Ваджрагупта (Ричард Стаунтон) – История «Триратны» – взгляд изнутри (страница 3)
Буддийские учителя Индии разочаровали его: казалось, лишь немногие заинтересованы в несении Дхармы. Но со временем он был посвящен в монахи в традиции Тхеравады и получил имя «Сангхаракшита» 4[1]. Позже он нашел своего первого настоящего учителя – ученого тхеравадинского монаха по имени Ягдиш Кашьяп, который мог руководить им в изучении буддизма. Но потом, в начале 50-х, Кашьяп покинул его в Калимпонге, маленьком торговом городке на горной границе северо-восточной Индии, сказав ему «остаться там и работать на благо буддизма». Сангхаракшита последовал его совету, стал увлеченным и талантливым учителем, со временем основал вихару 5[2] и приобрел уважение благодаря своим лекциям и работам об учении Будды. В 1957 году была опубликована его первая книга, «Обзор буддизма» 6[3]. И тогда, и впоследствии, она получила высокую оценку у буддистов по всему миру, к примеру, у ученого Эдварда Конзе, который написал в рецензии: «Без колебаний, без каких бы то ни было оговорок, я рекомендую книгу Сангхаракшиты как лучший обзор буддизма изо всех имеющихся на сегодняшний день». В этот период Сангхаракшита также написал серию статей, которые позднее были опубликованы в форме книг «Три Драгоценности» и «Вечное наследие» 7[4].
В конце 50-х многие тибетские учителя были вынуждены отправиться в изгнание, когда китайцы вторглись в их страну. Так уж случилось, что они часто прибывали в Индию через Калимпонг. Сангхаракшиту всегда интересовали все формы буддизма и, хотя он был посвященным монахом в традиции Тхеравады, теперь он мог познакомиться с учителями, практиковавшими традиции Махаяны и Ваджраяны 8[1], и получать посвящение у важных тибетских лам. Дхардо Ринпоче, руководивший школой для детей тибетских беженцев, стал его близким другом, а Йоги Чен, эксцентричный практик китайской традиции Чань, обладавший глубокими знаниями и опытом в медитации, – еще одним учителем, оказавшим на него влияние. Сангхаракшита, должно быть, выглядел в их глазах довольно необычно: молодой англичанин, полностью посвятивший себя изучению Дхармы и организации буддийской деятельности. Но он был счастлив, чувствовал себя своим в этом мире и, должно быть, представлял, что будет жить там до конца своих дней.
Однако в следующем десятилетии в жизни Сангхаракшиты открылась новая перспектива. Его пригласили в Англию для работы с людьми, заинтересованными в буддизме, число которых росло. Там было мало учителей буддизма и особенно – учителей, которые понимали западную культуру и хорошо говорили по-английски. Книги по буддизму почти не публиковались, и существовало лишь несколько групп буддистов, не говоря уже об организованных центрах. А Сангхаракшита был выходцем с Запада, который уже 14 лет был посвященным монахом. Он идеально подходил для этой работы.
12 августа 1964 года он приземлился в аэропорту Лондона (теперь Хитроу). Он покинул родину в годы войны, полные лишений, и теперь его глазам предстал совсем не тот Лондон, каким он его знал. Горизонт закрывали многоэтажки, улицы были забиты автомобилями, а витрины магазинов ломились от товаров – телевизоров, пылесосов и другой бытовой техники.
Он вскоре понял, что возможности для распространения буддизма в Англии растут. То, что планировалось как четырехмесячный визит в буддийскую вихару в Хэмпстеде, превратилось в год, потом еще один. Со временем Сангхаракшита решил остаться в Соединенном Королевстве и работать над распространением буддизма в этой стране.
Он отправился в Индию в «прощальное путешествие» вместе с близким другом по имени Терри Деламер. Но, будучи в Индии, он получил письмо от «Треста английской сангхи», организации, которая владела вихарой в Хэмпстеде и управляла ею и первоначально пригласила Сангхаракшиту в Соединенное Королевство. Из письма стало ясно, что они не желали его возвращения и предлагали ему остаться в Индии во избежание неразберихи и затруднений. По-видимому, пошли слухи о его дружбе с Терри. Люди сплетничали – и это никогда не подтверждалось и не опровергалось Сангхаракшитой – что между ними существовали гомосексуальные отношения. Также у людей вызывало беспокойство то, как Сангхаракшита учил буддизму. Некоторые из попечителей «Треста английской сангхи» хотели установить строго «ортодоксальные» монашеские правила, а Сангхаракшита черпал знания из всех школ буддизма и стремился экспериментировать и адаптировать его к иным условиям, условиям Запада. У него также появились враги, поскольку была исключена из обучения одна практика медитации, которая, как он полагал, делала некоторых людей «отчужденными» – практика осознания себя, осуществляемая насильственно, механически, что совершенно отрезало людей от их эмоций, а в некоторых случаях – и приводило к умственным расстройствам.
Сангхаракшита прочитал письмо, обернулся к Терри и сказал: «Знаешь, что это означает? Это означает – новое буддийское движение» 9[1]. Он попытался работать в уже существовавших буддийских организациях, но это оказалось ужасно неприятным и трудным. Теперь он может начать все с начала. Ему развязали руки. Двое из его учителей – Дилго Кхьенце Ринпоче и Дхардо Ринпоче – даровали ему свое благословение.
Он вернулся в Лондон в марте 1967 года. Многие из тех, кто посещал буддийскую вихару, были расстроены тем, как с ним поступили, и сплотились вокруг него. Среди них были Эмили и Сара Боин, владелицы «Сакуры», «восточного» магазинчика на Монмаут-стрит, в центре Лондона. Они устроили аренду одной из подвальных комнат, и спустя две недели после своего возвращения Сангхаракшита уже вел там занятия. Вечером 6 апреля 1967 года около 24 человек собрались и провели церемонию, специально написанную Сангхаракшитой, чтобы освятить комнату для медитации Триратны и алтарь «Друзей Западной сангхи» 10[1].
Многие люди интересовались «восточными вещами» из научного интереса или склонности к романтике, но Сангхаракшита искал тех, кто хочет использовать буддизм для того, чтобы изменить свою жизнь. Существовавшие до этого в Соединенном Королевстве буддийские организации чаще всего являлись «обществами», где можно было узнать о буддизме, но ими далеко не всегда руководили люди, преданные буддизму. Несомненно, такое общество могло помочь некоторым людям впервые познакомиться с Дхармой и вступить на путь, но Сангхаракшита хотел основать сангху – сообщество людей, посвятивших свою жизнь буддийским идеалам и стремившихся зайти в своей практике гораздо дальше.
Большинство из первых последователей Сангхаракшиты были людьми старшего поколения, но со временем к нему все больше притягивалась молодежь, с которой он чувствовал себя способным общаться в полной мере и от которой ждал радикальных изменений. Ведь это были «разгульные шестидесятые», волна революционных изменений во внешнем виде и воззрениях, что отразилось прежде всего и больше всего на молодежи. Молодые росли во время изобилия, которое наступило вслед за суровыми послевоенными годами, но не были удовлетворены обывательским, соглашательским обществом потребления, в котором им предлагалось жить. Мечты их родителей – о счастливом семейном гнезде, домашнем комфорте и ежегодных каникулах на побережье – казались им удушающими и скучными. Они хотели вырваться из всего этого. Новая музыка, праздники, мода и наркотики – так они, экспериментируя, создавали свои собственные захватывающие субкультуры.
Так что молодой Лондон бурлил идеями: марксистскими и анархистскими, экологическими и психологическими, сексуальными и духовными. Протестующие против войны приковывали себя цепями к ограждениям посольств. Психиатры отправлялись в «кислотные путешествия» вместе со своими пациентами. Университетские преподаватели спали со своими студентками. Это было возбуждающе, полно идеализма и открытости ума. Но в этом было также много потакания себе, наивности и замешательства.
Сангхаракшита был одним из первых, кто принес буддизм на Запад и, наряду с такими учителями, как Сунрю Судзуки и Чогьям Трунгпа, был способен войти в контакт с этой молодежной контркультурой и создать одну их первых активно действующих сангх на Западе. Подобно многим из этих первых учителей на Западе, он был лишен условностей, если не сказать боролся с условностями, жаждал эксперимента и порвал со старыми буддийскими моделями организации и стиля жизни. Он мог понимать молодых с полуслова, но был четок и бескомпромиссен в передаче Дхармы. То, что Сангхаракшита иногда открыто критиковал буддийских «ортодоксов» за их чрезмерную приверженность старым ритуалам и правилам, только сделало его еще более популярным среди молодых хиппи с их бунтом против «истеблишмента». Время как раз подходило для радикальных изменений, для возникновения чего-то нового, творческого. Позже Сангхаракшита говорил, что он «оседлал волну» и, начни он свою работу десятью годами позже или раньше, ему было бы гораздо труднее основать движение «Друзья Западной буддийской общины» 11[1].
Но в те времена Сангхаракшита не мог знать, какую новую форму примет буддизм. Он постепенно научился тому, как передавать Дхарму своим современникам, и разобрался в том, как сделать ее значимой для них. Новое движение должно было развиваться путем проб и ошибок, работать с задачами и проблемами по мере их возникновения. Все это привело к тому, что его творческая энергия достигла новой глубины. Это было полное событий, пророческое время в его жизни, которое другие позже описывали как его «шаманский период». В то время он написал много стихотворений, видел яркие сны, пережил новые уровни вдохновения. Он отрастил длинные, растрепанные волосы с большими «барашками» на висках, носил кольца на пальцах, пару раз попробовал ЛСД, вступил в сексуальные отношения с некоторыми молодыми людьми вокруг него и посещал экспериментальное кино и спектакли.