Вадим Тарасенко – Вспомнить все (страница 15)
– Я просто предупреждаю. Не люблю убивать исподтишка.
– Спасибо, мистер Брэдлоу. Однако надо начинать, – улыбка вмиг исчезла с морщинистого лица. Да и морщины вроде стали не такие глубокие. Глаза, почти исчезнувшие за набрякшими веками, неожиданно широко распахнулись, и в них появился какой-то холодный блеск. Будто отсвет луны на металле, на лезвие ножа.
«Кобра. Точно как кобра».
Этот холодный блеск притягивал, хотелось броситься на него, напороться на этот нож. Почувствовать как он мягко входит в твое тело, почувствовать теплый ручеек, не спеша сбегающий по тебе.
Усилием воли Брэдлоу закрыл глаза. Но это не помогло. Отсвечивающие холодным светом глаза стояли перед ним. Свет становился ярче и властно тянул к себе. И американец не выдержал и бросился в этот свет. Ремни на груди, руках, ногах напряглись. Сладостная боль пронзила тело. Захотелось еще, захотелось еще больше боли, и Брэдлоу все бросался и бросался на этот отсвечивающий лунным светом нож. Секунда, другая и человек в упоении кромсал себя, разрывая тело на тысячи, десятки тысяч, миллионы кровоточащих кусочков. И вновь плоть, превратившись в вихрь, начинала закручиваться по спирали, поднимаясь вверх. Вращение все убыстрялось и, наконец, вихрь вытянулся в трубу, тоннель. Притягивающий свет разгорался все ярче и ярче и вот уже человек несется в ярком, полыхающем звездным светом, тоннеле. И вновь человек сопротивляется этому. Его тело, превратившееся в вихрь, с исступлением бьется в эти полыхающие стенки тоннеля, образованные тем же вихрем. Тщетно. От самого себя не вырваться. Вот вдали уже показалась эта страшная точка, к которой он несется, всё убыстряя и убыстряя падение. И эта дикая скорость, словно могучим поршнем, выдавливает из этого тела-вихря все человеческое.
– А-а-а, – словно шум, скрежет, который издает душа, тщетно цепляясь за ставшее почти эфемерным, тело.
Страшная точка все ближе и ближе. И вот впервые, человек настолько к ней приблизился, что увидел, что это не точка – словно в невиданном фокусе точка как бы рухнула сама в себя, превращаясь в черный бездонный провал.
– А-а-а.
И в самый последний миг, перед самым входом в этот провал наконец-то происходит спасительная вспышка и все мгновенно пропадает…
– Что ж, мистер Хью. Мы с Вами быстро прогрессируем, – противные, с каким-то сюсикивающим придыханием, слова медленно, словно в вязкое болото, проникали в мозг Брэдлоу. И словно какая-то химера, проявляющаяся в болотном, насыщенным миазмами, тумане, перед глазами американца проявлялось ненавистное узкоглазое лицо.
– Еще чуть-чуть и мы с Вами с интересом посмотрим, что же Вы видели там, в гиперпространстве.
– Я все равно до тебя доберусь. Я выцарапаю, вырву из тебя твои страшные глаза…
Вашингтон. 13.15 по местному времени.
– Где?
– Я хочу Вам напомнить, что это частная собственность и вторжение на неё без соответствующего разрешения….
Взглянув в глаза Реду, коротышка осекся.
– Где?
Владелец клуба «Красная шапочка» молча пошел в другую комнату. Один из телохранителей директора ЦРУ последовал следом. Через минуту оба вернулись. В руках телохранителя был стандартный ста гигабайтный компакт-диск.
Ред оглянулся в поисках воспроизводящего устройства. Средних размеров комната была обставлена роскошно. Добротный паркет блестел золотистым оттенком. Широкие окна закрывали парчовые, покрытые золотым шитьем шторы. Бронзовые и деревянные статуэтки, продуманно расставленные по комнате, неуловимым образом создавали атмосферу небрежной изысканности и богемности. При виде больших зеркал в вычурченных рамах и поистине королевской кровати, покрытой затейливой резьбой, в сочетании со всей обстановкой, почему-то сразу в голове всплывало слово «оргии».
«Да, уютное гнездышко свил толстячок для своих райских птичек. И эти венецианские зеркала видели многое, очень многое. И если хозяина квартиры тряхнуть, то можно увидеть то, что видели зеркала. Наверняка эта мразь все писала», – Ред почувствовал как у него возникает, даже не отвращение, а злость к этому лысому коротышке с толстыми, влажными губами.
«Ведь это дерьмо, кроме постели и своего счета в банке ничего не волнует. Все события в мире и в стране его интересует лишь в части того, как это отразиться на этой постели и на счете в банке. А то, что скоро сюда придут те же китайцы, ему насрать. Это же случится не завтра и не послезавтра. А прогнозировать на более длительный срок у этих гамнюков не хватает ума. Наверное такие же кретины развлекались со своими рабынями-наложницами, когда варвары уже стояли под стенами Вечного города. Их и зарезали, как баранов. И правильно сделали. Господи, неужели таких идиотов необходимо защищать? А других уже и нет. Таких восемьдесят процентов», – директор ЦРУ еще раз оглядел комнату в тщетной попытки найти какое-нибудь воспроизводящее устройство.
К хозяину квартиры с такой просьбой обращаться не хотелось. Его хотелось только бить: руками, ногами, рукояткой «Кольта», в конце концов. Ред выразительно посмотрел на одного из телохранителей:
– Боб…
Вышколенному сотруднику ЦРУ больше говорить ничего не надо было. Неуловимым движением в его руке появилась небольшая коробочка. Быстрое круговое движение рукой и Боб уверенно подошел к кровати. Еще раз взглянув на коробочку, он надавил пальцем на какую-то резную завитушку. Тот час же в районе изголовья откинулась небольшая деревянная панель, за ней показалась лицевая панель проигрывателя компакт-дисков. Еще секунда и из-под подушки извлечен пульт дистанционного управления.
– Вставляй, Боб.
Компакт-диск исчез в недрах проигрывателя. Тут же, автоматически, освещение в комнате уменьшилось наполовину. На потолке вспыхнул огромный, почти во весь потолок, плазменный экран.
«Я так и думал. Девочки с ним внизу, а видео вверху, для завода. Ублюдок».
На экране показался знакомый двор клуба «Красная шапочка». Внизу светились дата: «1 августа 2193 года».
– Боб, перематай вперед.
Могущественная электроника тут же заставила этот виртуальный мирок жить в сотню раз быстрее. Дни, уже несуществующие в действительности, клуб проживал за несколько секунд.
Пятое августа, двенадцатое, двадцатое, двадцать второе, двадцать третье…
– Стоп, Боб. Теперь помедленней.
Теперь время на экране бежала только раз в пять быстрее обычного. Суетливо распахивались кованные ажурные ворота и во двор влетали роскошные автомобили, владельцы которых стремительно выскакивали из них и, сломя голову, неслись в клуб, спеша предаться пороку.
«Я смотрю, тут гульба идет круглосуточно. А, действительно, чем себя занять, если целые сутки свободен. А на тебя работает счет в банке».
Внизу экрана высветилось время – 11.25.
«Хью со своей женой вышли из ресторана. До возникновения большой проблемы для Соединенных штатов осталось пять минут».
11.30.
«Все, Хью похитили. Минут через пятнадцать розовый «Форд» должен въехать в этот двор. А если не въедет?»
11.45.
Роскошный черный «Бентли» не привычно для себя быстро, не вальяжно проскочил через распахнутые кованные ворота. Ред напрягся. Две дамочки глубоко постбальзаковского возраста шмыгнули в широкие входные двери клуба.
«Где же розовый «Форд»? Он должен быть».
11.55.
Большой белый трейлер влетел во двор и не останавливаясь, завернул за угол.
«Стоп! Господи, ну конечно. Переть через весь город на приметной машине, они что, идиоты? Они же сразу загнали «Форд» в этот трейлер и спокойно перевезли его сюда».
– Стоп! А ну Боб отмотай назад. Покажи еще раз этот трейлер. Скорость обычная.
И вновь белый трейлер, только уже не спеша, как пароход, заходящий в гавань, въехал во двор. Директор ЦРУ впился глазами в водителя.
«Сейчас немедленно надо отдать этот диск моим специалистам. Они на своих компьютерах чуть ли не фотопортрет этого водителя сделают. Если надо, они ему под трусы залезут и прочтут вытатуированное для подружки: «Lucy, I love you» на причинном месте..
И вновь стремительно заскользили минуты жизни клуба «Красная шапочка».
12.25.
Зеленый «Форд» торопливо покинул двор.
«Так, поехали к музею американской истории. Минут через пять должны вывозить Хью».
– Боб, сделай обычную скорость.
Директор ЦРУ Билл Ред не ошибся. Ровно через пять минут, из-за угла дома показался черный минивен «Нисан-Пикник». Не спеша он пересек двор и скрылся за воротами.
– Боб, а ну еще медленнее.
И снова, сверкая на солнце черным лаком, «Нисан-Пикник», уже абсолютно недосягаемый для смотрящих сейчас на него людей, выехал со двора. Номер автомобиля рассмотреть было невозможно, слишком под острым углом к камере ехала машина.
«Ничего, компьютеры рассмотрят. Хотя номер, наверняка, фальшивый. Но чем черт не шутит, а вдруг подлинный», – Ред уже хотел порывисто вскочить, чтобы немедленно отвезти диск специалистом. Но что-то царапнуло его сознание. Ред, как профессиональный разведчик и не менее профессиональный топ-менеджер, мгновенно расшифровал свое ощущение. Он что-то увидел важное. И пока его сознание еще расправлялось, рассовывая по нужным ячейкам, биты полученной информации, подсознание одному ему известными окольными путями, как хорошая легавая, вышло на «зверя», сделав «стойку» для своего хозяина.
– Боб, а ну еще раз, на самой медленной скорости прогони выезд этого минивена.