писать песни и музыку. Надо сыграть на этом.
- Тогда, несмотря на занятость учёбой, можно попробовать сочинить какой-нибудь сингл, а лучше, два! Их потом представим руководству через стаффа.
- А почему она не здесь, с нами? – Ёна смотрит на всех вопросительно, и ждёт ответа от старших «товарищей по партии».
- Она будет с утра, когда мы поедем в школу.
После этого мы немного поболтали, и опять легли спать. Проснулись в семь. Пошли, помылись, облегчились, и уже в восемь были первыми в столовой. Я и Соня ели с удовольствием, Ёна поковыляла вилкой котлету и пюре, и остановилась, выпив только стакан сока.
- Что такое, Ён?
- Риса нет.
- Так русские и не едят рис, как мы. У них вместо этого картошка.
- А где она?
- Вот это, вареный картофель. Он просто растёрт в кашеобразную массу. – Показываю на пюре.
- Это правда, картофель? Я такого никогда не ела.
- Посоли, и попробуй. И котлету ешь, это мясо, обычно смесь свинины и говядины.
- Да? – Ёна попробовала пюре. Оно ей понравилось, и девочка быстро очистила тарелку.
- Пошли к выходу.
Мы вышли. Нас ждала машина моего аппы. В ней уже сидела наш стафф.
- Сейчас мы поедем на медицинскую проверку. А потом в школу. За пределами общежития я буду всегда с вами. – Ён Лин оглядела нашу четвёрку. Ехали недолго. Остановились у здания, на котором большими буквами было написано «Медцентр «Сибирь»». Там задержались на два часа. Проверили нас досконально, и с помощью аппаратуры, и визуально. Я оказался здоров, как бык. У Уры тоже ничего не нашли. Ёна впервые попала на гинекологическое кресло, и была в ужасе, хоть не паниковала, как я в первый раз. Соне русские пообещали убрать хромоту. Но для этого она должна два раза в неделю ходить на какие-то процедуры. Стафф всё это записывала, слушая мой перевод. Узнав, что мы из балетного училища, доктора позвонили главному эскулапу этого учебного заведения. В результате походы Со Ын отменились, так как врач балетной школы сам взялся лечить нашу Соню прямо на месте, в общежитии.
Наконец, в двенадцать часов дня, наша машина приехала в школу «Банан». Наша тройка (я, Соня и Ёна) была распределена по классам И вот, иду с рюкзачком за спиной по коридору вместе со стаффом, следуя за завучем школы Виктором Ли. Она довольно большая. Есть и футбольное поле, спортивные залы, бассейн. В этой школе учатся местные корейцы. Преподавание ведётся на билингве – используются как русский, так и корейский языки.